Основанный на культовом романе Виктора Пелевина фильм «Generation П» во многом строится на галлюцинациях — включая речь Че Гевары о том, почему и как телевидение разрушает человека. Однако через изменённую реальность проступает кропотливо восстановленная атмосфера Москвы в 90-е годы, на фоне которой и разворачивается действие картины. Вавилен Татарский, нашедший себя в новой жизни в роли сотрудника рекламного агентства, занимается продвижением западных брендов, адаптируя их под «русскую ментальность». Умный и местами чудовищно смешной, насыщенный спецэффектами и откровениями фильм делает простой и понятной сложную историю о том, как бывшие пионеры стали рекламщиками на службе у богини Иштар, а «поколение Пепси» выбрало Coca-Cola.
Не передает атмосферу книги хотя и следует в большей степени сюжету.
Все идеологические моменты смазаны или срезаны. Манера съемки меняется по ходу повествования, неплохо начали с мистификацией по поводу Иштар и Энки но недожали до конца, хотя есть неплохие кадры. Операторская работа весьма оставляет желать, много крупных планов с лицами во весь экран, что казалось бы располагает к весьма выразительной интонированной игре, но по большей части это осталось неиспользованным. Некоторые читали не от себя, было ощущение что текст их персонажей чужероден и не прижился. Набрали много сильных актеров но по настоящему было гле развернуться разве что Ефремову. Он как всегда сыграл гениально. Меньшов, Парфенов и Шнуров довольно органично и естественно, остальные.. не знаю, как будто чего то не хватило.
В итого.. фильм неплохо иллюстрирует некоторые моменты в книге и является чем то вроде изложения близко к тексту, но как самостоятельное или взаимодополняющее произведение — увы нет.
И дело не в долгострое, не в том что ушло время или неактуально — книга до сих пор вставляет и понятна спустя все эти годы, и даже Минаеву при всем уважении далеко до такой глубины анализа и сюрреализма. Впрочем, Минаев то как раз скорее дополняет или продолжает этот жанр, тут наверное нельзя приводить его в антагонисты. И всеже мои симпатии за Пелевиным, с его мистическим обаянием, ироничным сюром, нечеловеческой эрудированностью и умением писать о чем и о ком угодно.
Действие фильма происходит в атмосфере Москвы 1990-х годов. При этом в ленте переплетены «черный» юмор, речи Че Гевары и яркие музыкальные саундтреки, звучавшие отовсюду в 90-е. Герой фильм Вавилен Татарский нашел себя в роли сотрудника рекламного агентства, занимающегося продвижением западных брендов, адаптируя их под российских потребителей.
Давно не видел такого качественного русского кино. Русская матрица. Наша. Идейная. О том, что нет никаких идей, а есть только бабки и цель. И ничего больше не важно в Зазеркалье головокружительной гонки, что зовётся жизнью успешного человека, профессионала, эксперта, специалиста… симулякры симулякров.
Где-то внутри вас есть выход — вечно обновление и возращение — параллельная Вселенная. Нечто, что можно продать, сломать, разрушить, убить, но не вернуть. Без неё особенно больно дышать, без неё легче жить.
После фильма я чуть не плакал от цинизма правды, от реальности, что разбивается на куски. Привычный мир рушится вдребезги, а вы закрываете глаза, включаете: громкую музыку, Интернет, телевизор (нужное выбрать и подчеркнуть) и погружаетесь в оцепенение, пытаясь забыть очевидное, страшное и малоприятное. Ложь, рассказанная так правдиво, правда, так искажённая ложью. Никогда не предавать себя, свой мир, сохранить в себе самые радостные воспоминания, где есть чистые, как снег в Антрактидите, слёзы, радостный смех. Зачем? Пустое, пустота… это прошлое. Настоящие — это успех, это то, кем ты никогда не станешь, тем, кем ты всегда будешь в море позитива, на волне грёз чужих и твоих, в стране желаний желания.
