Уважаемого горожанина Эла Уиллиса допрашивают по подозрению в убийстве. Уиллис приходит в ярость и набрасывается на лейтенанта Паркса, который проводит допрос. Уиллиса отпускают, а на следующий день Паркса находят мертвым. Подозрение падает на Уиллиса, и за дело берется шериф Джо Конрой
Убиты трое полицейских один застрелян, двое других оказались подорванными в машине. Подозрение падает на Эла Виллиса владельца местной пекарни. Если же в первом случае, Эл высказал полисмену, что «покажет» ему за незаконное задержание, то во втором парень был замечен в сотне метров от машины. Почему он должен отвечать за содеянные преступления? Хотела ли полиция сделать из Виллиса козла отпущения? Или же, Эл причастен к случившимся преступлениям?
По сути, из банального «черного детектива» получается история с маловероятным, на мой взгляд, продолжением. Эл лишь носит маску смиренного христианина. На самом деле, перед нами главарь потайной банды одного из маленьких городков на границе с Мексикой. И, само собой, в деле не обошлось и без других фигурантов, причастных к сей двойной истории.
Стерлингу Хейдену, по-видимости, очень даже неплохо удаются роли крутых своенравных парней. Если в «Асфальтовых джунглях» он сыграл полуугасающего члена одной преступной группировки, то здесь он предстал пред зрителем в роле обиженного копа. Глория Грэм не дала повода в том, что она два года назад по праву получила Оскар. Она не толко сыграла здесь роль брошеной подружки зарепенившегося гангстера, но и показала свои вокальные данные. А ее яркая сексуальность, основанная на простоте обаяния, природной безгламурной красоте и вкусам своевременности и современности моды, не уступает даже устоявшимся образам светских львиц того времени Мэрилин Монро и Авы Гарднер.
Концовка более-менее предсказуема и похожа на окончание «Сильной жары» Фрица Лэнга годичной давности (опять с той же Грэм в главной роли).
Вцелом фильм представляет собой типичный нуар позднего периода. Однако холодная песенная партия Глории Грэм, жарко сидящей у стойки зашатного барчика, придает картине особый шарм.