Кэм Чжа Ли в 19 лет попадает в тюрьму за похищение и убийство ребенка по ложному обвинению. В тюрьме она вынашивает план мести и завоевывает сердца заключенных собственной добротой, получив имя «Сердечная госпожа Кэм Чжа». Отсидев 13 лет, Кэм Чжа отправляется разыскивать предателя с помощью ее давних тюремных товарищей.
О трилогии мести Чхана-Ук Пака всегда говорят в связи с самым известным для европейской культуры мстителем — графом Монте-Кристо. Хотя на самом то справедливый мститель был самой любимой фигурой именно азиатского фольклора задолго до появления романа Дюма в свет. Если для христианского мира был еще альтернативный способ — смирение, то здесь решение могло быть только одно.
Только Чхан-Ук Пак своим «Олдбоем» повысил планку оценки своего творчества, что сам уже до этих высот не дотягивается. Уж очень сложной и продуманной получилась вторая часть — там тема вендетты была вывернута наизнанку, и мститель и жертва поочередно меняют маски.
«Сочувствие Госпоже месть» гораздо проще и герои здесь с однозначной мотивацией. Вместо мощного фильма получился настоящий десерт — Чхан Ук Пака показал себя скорее гением формы, а не содержания — изощренных сюжетных вывертов сюжета как в «Олдбое» не будет.
Но неспроста на этот раз героиня фильма женщина. Если герой «Олдбоя» учился пробивать сцены, выбивал зубы и орудовал молотком и битой. То Кем Чжа печет тортики, с улыбкой решает проблемы своих сокамерниц, ходит на шпильках, а стреляет из изящного револьвера ручной работы — очень непрактичной штуке, которая несет скорее символическую функцию — чтобы отмстить, надо подойти как можно ближе.
Так что, если «Олдбой» получился мощным и продуманным, то «Сочувствие госпоже Месть» тонким и вычурным, как этот дамский пистолет сделанный по чертежам старой шпионки. Тем не менее, небольшая неоднозначность, свойственная режиссеру есть и в там этом на первый взгляд однозначном фильме — во-первых, это обилие скрытого черного юмора — когда не знаешь ужасаться, плакать тебе или смеяться. Во-вторых, концовка. И в завершающей части трилогии, как ни странно, открытый финал — и что дальше?
Последняя часть трилогии о мести знатного мастера корейского после сокрушительной, ошеломляющей второй части «Олдбой» не могла пройти незамеченной перед огромной аудиторией поклонников. Пак Чан-Вук своим «Олдбоем» задал такую планку, одолеть которую под силу было только ему самому. Именно поэтому его «Госпожа» так сильно напоминает «олдбойские» мотивы. В течение всего действия прослеживается неизменная стилистика автора — музыкальное сопровождение, хронометраж, черный юмор, живописные красочные корейские интерьеры, даже актеры, уже знакомые нам по второй части, чудесным образом представляют теперь другую историю, ну, и, конечно же, главная тема всей трилогии — месть, суровая и беспощадная.
Только здесь главным действующим лицом выступает красивая девушка Кэм-Чжа Ли, которая ходит на каблуках и красится бордовыми тенями. Как она сама замечает — «Так я выгляжу добрее». Каблуки же выступают своеобразным показателем беспощадности и хладнокровия мстительницы, несколько раз в течение действия картины камера демонстрирует уверенную походку и стук каблуков Кэм-Чжа Ли, тем самым показывая, что эта девушка уже не отступит ни перед чем, собственноручно верша правосудие.
Тема преступника-убийцы, а вернее детоубийцы здесь играет очень важную роль, способную затронуть тонкие струны души каждого. Она, собственно, и хватает, ведь жертвами являются дети, совсем еще маленькие, не способные себя защитить на данном этапе жизни.