Иметь или быть. Конечно быть, и лучше Креатором, чем Творцом (Креаторы никому не нужны). Кого-то иметь, ведь всяко лучше греться у очага, чем жариться на нём самому, а ещё круче подкоптить ближнего своего.
Вперёд, отряды глэм-капитализма, шоу должно продолжаться, оставь за кадром всё,всяк сюда входящий. Вива, Поколение Брэнда. Я с вами, иже и пресно и в веки веков, ваш пи…
Фильм получился намного лучше 99 франков по роману Бегбедера, более сочно и с русской спецификой. Медийные персоны стебаются сами над собой и реальностью, превращая фильм в фантасмагорию фарса. Фильм цепляет своей откровенностью, игрой по правилам и без, не оставляет равнодушным, а это редкость.
«- Господи, к Тебе воззвах, — сказал он тихо. — Я так виноват перед Тобой. Я плохо и неправильно живу, я знаю. Но я в душе не хочу ничего мерзкого, честное слово. Я никогда больше не буду есть эту дрянь. Я… Я просто хочу быть счастливым, а у меня никак не получается. Может, так мне и надо. Я ведь ничего больше не умею, кроме как писать плохие слоганы. Но Тебе, Господи, я напишу хороший — честное слово.»
В очередной раз говорить о литературной и общественной значимости романа Виктора Пелевина «Generation P» для России (и не только для России) бессмысленно. Те, кто не читал книгу, все равно наслышаны, а тем, кто читал и так все понятно. «Generation P» — роман не очень объемный и по своей композиции не слишком сложный, но в нем затрагиваются самые разные темы: от идеологии потребления и рекламных стратегий до религии и российской национальной идеи. Добавьте к этому отсылки к шумеро-аккадской мифологии, описание наркотических трипов и магический символизм — получается очень емкое произведение.
Поэтому перед просмотром картины беспокоит больше всего один вопрос: сумели ли ее создатели перенести на экран не только основные события книги, но и ее атмосферу, символизм, внутренние диалоги Татарского? На мой взгляд, не сумели. С основной линией сюжета и прочими событиями все в порядке, атмосфера девяностых передана сочно, актеры хороши: Епифанцев старается, Ефремов и Охлобыстин сидят в своих образах как влитые, Гордон — прямо в точку. Но ведь это только половина пирога. Центральные и самые сильные идеи романа отражены в экранизации только как красивые образы, картинки, не способные вызвать и десятой доли тех ощущений, которые они вызывали при чтении. А мощнейшая по своей проблематике теория орануса, которую излагает Вавилену дух Че, выглядит лишь мимолетным кислотным пшиком. Понятно, что визуально все не передашь, да и хронометраж далеко не резиновый, но иногда создается такое ощущение, что все сложные для переноса на экран моменты авторы картины решили всего лишь нарисовать на компьютере. Оттого кульминационная сцена кульминацией по сути не является, она больше выглядит сценкой из спектакля на мифологическую тему с легким налетом мистики, поставленную в каком-нибуль провинциальном театре.
Ощущения от «Generation P» немного напомнили мне схожее чувство разочарования после просмотра фильма Лива Шрайбера «Свет вокруг», в основе которого также лежала прекрасная книжка — «Полная иллюминация» Джонатана Сафрана Фоера. Но если в последнем случае режиссер просто выкинул всю сказочно-магическую составляющую романа, сосредоточившись на событиях реальных, то режиссер Гинзбург все же попытался сделать «галлюциногенные» вставки, но скорее для галочки. Самый большой, и, пожалуй, единственный минус фильма в том, что он скачет «галопом по Европам» по основным сюжетным линиям, а самое главное, самое ценное — те мысли, что сделали роман Пелевина культовым затрагивает как бы мимоходом, оставляя многое за кадром. Поэтому сложно сказать, какое впечатление картина произведет на зрителя, который не знаком с книгой. Для достойной экранизации мало лишь бережно передать сюжет оригинала, необходимо переосмысление и визуальное выражение его идей, переданное режиссером собственным авторским почерком, упражнение на тему, если хотите. Тогда фильм-экранизация становится полноценным произведением искусства. А «Generation P» Виктора Гинзбурга пусть и весьма неплохой, но все-таки лишь пересказ сюжета.
