Худший способ рассказать о том, чем же мне полюбился фильм «Несколько хороших парней» — это разобрать его на кусочки и собрать заново.

Потому что если писать о том, что это фильм об духе службы на границе… Об идеях и идеологиях, «кодах» и кодексах. О ходе судебного процесса. О расследовании. О профессионализме и страсти к своему делу. О характерах, людях и судьбах… Если перечислять все это, душа фильма просто потеряется. Потому что фильм обо всем об этом, но все это не главное. Главное — это что-то над, сверх, за строчками и между кадром. Внутри тех пауз, которые выдерживают актеры и посреди растушеванного заднего плана картинки.

Этот фильм ровный и выдержанный, как старая-старая классика, подобная «Касабланке», от него будто бы не убавить ничего, и к нему не прибавить. Он весь, от и до, выстроен по законам жанра, но при этом в нем есть такая неотвратимая внутренняя сила, которая делает каждую следующую секунду непредсказуемой. Фильм захватывает настолько, что не оставляет мне, зрителю, не то что мгновения, вздоха на то, чтобы раздумывать о дальнейшем развитии сюжета. Можно только смотреть и наслаждаться. Да что там! Упиваться каждым словом актеров, каждым взглядом, каждой длиннотой в диалогах, каждым ракурсом камеры.

Фильм продуман до мелочей. И когда ловишь себя на том, что подмечаешь все это, хочется присвистнуть от восхищения. Сценарий просто усыпан россыпью художественных образов, которые повторяются, возвращаются бумерангом, аукаются раскатами эха, развиваются, пока не найдут свою кульминацию и завершение. Это видно и в репликах, и в ходе разных сюжетных линий, будь то память Дэниэла об отце и нежелание становиться судебным адвокатом, его соперничество с Кендриком или постепенное сближение с подзащитными… Но! Эта продуманность не искусственная. Работа Роба Райнера и его команды скорее напоминает работу матушки-природы, у которой каждая клеточка любого живого организма связана с другой, и не случайно, что не мешает наслаждаться красотой и совершенством каждого ее творения.

Глубина же фильма в его противоречивости. В беспристрастной подаче противоположных философий. Только присмотритесь — прав защитник и прав преступник, прав погибший и прав обвиняемый. Прав адвокат и прав прокурор. Прав хладнокровный и прав страстный. Прав хаотичный и аккуратный. А вот в чем правота каждого из них, простота и откровение фильма. Его вкусность и упоительность.

Этому фильму я просто благодарна за то, что он есть. За то, что он попался мне так случайно. И за Тома Круза, конечно же. За эту вторую волну любви к нему, настолько отличающуюся от первой, насколько взрослая восхищенная привязанность может отличаться от детской.

Мне даже вдаваться в подробности не хочется, чем этот Дэни поразил меня, настолько глубоким и личным оно представляется. Это не просто та естественная человеческая живость, помноженная на красоту, которая мне так близка в Митче из «Фирмы» и Джозефе из «Далекой страны», это то же самое, рвущееся из удвоенной страсти противоречия. Это не жить ролью, это летать в роли, как ходить по воде, чуть-чуть касаясь подошвами ее кромки.

Ведь гораздо сложнее играть «положительного» героя, чем создавать образ негодяя. Плохой сам по себе плохой, это изначально интересно. Но чтобы сделать интересным хорошего, надо им стать. Нет-нет, не хорошим стать, а живым. Дэни завораживает с первого появления в кадре. Сначала он неприятный. Он высокомерен, заносчив, расчетлив и циничен. А еще мы видим некое развязное инфантильное существо, размахивающее бейсбольной битой в момент, когда решаются чьи-то судьбы, и он властен их решать. Но в следующую секунду мы понимаем, что в чем-то такое поведение обоснованно — Дэниэл Каффи изумительный профессионал. Мы будто наблюдаем за проявлением сверхъестественных способностей, с закрытыми глазами жонглирующего статьями закона, не отрываясь от бейсбольной биты. И за движениями этого утонченного ума нам выпадет счастье наблюдать до конца фильма. Тем упоительнее факт, что ум этот принадлежит развязному и шумному ребенку, уверенному в себе и уязвимому. Чуть позже мы увидим, какой это страстный человек, преданный делу и людям, которые от него зависят… И как удалось Тому воплотить это каждым движением, каждым взглядом, каждым словом, будто это он такой, а никакая не роль. Будто от этой роли его жизнь зависит. Браво…

И Тому, и Робу Райнеру, и сценаристу, и оператору, и композитору, и всем актерам. До боли добрый фильм, до изнеможения нужный.
«Честь не зависит от повязки на рукаве».
…

Оправдывает ли высокая цель низкие средства ее достижения? Иными словами, можно ли защищать Добро, не снимая белых перчаток? Или все-таки следует мочить Зло там, где его найдешь — хоть бы и в сортире?

