1925 год. Золотоискатель Джек МакКанн после ряда безуспешных попыток находит богатейшее месторождение. Проходит 20 лет, и мультимиллионер МакКанн ведет жизнь отшельника в роскошном особняке на собственном острове в Карибском море. Ему трудно ладить со спившейся женой и дочерью, вышедшей замуж за француза-плейбоя. Вдобавок к острову проявляет интерес игорная мафия.
Честно говоря, фильм не очень понравился. Чересчур он замороченный получился. Основной целью, на мой взгляд, этого фильма, является сравнение ценностей материальных и духовных. Но пример для этого выбран довольно сложный. Больше всего взбесила дочь главного героя, которая, как мне показалось, представляет чувство любви только лишь, как чувство страсти и плотской зависимости. Вообще, вся история довольно странная и явных психических отклонений в ней предостаточно. Одна только сцена с нигерийскими обрядами чего стоит! Зачем это тут вообще — я совершенно не понял.
Молодой Рурк, который играет здесь адвоката, особенно ничем не впечатляет. В большей степени из-за того, что роль у него второстепенная.
Стоит также отметить какую-то не очень уместную жестокость в этой картине. Начиная от выстрела в голову в самом начале фильма и заканчивая ужасным убийством ближе к концу. Не понятно зачем такая жестокость. Ничего большего, чем сама эта история, она не говорит, и ничего не дополняет.
Суперский фильм с замечательными артистами. Это — поверхностно. Великий Николас Роуг, создатель «Бродяжничества», «Представления» с Миком Джаггером… А что стоит его короткометражка «Отель Paradise» с его любимой актрисой Терезой Расселл. Кстати она играет и в этом фильме. Хочу признаться в одной слабости. Я очень люблю актера Мики Рурка. И когда я впервые смотрел этот фильм, я смотрел его из-за Мики Рурка, который, кстати, играет здесь очень маленькую роль. Но фильм превзошел все мои ожидания. Великолепный сюжет, замечательные актеры… К сожалению фильм не оценен, прямо скажем. Если найдете обязательно посмотрите! И любовь, и борьба, и ритуалы вуду… Хотя после «Турецких наслаждений» от Рутгера Хауэра я другого и не ожидал — настоящий герой любовник!
Фильм «Эврика» я хотел посмотреть давно: именитый режиссер, сильный актерский ансамбль, легендарный статус картины… В результате фильм оставляет весьма неоднозначное впечатление. Но обо всем по порядку.
Николас Роуг — безусловно, превосходный оператор — чего стоит его работа на легендарной картине Франсуа Трюффо «451 градус по Фаренгейту». Но подчас он обнаруживает отсутствие главных качеств для любого режиссера: способности внятно рассказать историю и удержать повествование в рамках какой-либо одной жанровой конструкции. Фильм начинается как приключение с элементами драмы, потом делает уклон в сторону мелодрамы, ближе к концу скатывается к то ли детективу, то ли триллеру, а в результате оборачивается несколько затянутой философской притчей. Все бы ничего, но Роуг как-будто сознательно стремится отделить каждый жанровый «кусок» друг от друга, из-за чего воспринимать происходящее на экране становится довольно сложно.
Настоящий бонус фильма — актеры. Джин Хэкман, Тереза Рассел, Джо Пеши, Рутгер Хауэр и Микки Рурк играют отменно. Но всем им трудно удержаться в запутанной концептуальной конструкции фильма, из-за чего они часто бывают неубедительны. Исключение, пожалуй, составляет Хэкман, для которого роль рефлектирующего богача-отшельника стала настоящей отдушиной после многочисленных образов «крутых парней». Но всему этому есть простое объяснение: главный герой фильма Джек Маккенн переживал «золотую» лихорадку, а режиссер Роуг — лихорадку творческую. Пытаясь снять кино о человеческом величии и низости и находясь под давление продюсера, Роуг создал набор жанровых клише, местами способных удивить лишь неискушенного зрителя. Одна из ключевых сцен — гибель Маккена — невольно отсылает к «Жертвоприношению» Тарковского, вышедшего тремя годами позже «Эврики». Смерть Маккена — своего рода символ «смерти Запада», который должен был очиститься в пламени Второй Мировой Войны, а западный человек — переосмыслить старую систему ценностей. Но этого не происходит, и Роуг с грустной усмешкой наблюдает за бесплодными попытками окружения Маккена зажить по новому. Земной рай, который строил бывший кладоискатель Маккен, на деле оказался золотой клеткой, а фильм Роуга — не триллером, а своего рода исповедью автора, который и рад бы снимать коммерчески успешное кино, но не может: идеалы арт-хаусной молодости дороже всего. Неслучайно фильм заканчивается внутренним монологом, в котором герой Хэкмена вспоминает себя 20 лет назад, когда сердце билось не от жажды золота, а от погони за мечтой, скрывающейся в заснеженных дебрях бескрайних лесов.