«Христос Спаситель — солидный Господь для солидных господ».
Мне очень интересно, для кого выпускают этот фильм? Для философов? Психологов? Фанатов или поклонников Пелевина? А я представляю массового зрителя, а именно ту половину 10 класса, которая побоялась идти на «Вкус ночи» и предпочла комедию. Включая преподавателя. Мы дружно посмеиваемся в кинотеатре, а потом, расходясь по одному, ученики про себя бормочут, что фильм отстой.
Мало того, что российская киноиндустрия штампует по паре толковых фильмов в год, теперь у неё появился обычай вешать на не ожидаемые никем проекты марку «Шедевр». На марке обязательно надо приписать каких-то создателей, или «культовых» книг. А уж без слова «культовый» у нас ничего не обойдётся. Ну, ладно, упаковали — и давай потчевать зрителя. А чем потчуют? Идея проста, как «всё гениальное», но её начинают извращать под наше общество. Я за реализм, но в данном случае сказка была бы лучше. Потому что нас потчуют прямой пропагандой наркотиков, алкоголя и безмерного мата. Будьте такими и вы станете богами во плоти. Ещё немного обкуренности с выпивкой мухоморных настоев, чтобы вдохновение приходило. И не думайте, что нас к этому призывают — у всего фильма есть одно единственное оправдание — это реклама. К тому же, фильм повествует о карьере. И ход этой карьеры в течение фильма всё время в состоянии начала. Это начало слишком затянуто до середины фильма, а потом как-то вообще нету никакого действия.
И единственное, что реально показывает нам плачевную обстановку хоть в сколько-нибудь трагикомической форме, это отжиг Ельцина. Который, в свою очередь, реально оправдывает всё происходящее на экране — пьяный дирижирующий президент — это ведь, по сути своей, очередной чёрный пиар…
Вернусь к школьникам, которых упомянул в самом начале рецензии. Они говорят, что фильм отстой, но сами практически и не поняли ничего. Да потому, что лучше этого не понимать, а закрыть глаза и пусть наша вселенная катится в тартарары, как нам верно прогнозируют с недавнего времени.
Если это кино и могло открыть на что-то глаза, то оно открыло их
- не всем
- не своевременно
- не правильно
Спорный фильм. Очень спорный фильм. Наверно, стоило прочесть оригинал, чтобы разобраться во всех перипетиях сюжета, но всё-таки речь о кино — а стало быть оно должно быть понятным и без книги. А вот тут всё не так радужно…
Сюжет, можно сказать, отсутствует (если не считать сюжетом эпизоды из жизни рекламщика). Впрочем, для фильма, находящегося где-то между авторским кино и арт-хаусом, сюжет и ни к чему. Логически осознать фильм, наверно, можно, но вряд ли это получится с первого раза и полностью. Основную идею выделить получается — но не более. Оценка самой же реализации этой идеи скорее происходит на чувственном, эмоциональном уровне. И это — главный конфликт картины. Ибо половину фильма герои что-то употребляют, вследствие чего осмысленность трезвым сознанием отходит на второй план.
Посему оставим в покое смысл и обратимся к самой реализации. Снят фильм неплохо. Напрягают не всегда понятные переходы во времени, следствием которых порой являются обрывы логических связей, но в целом — неплохо. Операторская работа местами шикарна, местами чудовищна — то же касается и спецэффектов. Совершенно провалена работа со звуком — треть реплик героев забивается окружающим фоном, так что порой непросто понять смысл всех высказываний.
Актёрская игра в целом хороша. Епифанцев справляется очень здорово: тем удивительнее совершенно позорная сцена молитвы — это нельзя назвать игрой, это какая-то клоунада. Остальные смотрятся вполне органично — можно сказать, что с актёрами режиссёр не прогадал.