Для одного из лучших драматургов США, идеолога либеральной Америки Аарона Соркина ответ очевиден: сохранять чистоту рук и помыслов не только можно, но и нужно. Всегда. И вот уже eго «несколько хороших парней» — в лице трех адвокатов военно-юридического корпуса — бесстрашно разоблачают злодейский заговор командования морских пехотинцев базе Гуантанамо. Которoе тоже, вроде бы, пыталoсь делать благородное дело — но методы, методы…

Долго ли, коротко ли, но в финале фильма герои Деми Мур, Тома Круза и Кевина Поллака (незаслуженно забытого кинокритикой и посетителями «Кинопоиска» — а ведь это одна из лучших его ролей!), одетые в красивыe хорошо пригнанныe мундиры, одерживают победу нокаутом над антигероями блистательного Джека Николсона и Кифера Сазерленда.

Добро торжествует?

Увы, лишь на экране. Если снять розовые очки и вернуться к суровой правдe жизни, то мы видим обратную картину: террор и средневековье пока одолевают беззубое Добро. Вооружась идеологией «полезных либеральных идиотов», террористы успешно наступают на всех фронтах, охотно пользуясь при этом благами западной цивилизации — с ее главенством Закона, равноправием и гуманизмом. Да, и еще неискоренимой бюрократией: стоит ли напоминать, что американская Иммиграционная служба продлила двум атаковавшим ВТЦ террористам визы в США… через полгода после атаки?!

Война «джентльменскими методами» безнадежно проигрывается. После очередного хамасовского или хизболинского ракетного обстрела своей территории израильская армия, например, чуть ли не за сутки оповещает о предстоящей атаке население районов, где окопались враги: уходите, здесь будут боевые действия! И по радио, и разбрасывая листовки. А террористы, которые обожают устраиваться в жилых домах, больницах и школах, запрещают населению уходить. И в итоге в любых жертвах либеральная пресса винит только израильских военных…

Лет сорок назад Советский Союз, как известно, оказывал активную помощь в подготовке участников национально-освободительных движений. Сиречь, тренировал в крымских лагерях международных террористов.

И вот, рассказывают, окончил как-то ту «академию» некий вождь из племени, где говорили на очень гортанном наречии. Вернулся вождь домой и с новыми знаниями приступил к старому делу: стал похищать вежливых западных ботаников. Которые с недавних пор в больших количествах повадились посещать его земли с гуманитарной помощью наперевес.

Ну, как водится, вождь за похищенных требовал выкуп, европейская пресса привычно возмущалась, европейские правительства привычно платили.

В общем, бизнес как бизнес.

Но однажды вождь настолько уверовал в свою безнаказанность, что украл несколько советских специалистов. И пообещал казнить, если СССР срочно не заплатит миллион (или сколько он там сумел выговорить).

Советский Союз не стал платить. Вместо этого в страну вождя было направлено подразделение спецназа. После чего вождя пригласили в советское консульство и показали фотографии отрезанных голов. Головы принадлежали хорошо знакомым вождю людям. По окончании демонстрации вождя предупредили, что если завтра специалисты в целости и сохранности не вернутся к местам работы, следующий показ включит головы членов семьи дорогого руководителя.

Стоит ли говорить, что все специалисты были возвращены в указанный срок и в указанном состоянии, и больше советских граждан в той стране никто не трогал?

А теперь давайте представим себе, как на месте руководства СССР поступил бы Авраам Соркин, а как полковник Джессоп. И какой подход предпочтительнее не с точки зрения абстрактного гуманизма, а с точки зрения конкретных похищенных и их близких.

А еще попытка сохранить «белые перчатки» трансформируется в политкорректность. И вот уже в аэропортах Соединенных Штатов рядом с молодым мужчиной арабской внешности на наличие взрывчатки тщательно проверяют белую старушку и черную первоклассницу. Иначе, мол, это будет расовое профилирование.

Опять мы имеем нежелание либералов взглянуть правде в глаза: сколько белых старушек или черных девочек в мировой истории пыталось взорвать самолет? Но нет, не следует, видите ли, обижать мусульман односторонним недоверием: среди них лишь ничтожное меньшинство занимается террором…

Кого обижать?! Да вменяемые правоверные только рады будут выявлению фанатиков-убийц, затесавшихся в их ряды. Ведь нормальные мусульмане тоже — как и все мы — хотят летать без опасений и не торопятся на встречу с Создателем!

