Матадор Диего, жестоко пораненный быком и более не имеющий возможности убивать на арене, убивает двух девушек, будучи не в силах сдержать жажду убийства. Его поклонница-адвокатесса, одержимая страстью убийства с тех пор, как в первый раз увидела его убивающим быка, закалывает двух мужчин во время акта совокупления и мечтает только о том, чтобы умереть вместе с ним в любовных объятиях. Ученик маэстро, живущий с терроризирующей его набожной матерью без отца, берет эти убийства на себя, но полиция ему не верит.
До того, как защитники прав животных стали утверждать, что убивать быков ради развлечения плохо, коррида занимала большое место в традиционной культуре Испании. Масла в огонь подливает и Альмодовар своим фильмом «Матадор», обратив внимание на несколько другой аспект, вытекающий из боя быков, хотя и вряд ли хотел осудить опасную народную забаву, скорее даже возвысить абстракцию убийства. Для сюжета потребовался эстетический маньяк, вдохновленный убийством на корриде и перенесший азарт на жертв-людей. Ведь, в сущности, между быком и человеком не такая уж и большая разница, как не велика она между поединком и бурным сексом. Зачастую забывается, что разъяренный зверь не столько опасен для человечка в яркой одежде, сколько этот самый человек для быка, ведь испанское слово Matador, хоть и не используется нигде кроме корриды, наделено лишь одним смыслом — Убийца.
До «Матадора» Педро Альмодовар картин со столь ярким криминальным уклоном не снимал, были погони, убийства, нарушения, но еще никогда они не были настолько плотно увязаны в клубок интриг. Впрочем, то, что молодой человек из обеспеченной набожной семьи, мечтающий стать матадором и во всем подражающий учителю, не является убийцей, совершившим несколько дерзких преступлений, ясно изначально. Абсурдная развязка развлечет зрителя художественным вкусом автора, и это даже не история мягкотелого паренька, пытавшегося заявить о себе, как о ком-то, кто способен влиять на чужие жизни, это романтическая байка о трагедии людей, не сумевших жить без убийства.
«Матадор» — кич на грани искусства еще в большей степени, чем прочие ранние фильмы Альмодовара; он не жалеет красок для воплощения задуманного, делая яркой не только картинку, но и внутреннюю составляющую, где эстетство сочетается с экзотикой запретного удовольствия. Главное допущение заключается в тяге к убийству, ведь если одного героя может привлекать смерть, почему двух или трех людей сразу не может охватить та же страсть. Конечно же, шанс, что они сойдутся в одном месте, в реальной жизни мал, но кино на то и создано, чтобы приблизить заветный миг, создать нужную атмосферу и нанести удар.
Лишение жизни в этом фильме — акт священный, требующий прелюдии, это почти ритуальное жертвоприношение. Две темы — сексуальное удовольствие и смерть — сакральны, они далеки от натурализма, как и герои истории. Тем и отличается «Мадатор» от истории Бони и Клайда, ставшей нарицательной для таких сюжетов, но оставшейся доказательством, как далеко может зайти тяга к нарушению закона в реальной жизни. «Матадор» ирреален, это скорее притча или миф, который почти не пересекается с реальностью, об этом хорошо говорит заключительная сцена, когда полиция окружает дом убийцы — при всей близости правозащитников и убийц, их судьбы не пересекутся, будто между миром, где властвует закон и гротескным миром отчаянных убийц существует непреодолимая стена.
Помимо прочего, «Матадор» еще и на редкость «мужской» фильм для Альмодовара, в чьих сюжетах всегда перевешивали женские образы. Мария Карденаль, адвокат, представляет собой куда более твердый и мужественный характер, чем окружающие ее мужчины, в силу комичности, получившиеся не столь однозначными, и даже более женственными. Занимаемая ей активная позиция свойственна мужской натуре, но, учитывая то, что у Альмодовара до этого почти не имелось значительных портретов сильного пола, сравнить не с чем. Впрочем, странные отношения и соотношения полов в фильмах Альмодовара присутствовали всегда и не удивительно, что мужчины зачастую женственны, а первый сильный характер воплотился в актрисе Ассумпте Серне.
Итог: концептуальная романтическая история о любви и смерти, и том, что лежит между этими понятиями.
Я очень люблю фильмы Педро Альмодовара. Очень многие. Люблю, например, «Свяжи меня» и «Женщины на грани нервного срыва», где играет Антонио Бандерас, кстати довольно похожих во многом героев на его персонаж в этом фильме.