В самой идее о владыках этого мира есть некая натяжка, но как теория — вполне сойдет. Создаётся впечатление, что слишком много нагромождено и перегружено аллегориями, сравнениями и вымышленными вещами. Интересный ход, но выглядит недодуманно. В итоге получилось достаточно интересное кино, чтобы посмотреть, но достаточно спорное, чтобы однозначно оценить
Надо сказать, что несмотря на то, что фильм снят по «культовому роману», в качестве самого фильма я очень сомневался. Не в силах и воображении Гинзбурга, не в актёрской игре, не даже в переносе книжных событий на экран — сколько в подаче смысла. Пелевин не имеет конкретики. У него нет конкретного пережеванного и выплюнутого смысла. Но я увидел в фильме этот смысл, и это приятно. Но довольно лирических отступлений.
Главный герой
Я не уверен, что выбор Епифанцева на роль Татарского — выбор правильный и осмысленный, и чем руководствовался Гинзбург не понятно вовсе. Я конечно понимаю, что в конце он должен предстать величественным и сильным, но в конце, а никак не в начале, когда он должен быть худым, голодным студентом литературного и продавцом ларька. Передача эмоций на протяжении фильма несколько раз меняется. Видимо это связано с многократными пересъемками, и Епифанцев успел вжиться в образ.
Съемка
При бюджете в 7 миллионов долларов спецэффектов в Generation П не просто много — их очень много! Это галлюцинации от мухоморов, Татарский под ЛСД, Татарский под ЛСД просящий совета у Че Гевары. Если бы Гинзбургу дали столько же, сколько было потрачено на недавние премьеры российского кинематографа — Поколение можно было бы вывести на мировой уровень и выдвигать на Оскар.
В технологии никаких прорывов я не заметил. Разве что длинная связка при погружении Татарского в объяснения Че Гевары об анальных и оральных WOW-импульсах.
Добавления режиссёра
Во всевозможных эфирах кричали, что Гинзбург дописал много всего — перенес фильм в современный мир. Я купился, и совершенно зря. Фильм ничуть не заглядывает дальше положенного. Только в пределах книги. После конца книги проходит только 3—4 эпизода
А не замахнуться ли нам на Вильяма нашего, товарищи, Шекспира (С)
Метод использования известных медийных лиц в кино хорошо известен и часто применяется в российском кинематографе. При этом совершенно не важно, умеют ли они играть и обладают ли хоть каплей актерского таланта — главное, чтобы где-то успели засветиться и были узнаваемы. По количеству подобных персонажей с данным фильмом может соперничать разве что с новогодний голубой огонёк. В результате гениальные пелевинские диалоги читаются на уровне утренника в детском садике. Достойную игру демонстрируют лишь единицы профессиональных актеров — Ефремов, Меньшов (правда, Епифанцев (Татарский) ужасен и даже с чтением закадрового текста облажался — читает монотонно, без «искорки»).
Второй минус — фильм не смотрится как целостное произведение, это больше похоже на какой-то набор скетчей — как в школьной постановке — показали одну сценку, актеры ушли, пришли новые — показали следующую сценку. Чувствуются разрывы — на склейку все-таки времени, видимо, не хватило несмотря на многократные переносы премьеры.
Что понравилось? Пелевинский текст — много времени прошло с момента прочтения книги — было приятно снова вспомнить — он не потерял ни актуальности, ни глубины. А вот все остальное, к сожалению до него не дотянуло.
Легко писать о фильме, когда все умные слова за тебя уже сказали. Режиссёр, актёры, продюсеры, кинокритики. Хотя всё равно любая рецензия остаётся в первую очередь вкусовщиной, с которой кто-то согласится, а кто-то пошлёт на хер.
Мне фильм понравился. Так я, начиная с 11 апреля, отвечаю всем, кто меня спрашивает. И это при том, что я терпеть не могу грязный наркотический натурализм и экстра-крупные планы, которыми данная картина изобилует.
