После «Дороги на Арлингтон» Тим Роббинс привлек мое пристальное внимание, и я был приятно удивлен, открыв для себя его режиссерские работы. По новизне впечатлений «Колыбель будет качаться» могу сравнить с «Сука Любовь», только они еще глубже и ярче. Про это просто еще никто не снимал! Умное искусство, смотрящее на себя со стороны, на свои пороки и болезни. Кино с большой буквы.

Удивительно, как такой фильм допустили к показу. Фильм — прекрасный!

Правда жизни, где каждый танцует, как умеет — кто-то до последнего борется за правду, кто-то не может вырваться из пут собственной гордости или предрассудков, кто-то предаёт и карает невиновных. Мученичество и чистота помыслов резко контрастируют с пошлостью и узостью ума…

Критика евроцентризма «изнутри», в форме красивого мюзикла…

Удивительный, ужасный, непонятный кассовый провал этой восхитительной ленты влил еще пару капель в мой колодец, в который уже влито 100 галлонов доказательств о том, насколько же средний американец недальновиден и скуп на мысли. Дать провалиться такому фильму.

Да в Европе его бы смотрели на всех кинофестивалях, он бы очаровывал зрителей, но амриканская широкая публика предпочитает сидеть на «Спайдерменах», жуя попкорн или обливаться слезами, разглядывая фальшивые любовные истории всяких «Армагеддонах». А любое хоть мало мальски стоящее кино, любой честный фильм, — или едва окупается, или вообще с треском проваливается, оставляя судить о себе только тем, кто достанет его на ДВД и навсладиться великолепной игрой, настоящим киноискусством и потрясной постановкой. Господи, как же близки реалии, показанные в «Колыбели» современному положению вещей.

В фильме по приказу Рокфеллера с каким-то садистским удовольствием разбивается прогрессивное полотно Диего Риверы, не способное усладить вкус хамоватого миллиардера, предпочитающего бессмысленное фальшивое малевание, так и в жизни разбилось о стотонный айсберг коммерции чудесное кинополотно талантливейшего Тима Роббинса.

Что интересно, ни один из всего трех поставленных Тимом Роббинсом фильмов не имел в Америке большого успеха, следовательно, это очень много говорит о личности режиссера, не идущего на компромисс и ведущего свою линию, может быть и неугодную большинству, но зато свою. Это не безликие блокбастеры — за этим фильмом стоит ЛИЧНОСТЬ (тем более, что исценарий написал сам Роббинс), за ним стоит четкая жизненная и политическая позиция. Роббинс откликнулся этим фильмом не только на позорное прошлое Америки, но и на не слишком-то радостное настоящее.

О чем же этот фильм? Да так и не скажешь. Обо всем. В нем, этом кусочке жизни одного из самых неоднозначных и трудных периодов в истории Америки — времени перехода от Великой депрессии к Второй мировой войне — отразилось все: харпактеры того времени, взгляды, философия эпохи, политика, экономика, искусство, изменения, постигшие убитое Великой депрессией общество, окончательно разделившееся на сверхбогатых снобов и сверхбедных рабочих. Это не фильм-манифест, но это фильм-зеркало. Роббинс не стал молчать, в рамки полумузыкального фильма он одел серьезное и глубокое исследование того времени.

О людях, важных и не очень, которые, оглоушенные, оболваненные СМИ и своими политиками, трясутся, «чувствуя» красную опасность, боятся и во всех своих бедах винят коммунистов, не замечая, что их собственные дорогие конгрессмены и владельцы корпораций легко и охотно идут на сговоры с фашистами и нацисатми, руководствуясь лишь мыслями о прибыли, забывая о чести, совести, долге…

О том, что есть время, когда любое из благородных проявлений человеческой души становится лишь словесным, пустым определением, а низменные инстинкты возводятся в ранг культа и примера, о времени, когда народом управлял, словно бессловесным стадом, запугивая их несуществующим внутренним врагом, когда ложь — это политика, а правда — испугана, загнана в подполье. О том, что во всей этой политической и экономической паранойе, во всем этом зверском котле из грязи и лжи теряется самое главное, то, что всегда отражао жизнь и согревало душу — искусство. Когда оно становится на службу государственной машине или бизнесу, у которого, как извеастно, души нет по определению, и о том, что лишь немногие в таких условиях оказываются способными создавать предметы искусства, а не розовые лубочные картинки.

О проститутках — как настоящих, так и политических, о проститутках собственной совести, о смысле и месте театра в современном обществе. И еще об очень и очень многом. Это действительно фрагменты жизни, слегка перефразированые, оттененные легкой грустью, — смешение фантазии с реальностью.

Так, в фильме ведется постоянная перкличка, — реальных исторических лиц заставляют совершать нереальные поступки, сталкивают никогда не встречавшихся персонажей, однко постоянное произнесение реальных имен только придает фильму достоверности. Роббинс удержался в своем фильме от воздушности, ирреальности и полета в небеса, свойственному иногда таким ретро-картинам.

Здесь действуют Рокфеллер, отвратительный своим меценатсвующим снобизмом и Орсон Уэллс, изображенный диким, сумасбродным, истеричным, однако же талантливейшим человеком. Диего Ривера — непреклонный коммунист и фанат живописи и его спутница — Фрида. Федеральные чиновники, актеры, деятели искусства и политики… Это сопровождается очень хорошо воссозданной атмосферой тех лет.

Фильм очень камерный, большая часть немаленького для авторского кино бюджета, видимо, пошла на гонорары звезд. Но Роббинс не просчитался — он собрал такой свет американского кино, какому позавидовали бы любые крупные режиссеры. Что интересно, у него нет основных действующих лиц и героев, как таковых. В фильме работает великолепно слаженый актерский ансамбль, где каждый держится за другого и все работают для общего результата. Здесь никто не «звездит» и не пытается выступать соло, тем более, у каждого актера в фильме есть свое небольшое соло, в котором он показал, на что способен.

Джон Кьюсак, Хэнк Азариа, а как ярки оказались Джон Туртурро в образе итальянца-ненавистника фашизма, Сьюзен Сарандон в роли еврейки-пособницы Муссолини, и Робин Блейдз в роли Диего Риверы. А как хорош, просто великолепне Билл Мюррей в роли несчастного чревовещателя — его последнее выступление перед полупустым залом вызывает бурю эмоций! А Джоан Кьюсак, влюбленная в героя Мюррея активиствка-антикоммунистка, которой все объявляют бойкот, — ее заискивающее выступление перед комиссией по делам антиамерикаской пропаганды великолепно! А надутый и важный как индюк Пол Джаматти — бездарный, но приласканый богачами, или Джек Блэк в роли дурачка-комика.

Продолжать можно долго, актеры собрались просто замечательные. Кроме всего прочего, фильм не только стоит на определенной гражданской позиции, но и дает определенные установки на настоящее искусство. Жаль, что массы этот фильм так и не увидят…. Ну, ладно, им же хуже. Тим Роббинс оказался не только прекрасным актером, но и потрясающим режиссером и сценаристом, я обязательно найду и посмотрю его другие режиссерские работы. Судя, по «Колыбели», мужик делает КИНО.