Но, тем не менее, эта история воспринимается уже по иному, не столь шокирующе и душераздирающе. Может это происходит потому, что сюжет здесь довольно предсказуем и ненавязчив? А может потому, что четко видна лишь одна трагедия — со стороны доброй половины картины, в отличие от «Олдбоя», в котором обе личностные трагедии, положительного и отрицательного героя, одинаково катастрофичны? Эти вопросы, возможно, задаст себе каждый после просмотра «Госпожи» (как правило, «Олдбой» всегда смотрится перед «Госпожой», так как он все-таки популярнее). Ответ будет столь очевиден, и опять же у каждого свой. Но, тем не менее, «Сочувствие госпоже Месть» являет собой достойнейшее завершение будоражащей трилогии с неизменным почерком великого мастера, подделать который все столь же невразумительно, как и предугадать последующий его шаг. Пак Чан-Вук по-прежнему безупречен.
Кровь и кондитерский крем — странное сочетание. Но в этом что-то есть. Чистота и жестокость — небывалая пара. Но Ли Кымджа объединила их в себе. Невинная жертва справедливо мучается от угрызений совести. Она же не причастна ни к убийству несчастного мальчика, ни к сиротству собственной дочери. И единственное, что должно в ней гореть, — это ненависть, слышащая хищное шипение мести. Однако кинематографический мир Чхан-ука не для однозначных мотивов. Кажется, в нем у всего есть оборотная сторона.
Закончились вступительные титры, грянула приветственная песня. Возрадуйся же, Кымджа, новой жизни, белой и чистой, как этот идеальный торт со сладким кондитерским кремом. Ах, нет — ее ведет след крови, что пролилась 13 лет назад. И Кымджа идет вперед, спеша по зову жестокости. Лишь сюжет смотрит ей в спину, ибо его путь иной. Разлетаясь, как хрупкий хрусталь, в мелькание фрагментов, он живет анахронизмом, не признавая условности кино. Последовательность кадров — не ограничение для режиссер, а все лишь правило игры со временем, повод, чтобы разрушить границу между настоящим и памятью. Время на экране сворачивается в узел, ритм истории способен вызвать мигрень своею безумной какофонией. А мысль тем моментом сама по себе начинает собирать мозаику, становящуюся параллельной витиеватому контуру чувств, которыми Чхан-ук сплетает собственную картину реальности, видимой лишь ему одному.
Не преминув упрекнуть режиссера в запутанности и неоправданной сложности повествования, зритель останется наслаждаться изобретательными кинематографическими шарадами. Между тем, само изображение выстроено по-юношески остроумно и прозорливо, с тонкими намеками и очевидными завитушками, точно на том торте, который так умело готовит Кымджа. Если монтаж соединяет совершенно не связанные кадры, это не значит, что они разобщены. Потому что зоркий глаз режиссера всегда находит вещи, штрихи, детали, которые существуют как бы вне времени и ситуации. Пространство оказывается замкнуто на себе, его диалектическая сущность преодолевается и становится похожа на аморфную перетекающую субстанцию, в которой нет физической логики. Она парадоксальна так же, как и поток сознания в голове героини.
Чхан-ук словно откололся от созерцательной традиции восточного кинематографа, поэтому его экранные экзерсисы замешаны вовсе не на метафизике расширенного сознания или медитативном растворении в пейзажах. Стержнем картины становится вечная разнородность мысли и чувства. Как это часто бывает, иррациональное кажется непобедимым для расчетливого разума. Вместе с тем Чхан-ук показывает естественную и закономерную двойственность реальности в каждом ее проявлении. И дочь Кымджы все равно винит свою мать, потому что она ее бросила, а причина тому уже не важна. Действие, словно изолированная субстанция, несет в себе конкретный характер, заранее определенный и не зависящий от контекста. Как бы мы не хотели простить героиню, указав на объективные обстоятельства, она преступница в глазах дочери. Это истинно так же, как истинна ее невиновность для любого другого человека.
Отношение чувств видится центром художественной системы Чхан-ука. Он ставит их в странные сочетания и наблюдает за возникновением искры от трения, которое и рождает драму, скрытую во внутреннем монологе. На поле «Сочувствия госпоже Месть» пытаются ужиться спасение от призраков прошлого вместе с утоленной жаждой мести. Героиня идет от собственной юности, безукоризненно чистой, наивной к зрелости, пропущенной через все горнила порока. Но безжалостное убийство злодея прошлого, не очищает ее настоящее. С белоснежного торта для нее никогда не сойдут пятна крови. И оттого в последних кадрах отчаяние так невыносимо прекрасно, что хочется одновременно смеяться и плакать. А то, что это возможно, Чхан-ук доказал своим фильмом — обворожительным кинематографическим узором, соединяющим несоединимое.