Это и фильм о 90-х, и не совсем о них. Сам режиссёр Виктор Гинзбург, сказал так: «Вот эта бирка — фильм о 90-х, мне кажется, она не очень справедлива по отношению к Generation П, потому что да, это фильм о 90-х, это фильм о рекламе, это фильм об ЛСД, это вообще кинотрип, галлюциногенный трип. Но насколько это фильм о девяностых? Это часть фильма, но не главная». Но к чести режиссёра, он в деталях воссоздавал антураж 90-х, чтобы мы могли украдкой всплакнуть по этому странному времени. Например, сцена на площади 1905 года, первая встреча Вавилена с Морковиным. Там съёмки с крана, там 300 человек массовки (или групповки, как сказал Гинзбург), и каждый одет так, как мог быть одет 15—20 лет назад, и блошиный рынок, и старые этикетки шоколадок, пива, сигарет, само собой старые «тычясные» и «Пепси-кола» в бутылочках. Лично меня это впечатлило.
Понравился мне сам Морковин. Я вообще до этого Андрея Фомина видела исключительно в светской хронике бабских журналов. Чем зарабатывает данный товарищ на жизнь, оставалось только догадываться. Ну, мало ли профессий в мире, к которых я ничего не знаю. А тут он оказался актёром. Хорошим. Ну, на мой вкус. Может потому, что ему сильно не пришлось перевоплощаться: Морковин сразу, как появляется на экране, покоряет своим пижонством, светскостью. Он уже из того, из высшего общества. Но однако же он хорош. Он из тех персонажей, которые всегда появляются в самый подходящий момент и, оставаясь на втором плане, тем не менее раскручивают сюжет.
А вот Охлобыстин не понравился. Его странный Малюта выглядел таким искусственным с этой своей козлиной бородкой… И в роли Гиреева я его представить не могу тоже, хотя он мог сыграть Гиреева, если бы режиссёр не познакомился с Сергеем Шнуровым.
Все остальные, как мне показалось, на своих местах. Азадовский в исполнении Ефремова так вообще чудесный. Учитывая то, что я вчера писала президента одного из старейших российских рекламных агентств, а он, ну, просто копия Ефремова-Азадовского: голос, мимика, позы, пузо…
Что касается лексики, особо чувствительным смотреть не стоит. Ну, потому что краснеть и бледнеть каждый раз, когда герои говорят слова из словаря ненормативной лексики, так нервов попросту не хватит. Там не матерятся, там так разговаривают. И, как мне кажется, вполне оправдано.
А теперь о сюжете (за описание которого меня можно будет проклясть, ибо я могу не совпасть с мнением многих и многих, и многих…). Главный герой фильма — Вавилен Татарский. Начитанный и образованный москвич, который работает в ларьке, не подозревая о своей избранности. Много думает. За что в будущем получит несколько болезненных щипков от Морковина. Продаёт поштучно сигареты, сникерсы и дюрексы из-под полы, сопровождая торговлю спонтанно рождёнными слоганами типа «Дюрекс, английское качество. «Ягуар» в мире гондонов». Там-то в ларьке его и находит Морковин, успевший уже отхватить от новой жизни приличный кусок, чтобы купить белый тренч и не менее белую Ауди. Морковин объясняет Вавилену особенность времени, в котором сейчас живёт вся Россия. Бабки есть, товар есть, рекламы нет. «Так вот когда половина „Смирновской“ выпита, вот тут и появляемся мы…» Так Вавилен становится криейтером.
Ну, а то, что там замешаны мухоморы, ЛСД и шумерская мифология — это как раз неизгладимый пелевинский след. Потому что, если покопаться, то в любой мифологии можно найти такого вот пса по имени П***ц, который будет олицетворять целую страну.