Нет, нельзя — и все.

Помните, полковник Джессоп в своей финальной речи говорит: «Мое существование — пусть и гротескное, и непонятное вам — спасает жизни!» Факт — спасает! Но при этом нарушает некие основополагающие либеральные принципы. А свои принципы для Соркина и его последователей всегда были, есть и будут важнее жизней. Во всяком случае, чужиx жизней…

И что в сухом остатке? Любимый фильм моей семьи, оказывается, чуть ли не вреден. Во всяком случае, к приему рекомендуется лишь вместе с мощной прививкой от благоглупостного идеализма. Здорово написанная, красиво поставленная (Роб Райнер — Мастер, что там говорить), отлично сыгранная (обязательно хочу отметить Кевина Бэйкона), прекрасно снятая… сказка для великовозрастных тинэйджеров. Сильная, туго закрученная, на славу слепленная сказка.

Впрочем, Голливуд не зря зовут «Фабрикой грез»…

Однако, как сказал когда-то мудрый Михаил Светлов: «Добро должно быть с кулаками!» В наше неспокойное время — особенно. В войне, в которую мы все так или иначе вовлечены, гораздо больше от уличной драки, чем от рыцарского поединка. В такой войне, похоже, без джессопов не обойтись.

Так может цель оправдывать средства? В отличие от Аарона Соркина у меня нет готового ответа на этот вопрос. Я предлагаю рассматривать его для каждой жизненной ситуации заново.

Снимаю балл за попытку идеологической диверсии.

9 из 10

Да, действительно, хороших парней не так много. И это еще только полбеды. Те, что остались — все в армии.

Зубодробительный сюжет, лихо закрученный кружевной саспенс, напряженная до электрической дуги атмосфера — ничем подобным нас здесь не балуют. Вместо судебной драмы подсунули пусть судебную, но мелодраму. Интересно, за это можно отсудить деньги?

Том Круз сначала полфильма корчит из себя законченного раздолбая и когда ты только-только начинаешь ему верить — или, по крайней мере, перестаешь психовать по этому поводу, — как с ним вдруг происходит подлейший катарсис, словно глухой-глухой ночью над его характером поработали Тимур и его, Тимура, команда. Битый час Том Круз был занят тем, как улизнуть от работы и, вдруг, прозрев, прихорохорившись, причесавшись, он, что твой Сизиф, поволок камень правды прямиком в уши присяжным.

Сюжет несется на вороной тройке по бейсбольным площадкам, спортзалам, казармам Гуантанамо и присутственным местам. В роли коней выступают три военных юриста — то ли лойеры, то ли кансилы, то ли какие другие брадобреи мысли. Кроме жуира Круза это — его блеклый помощник, готовый выполнять любую работу, за которую не садят, и Деми Мур — мало полезная и неизвестно кем, зачем и чем сюда трудоустроенная: слишком красивая для серой мыши и слишком серая для femme fatale. Ноль романтики: промелькнувшую тень Эроса спугнула фактурная Венера со странным увесистым предметом в руке. Все в фильме — военные.

Два хороших парня убили третьего. Все бы ничего, но жертва плохо бегала кроссы и строчила кляузы, а потому в деле прохудились дыры такого размера, что в них можно просунуть гарвардскую голову и даже, чего уж там, исполнить несколько юридических кульбитов. Обвиняемые с горем пополам рассказали за две недели, как их зовут, а на третьей — до того разошлись, что выдали с потрохами командование части, приказавшее применить к стукачу «красный код». Да, да, не удивляйтесь, не голубой, не цвета хаки, а именно что красный. Впрочем, ничего общего с коммунизмом «код» не имеет: за этим таинственным шпионским словечком скрыты самые обычные русские звездюлины.

Хитроумный план защиты сводился к представлению обвиняемых как узников офицерской чести, дескать, коли сказано старшим офицером помассажировать керзаками хлебало сослуживца, так почему бы и не помасажировать, если это укрепит обороноспособность страны. Реализация плана предполагала рокировку двух дебилов на командира части, полковника Джека Николсона, отдавшего приказ. Настоящего человека. Само собой, я весь фильм переживал за него. В принципе, отзыв можно было бы составить из фраз этого персонажа, это, в общем, и все, что есть ценного в фильме. Но кто тогда станет его смотреть, если самое вкусное поместится в пяти в меру матерных выражениях? Вот, так сказать, трейлер:

«В этом мире нет ничего сексуальнее, поверьте мне господа, чем женщина, который ты отдаешь честь по утрам. Я говорю: повысьте их всех. Это правда. Если тебе никогда не отсасывал вышестоящий офицер, считай, что жизнь прошла мимо тебя. Я полковник и мне необходимо принимать холодный душ, пока какую-нибудь девку не выберут президентом».