- Ты начала краситься бардовыми тенями?
- Так я выгляжу добрее…
«Сочувствие госпоже Месть» — третий и последний фильм «трилогии мести» Пак Чхан-ука. Картина получилась легкой, изящной, но совершенно бескостной по сравнению с первыми двумя фильмами. Главная героиня «Сочувствия» — Кем-Джа Ли — выходит из тюрьмы по истечении 13 лет, чтобы воплотить свой блестящий план мести в жизнь. В конце концов ей это удается. Только вот какой ценой…
Посмотрев этот фильм, я понял что полноценной «трилогии мести» ну никак не получается. «Госпожа» очень близка к проблематике первого фильма, а «Олдбой» у Чхан-ука слишком самостоятельный, чтобы быть всего лишь «одним из». Поэтому тут было бы логичней говорить о дилогии «Госпожи» и «Господина Месть». У этих двух фильмов много общего. Главная мысль — «Если ты возвращаешь ребенка родителям — это во благо, если нет — во зло…». Единственное, что отличает «Госпожу» от первой картины — общая незаконченность. Концовку, я думаю, каждый поймет по-своему.
Ну, а с технической стороны нет никаких претензий. Все очень даже на уровне. Бьющий по мозгам стиль, брутальные сцены под классическую музыку, замечательные актеры… Все, что касается формы — идеально. Содержание только подразочаровало чуток. Хотя в отличие от того же тарантиновского «Убить Билла», фильм получился более честным. Там «кино о кино» без особой идеи, здесь идея есть. Я слишком много грешила… Я не достойна такого ребенка как ты… Что-то в этом есть такое, чему веришь.
Мой вердикт: достойно. Пак Чхан-ук отполировал свое кино до блеска и у него получился действительно нужный трилогии фильм. Первая картина мне представляется наброском будущих работ, вторая — основой всей трилогии, третья — корректировкой того, что уже было написано. В любом случае мне понравилось:
Чхан-ук Пак своей трилогией мести открыл Корею заново — разрушил мировые стереотипы об этих маленьких человеках, способных из дичи потреблять, разве что, мясо собак, представив их на суд мирового кинозрителя кровавыми людьми, способными уничтожить врага, не важно убив его или поиграв с ним. «Сочувствие госпоже Месть» переносит зрителя в современную Корею, показывая этот демократичный рай, глазами женщины, решивший сыграть в опасную игру под названием «месть».
Тринадцать лет проведенные героиней ленты Кэм Чжа Ли в заключении, проносятся на экране с динамичностью лучших лент о тех кто любит стрелять. Смешав ход текущих событий с флэш-бэками, о заключении героини, режиссёр разогнал первую половину ленты, что в развязке сам не поспел за своей скоростью. Однако это можно назвать коронным приемом Чхан-ук Пака, он умеет затянуть развитие финала, как никто другой, и в случаи с «Олдбоем» выиграть на этом, однако здесь, маститый азиатский режиссёр перегнул палку, точнее пленку, показав по сути две разные по скорости половинки картины.
Первая знакомящая зрителя с героиней и её планом мести, проносится настолько стремительно, что глаз от экрана не оторвать, даже корейская женская тюрьма демонстрируется как далекая от нормальной жизни обитель, пусть и создающая для героини «команду мести». В итоге легким движением руки, режиссёр из всей этой команды оставляет лишь капитана — главную героиню, которой и придется тормозить ход событий своим монологом, о настоящем злодее.
Фильму не хватает возгласа «Не виноватая я…», но, тем не менее, картина заставляет, в лучших традициях Хичкока, посочувствовать несправедливо осужденной героине. Выйдя из мест лишения, героиня, обретя новые очертания в области век, принимается завлекать зрителя на свою сторону, только картина превращается из триллера в мелодраму, особенно с возникновением дочери героини.