Из любопытного: работа над фильмом длилась почти 5 лет. Тут не столько финансирование, сколько сценарий постоянно подправлялся. Как рассказал Гордон, он вечером заучил свежий текст, а на утро ему вручили ещё свежее. Фомин рассказывал, что получал напечатанный сценарий, поверх которого была правка ручкой. А Гинзбург просто признался: когда начинал снимать фильм, ещё до конца не представлял, как можно экранизировать Пелевина. Зиккурат и Институт Пчеловодства — это пазлы, которые собирались из разных точек съёмок и компьютерной графики. Много времени отняли и переговоры с брендами. Мало того, что надо было использовать их старые логотипы и этикетки, так ещё и слоганы матерные для них сочинять. Так, например, Нескафе пришлось заменить Тик-Таком. Переговоры с Туборгом проводились в главном офисе где-то там за бугром. Туборг не хотел использовать свою старую этикетку. Они хотели, чтобы Татарский пил Туборг Грин. Чёрный Мерседес, который 7 раз за фильм взрывался, случайно выжил. От удивления Гинзбург оставил мерин себе. Думает выставить его призом на конкурс в Фейсбуке. Ну и конечно, Гинзбург встречался с Пелевиным и показывал ему самый первый вариант сценария.
С моей точки зрения абстрагироваться от книги надо. Иначе элементарно конец будет сложно воспринимать. Последние 10 минут действие фильма разворачивается в 2000-е. Со словами «Под Кандагаром было круче» Татарский разбивает стекло недавно открывшегося «Третьяков Плаза», а частности бутика Philipp Plein. А кандидат Коля в исполнении Панина — это вообще крайне смелый ход. Или крайне глупый, как оценивают некоторые рецензенты.
А вообще, мне просто понравился фильм. И Гинзбург.
Первое, что в фильме обращает на себя внимание -это корявая попытка передать атмосферу 90-х. Я 90-ые помню плохо, но на них пришлось моё детство, и визуальный ряд того времени крепко впечатался мне в мозг. Так вот, правильного визуального ряда в фильме нет, есть некое представление режиссёра 10-х о 90-х, имеющее такое же отношение к оригиналу, как мода на всё греческое в начале XIX века к реальности античности. Слишком мало у Гинзбурга депрессухи, мрака и слишком чиста и ясна плёнка, предназначенная только для съёмки глянца.
Актёрский состав «Generation П» просто поражает, пожалуй, лучший из возможных для нового русского кино. Но зачем все эти люди? Если полноценная роль есть только у Епифанцева, т. к. он играет главного героя, у остальных практически эпизоды. К тому же 90% приглашённых звёзд играют сами себя, даже если вроде бы их герои не носят фамилию Гордон, Литвинова, Мордвинова или Охлобыстин, остальные 10% играют свои уже сыгранные роли, так Меньшов снова Гессер а Тактаров опять «бык».
С текстом книге обошлись бережно, даже излишне бережно, потому что мне отчаянно казалось, что я где-то уже это слышала. И ухо моё резала какая-та искусственность диалогов, возникающих из ниоткуда, у Пелевина они были куда более органичными.
Но всё это вот совершенно неважно, потому что по сути фильм исчезает где-то на 10—12 минуте. Почему? Да потому что в фильм по книге о трагедии человека эпохи потреб**ства умудрились впихнуть продакт плейсмент. А чё книга, ведь переполнена брендами, никто и не заметит даже подмены, и нужно просто денюжки собрать с уже упомянутых в первоисточнике марок, а если откажутся то заменить согласившимися или просто подкорректировать название во избежание… Гениально. Круг замкнулся. Бунт расфасован, упакован и продан под нужным соусом. Браво!
Девятая церемония вручения премии «Белый квадрат» Гильдии кинооператоров России состоялась 4 апреля. Михаил Кричман стал обладателем главной награды за операторскую работу в фильме «Елена» Андрея Звягинцева. (...)
Это комедия для тех, кто устал от офисной жизни. Меня позабавил мой герой - олигарх, помешанный на ролевых играх, хоббитах, эльфах и прочих персонажах. Еще он любящий отец, а это мне знакомо (...)
53.4 тыс.