В этой неповторимой бессмысленности, которую нередко можно встретить в его фильмах, в неземных странностях его героев, во всем этом есть что-то особенное, что-то, что заставляет пересматривать их много раз. В «Матадоре» это тоже отчасти есть, но все же этот фильм, наряду с еще одним фильмом «Нескромное обаяние порока» как-то не пошел.
Слишком многое не поддается объяснению, как раз поведение жестокого экс-матадора Диего, изголодавшегося по пролитию крови, не вызывает большого удивления, гораздо более странной является монструозная адвокатесса, она вот настоящая маньячка, чьи поступки не поддаются объяснению.
Также непонятен и персонаж Бандераса, в нем есть та нелепость и инфантильность, что вызывает какую-то улыбку, как в вышеупомянутых понравившихся фильмах. Но здесь он просто какой-то лунатик-социопат. И откуда это под конец у него вдруг прорезался дар прорицания? Или не знаю, может строго религиозное воспитание таким образом влияет на молодых людей, что им основательно сносит башню…
Самые понятные — это наверное незадачливая фотомодель Эва и следователь, но эти персонажи вторичны, их роль в этой истории невелика, поэтому долго обсуждать их тоже незачем.
Даже не знаю, на мой взгляд этот фильм будто какая-то репетиция, например, чтобы создать жуткого маньяка Николаса из «Кики», красиво, но жестоко показать корриду, как в «Поговори с ней», выпустить на экран двух славных парней, таких как отчаянный Рики из «Свяжи меня» и инфантильный Карлос из «Женщин на грани нервного срыва», ну и создать совершенно потрясающие женские образы во многих последующих фильмах.
Одно хочется добавить, хорошо, что так счастливы главные герои, и хотя бы, по крайней мере, уже не замочат больше никого.
Смутный фильм. Воспринимается сквозь пыльную призму ничем неоправданных эпизодов, сквозь которые приходится продираться, не один раз подумывая о том, чтобы оставить все попытки и послать куда подальше весь этот бред. Но так делать нельзя. По крайней мере, я так никогда не делаю. И почти всегда оказываюсь вознагражденным за интеллектуальные усилия и муки восприятия. Как и в этот раз. Ведь только в самом конце работы Педро Альмадовара «Матадор», страдающей от катастрофической нехватки опыта её постановщика, открывается вся прелесть стилистических откровений испанского кинохулигана, который, вероятно, намеренно припрятал их для финала. И пусть это произведение является всего лишь скудным эскизом всего фантазийного буйства его автора, игравшего в начале своей карьеры в кинематограф с бедным набором приемов, нельзя не признать его эстетическую ценность, хоть и сопряженную с преступным мотивом.
Альмадовар провёл параллель между убийствами, расположенными в двух системах координат. В первой — убийство животного, то есть быка в корриде. Во второй — убийство человека. Что примечательно — все человеческие жертвы в фильме вытекают из занятия корридой, поскольку главный герой Диего, опытный матадор, начинает убивать после того, как его соперник по рингу, то есть бык, наносит ему сокрушительную травму. А ведь поражение в корриде у испанцев считается страшнейшим позором, поэтому-то Диего и пребывает в состоянии тотального отчаяния, иногда впадая в приступы ярости, которые выливаются в кровожадные убийства (хотя, может, и не совсем кровожадные, доподлинно неизвестно, но судя по мерзким видеозаписям, на которые Диего мастурбирует, всё-таки можно сделать вывод о кровожадности его преступлений). Существует в фильме и ещё один персонаж, действующий преступно, исходя из своей нездоровой любви к Диего и к тому, как он расправляется с четырёхсоткилограммовыми тушами быков. Но о нём лучше узнать из самого фильма. Проведя параллель между убийством в корриде и убийством в реальной жизни, Альмадовар тем самым ометафорил понятие «убийство», от чего в фильме оно употребляется одинаково как по отношению к животным, так и по отношению к человеку. Эту метафору изображает начальная сцена, в которой некая женщина, совокупляясь с мужчиной, закалывает его стальной булавкой, вонзая её в то же место, в которое вонзают своё орудие матадоры на теле быка. И в этом заключается единственная концептуальная ценность картины «Матадор». А вытягивает это произведение последние, эстетически наполненные минуты, разворачивающиеся во время солнечного затмения, в которых Альмадовар умудрился вписать в повествование ещё и мистические мотивы.