Эта сюжетная линия кажется лишней, героиня и так мотивирована по полной, единственное, что ей остается воплотить свой план, чему не должны помешать ни дети, ни прочие мстители, скатывающиеся все, ниже, превращающиеся в животных жаждущих одного — крови!
В принципе этим подобные ленты и завлекают, именно превращением человека из существа разумного, в нечто бесконтрольное, готовое на убийство и жаждущее быть отмщенным сильнее всего. Впрочем, когда мстителей набирается целая банда, сложно угадать, кто более других имеет право произвести последний выстрел из Магнума, но в этот раз, очевидно, что мстители Чхан-ук Пака имеют полное право отомстить, никто не станет их в этом винить. Кроме них самих.
По сути, заключительный эпизод трилогии мести получился самым мягким, однако самым жестоким, хотя бы, потому что месть была справедливой, а преступления совершенные общим врагом героини и её банды, очень низкими. Чхан-ук Пак затронул тему преступлений против детей, посадив за это совершенно невиновного человека, впервые в своей трилогии, показав героя, полностью имеющую право мстить… Только автор превратил всю месть в какой-то затянутый фарс, которая будет интересна лишь тем, что покажет состояние людей в ситуации, когда животная страсть берет верх над разумом, медленно, после дискуссий.
Все три эпизода трилогии продемонстрируют самые черные, жуткие стороны человечества, но в единую картину не сложатся, так и, оставшись тремя разными историями мести, может так и должно быть, будто каждый случай, решившего поквитаться за разбитую судьбу человека, должен восприниматься как индивидуальный, и не сравнивающийся с другими похожими, ведь кто-то, кроме корейцев способен и на прощение, только в некоторых случаях куда полезнее довести план до конца. Хотя бы ради эгоистичного удовлетворения — почувствовать себя отомщенным, правда, не выльется ли это в финальную сцену из «Убить Билла-2», учитывая, что герои фильмов Чхан-ук Пака очень сентиментальнее, и готовы признавать свои промахи. В принципе, в этот раз такого поворота событий режиссёр умело обошёл. Достойно завершив трилогию!
Третья часть всестороннего изучения мести автора знаменитой трилогии сильно отличается от первых двух. Это не игровое, криминальное кино имени господина Месть. Это не садистский детектив-триллер вроде «Oldboy». «Сочувствие госпоже Месть» совмещает в себе режиссерско-операторские находки, коих не хватало в первом фильме трилогии и художественно наполненные мотивы мышления второй части. Здесь есть на что смотреть и есть о чем подумать.
Первая половина фильма, рассказывающая завязку, историю каждого из присутствующих в сюжете персонажей и описывающего приготовления к финалу блистает в основном операторским лоском. Каждый кадр продуман и сделан интересно, будь то женская тюрьма или момент из будничной жизни великодушной Ганчжи. За мастерскими съемками и постановкой, рваной, но понятной не видно ничего лишнего, кроме странного сна с полусобакой-учителем. Но уже к началу условной второй части, возмездия, когда понимаешь, что великодушие героини ни что иное, как продуманный до мельчайших подробностей план мести, в котором нет ничего человеколюбивого, начинаешь задумываться. А когда кино резко меняет направление движения с игрового на серьезную моралистскую психологическую драму, легко справляясь с мелькавшей в недавнем прошлом поделкой Мишки «12», полностью погружаешься в размышление, не забывая отмечать эстетские кадры жестокости, по традиции корейского кино преподнесенной с особым смаком.
Если два предыдущих фильма рассказывают, какая может быть месть, то это кино не только рассказывает, но и спрашивает: а зачем она может быть? Почему месть нужна и нужна ли она? Помогает ли месть, удовлетворяет ли душу сотворившего ее? Столько лет — 13 долгих лет Ганчжа хладнокровно готовила и исполняла хитроумный план, вовлекая все новых пособников, которым уже не выйти из порочного круга, в том числе, полицейского, расследовавшего ее дело, а потом, в один прекрасный момент все становится зря — она не может совершить месть. Она не может убить, прежде просто переступая через ненужных людей. А так ли просто совершить месть? Не совершила ли она во много крат большее злодеяние, вовлекая родителей погибших детей в свой кровавый план, на который у нее самой не хватает духа и смелости? Много нужных и правильных вопросов в итоге поставил режиссер, рассказав о множестве обличий мести. Так что итоговой фильм должен с укоризной ткнуть пальцем в каждого, кто восхищен стилем и эстетизмом этих трех фильмов, кто восхищен задумками, заставив задуматься — чем же они так восхищены. Неужели они так и не поняли ничего из трилогии, и столь легко подвержены человеческому падению, моральному падению, чтобы вместо бесславного грязного выстрела в расчлененное тело врага, видеть только идею капелек пота на лбу будущей жертвы?