«Видишь ли, Дэни, я не боюсь пуль, бомб и крови, мне не нужны деньги и мне не нужны медали. Но я хочу, чтобы ты в этой своей гомосексуальной белой униформе и со своим гарвардским хлебалом проявил ко мне, мать твою, уважение».

«Ты когда-нибудь служил на передовой? Ты когда-нибудь доверял свою жизнь другому человеку, или просил его доверять тебе свою жизнь? Мы выполняем приказы, сынок, или мы их выполняем, или гибнут люди, все очень просто».

«Мы живем в мире, стены которого охраняют люди с боевым оружием. Кто будет это делать? Ты? На мне лежит такая ответственность, какая тебе не могла и присниться. Ты можешь позволить себе роскошь не знать того, что знаю я. И мое существование, столь нелепое и непостижимое для тебя, спасает жизни. Тебе не нужна правда, потому что в глубине души, в глубинах, о которых не болтают, ты хочешь, чтобы я стоял на этой стене, я тебе нужен на этой стене. Мы используем слова «честь», «кодекс», «верность», мы опираемся на эти слова, посвятив свою жизнь защите других, а ты используешь их в качестве шутки».

В `Парнях` — лишь три живых персонажа. Кроме полковника это — помощник Круза — скептичный, исполнительный и невзрачный, — и военный прокурор Кевин Бейкон с прической а-ля Сергей Лемох начала 90-х, которому — прокурору, а не Лемоху — все безразлично.

Фильм, в принципе, ковылял по полной и без финального, типичного для Голливуда, безобразия, когда — гип-гип, ура! — освобожденный недоумок отдал честь Тому Крузу, вскинув ладонь в виску, а тот — тому, тогда как правильней было бы обоим покрутить у виска указательным пальцем; но больше всего возмутил подбор хороших парней из стерильных, а плохих — из реально существующих, стержневых и достоверных. Массивных саламандр бытия. Почему бы рядовому, убившему другого, не отправиться в штрафбат? И зачем полковнику, ответственному за целую базу, нести наказание за человеческое несовершенство, за то, что одним не достало ума, а другим — здоровья?

7 из 10

Странно, что фильм называется «Несколько хороших парней». Кого, по-сути, можно отнести к хорошим? Дэниела Кэффи? Человека, который засудил одного из лучших генералов страны, тем самым, как правильно отмечено в фильме, «ослабив Америку». Ладно, снимали бы фильм русские, это было бы логично, но американцы как до такого додумались? Про военных говорить не буду, кого-кого, а их никак не отнесешь к разряду «хорошие». Героиня Деми Мур не парень, хотя по характеру вылитый мужчина. Тихонького помощника Кэффи? Можно, конечно, но его так мало в фильме, что попросту не замечаешь, особенно за спиной Тома Круза. Единственное, кто на мой взгляд хороший, — герой Кевина Бейкона. Видно, что этот человек прекрасно понимает всю ситуацию, поддерживает героя Круза, но профессия заставляет…

Но в остальном фильм получился просто замечательным. Главное — смотрится на одном дыхании, все развивается быстро, просто. Никаких мегаоригинальных идей, обыкновенный суд, обыкновенное дело, обыкновенные люди, правда, необыкновенные актеры. Том Круз, Деми Мур, Джек Николсон, Кевин Бейкон… Согласитесь, актерский состав очень сильный. И, надо сказать, все сыграли неплохо. Очень мне понравился Николсон. Если в большинстве своих фильмов от него веет какой-то волшебной притягательностью, то здесь его персонаж просто омерзителен, обыкновенно обаятельное лицо здесь кажется противным. Сильно порадовал Бейкон, ради которого я и посмотрел»… парней». Ну а главный герой (в смысле не персонаж) всего фильма — Том Круз. Самоуверенный, довольный жизнью типичный представитель американской нации, который ведет дело только из-за ущемленного «Я». И еще закончил Гарвард. Если я правильно понимаю, это что-то вроде нашего МГУ. В общем, круто и престижно. Разумеется, Дэниел — талант, но талант, у которого отношение к работе слишком наплевательское. И ему предстоит нелегкое, можно сказать обреченное на проигрыш дело. Дэниел не Киану Ривз из «Адвокат дьявола», здесь придется искать правду!

Особенное внимание стоит уделить военным. Странные люди. Люди-роботы. Это они гордость американских сухопутных войск? Это, скорее, машины, сказал им, иди туда, выполняй то — сделали. Надо же людьми более-менее быть!