Главный герой фильма Бенджи, хороший ученик, популярный среди товарищей — его любят студенты и преподаватели Католической школы-интерната. Он — герой, которому поклоняется Артур, мальчик-инвалид, перенесший полиомиелит в детстве. Артуру необходимо внимание Бенджи и Отца Годдарда, преподавателя латыни и также главы общежития мальчиков. Хрупкое равновесие школьной жизни нарушает внезапное появление Блэки, жулика и бродяги, который устраивает себе жилище в соседнем лесу. Блэки бродит по лесу, ворует школьное продовольствие, спит под открытым небом и играет на банджо для развлечения. Во время кросса Бенджи и другие мальчики сталкиваются с Блэки, и, в то время, как сынки высокопоставленных родителей стараются держаться от бродяги подальше, Бенджи, напротив, видит в общении с Блэки возможность расширить свой кругозор. Блэки и Бенджи проводят время вместе, и Блэки подталкивает Бенджи к сомнениям в чистоте его отношений с Годдардом…
Твёрдый в вере и непоколебимый в строгости, отец Годдар презирает театральные художества своих подопечных учеников, считая шутовство греховным и недостойным для будущих служителей Господа, отворачивая лицо от тормошащего эпатажем хромоногого Артура, отшатываясь от слабого и недостойного к крепкому телом и, как он думает, чистому помыслами Бенджи, выращивая из него будущего епископа, пытаясь оттащить его от соблазнов и уберечь от искушений, коими грозит появление хипующего байкера Блейки, облюбовавшего для постоя близлежащий к школе лесок.
Но мальчик не утерпел и не избежал знакомства, а оброненное слово бродяги породило в нём сомнительный шторм, толкая на жестокую игру с падре, издевательски испытывая его верность церковному долгу, отягчённому страшным знанием и священной обязанностью, сулящей новые опасности, о которых, не стесняясь сообщает отрок, отбрасывающий демоническую тень монстра, сорвавшегося с привязи, чтобы попрать устои и подорвать уклад.
Дразня своего исповедника, ученик изощряется в коварстве, разрывах сердце праведника знанием многих печалей, обещая, что им не будет конца. Грозя смертями, юноша пытает наставника, превращая его жизнь в непереносимую ломку долга и обязанностей, подвешивая его волю кошмаром непрерывного ожидания обещанного, не подозревая, что сам является жертвой кошмарной игры.
Словесный поток выливается в детективный триллер с «матрёшечным» сюжетом «игра в игре», когда вдруг обнаруживается, что исповедальная напасть священника является расплатой за пренебрежение личностью, способной ответить на обиду и высокомерие, выжигая надменность мстительной хитростью лукавства, обманывающего монаха, ради эгоистичного самоутверждения характера, который так и не разглядел близорукий святой отец.
Мог ли он спастись? При таком художественном позёрстве Доминика Гарда и Дэвида Бредли у Ричарда Бёртона оставались лишь шансы на драматический экстаз, до которого он доводит своего героя, ввергая того в исступлённое безумие отчаявшегося бессилия, принимая обличительный монолог возмездия, которого не вынес церковный апологет. Ведь суть не в том, как мог он обмануться, а в том противоречии долга и обязанности, помноженном на внутренние заблуждения, направляющие этот триллер в неизбежный криминальный тупик, поднимая кровоточащий занавес смерти, открывающий вызывающе противоречивый взгляд на вещи, сводя служение и заповедный грех.