Время задуматься над собой, друзья (враги?) и глодать свой тофу, в надежде простить самих себя за свое скудомыслие.
В сухом остатке: лучшего окончания трилогии и придумать нельзя — именно этот фильм должен стать культовым, а не расхватанный на сцены «Олдбой».
Перед нами третья и заключительная часть из трилогии «О мести». Ой, ну вот положа руку на сердце, я могу сказать, что перед нами самая слабая часть трилогии. Ну а если забыть вообще про эту трилогии, то фильм, конечно, получился очень любопытный. И он, снят не для всех людей. Мне кажется, он даже не понравится многим фанатам корейского кинематографа, но зато он понравится тем зрителям, которые любят разный кинематограф.
Лично я получил от фильма большое удовольствие, хотя после того как он закончился, у меня осталось очень много вопросов в голове. Просто лично я считаю, что режиссер Пак Чхан-ук допустил одну ошибку в своем фильме. Какую? Он сделал свой фильм очень красивым, особенно понравились сцены на снегу, но он немного позабыл о сюжете фильма и поэтому тут есть моменты, когда фильм немного провисает и тормозит. Да и смысл фильма ничего хорошего не несет.
Главная героиня выходит из тюрьмы и пытается найти человека, из-за которого она попала в эту тюрьму. Находит она его быстро, а вот мстить будет медленно. Я не знаю, зачем режиссер сделал такой длинный хронометраж, тут ведь явно можно было сократить некоторые моменты. Ну а вот сцена мести режиссеру удалась на славу. Очень жестокая конечно сцена, поэтому смотреть этот фильм молодым людям запрещено.
Для корейского кинематографа этот фильм стал еще лишь одним фильмом про месть, а вот весь остальной кинематограф может ему только позавидовать. Я конечно вряд ли буду пересматривать этот фильм, но все равно поставлю ему максимальную оценку, потому что корейский режиссер Пак Чхан-ук сделал огромную работу. Пускай его фильм будет стоять в тени другого его шедевра, но я вам скажу, что даже гениальные американские картины никогда не смогут дотянуться до этой тени.
Спасибо.
P.S.
И огромное спасибо за актера, который играл «Олдбоя». Опять он намучился бедняга…
Садясь смотреть продолжение «Олдбоя», волей неволей ожидаешь чего-то похожего на Старину. Но… в третье части трилогии Мести Чхан Ук Пака мы видим совершенно другое кино. Если «Олдбой» — это превосходнейший сюжет, плавное перетекание вендетты от одного персонажа к другом, превращение мстящего в объект мщения, то «Chinjeolhan geumjassi» — это скорее торжество формы, это прекрасная леди, выпекающая тортики и потихоньку готовящая отмщение тому, кто засадил её в тюрьму… Это странный пистолет, убить из которого можно только когда ты увидишь капли пота на лице приговорённого, это простые обыватели, которые превращаются в ужасающих демонов мести, накидываясь на убийцу своих детей…
Полтора года назад я видел небольшой отрывок из этого фильма, тот, где Кем Чжа убивает странное существо на тележке. И тогда я подумал: «Уж такую-то бредятину я смотреть никогда не буду!» А теперь я не отрывая глаз от экрана, пристально вглядываюсь в это медитативное рассуждение на тему, которая сейчас столь актуальна, стала в кинематографе — о Мести. Не известно, с чем связано столь пристальное внимание режиссёров, обращённое в этом направлении…
Это кино как раз рассуждение, медленное, неторопливое. В меру жестокое, местами, вызывающее отвращение (в особенности — тюремные сцены). Кому-то лента, может быть, покажется несколько затянутой, но, по-моему, это ей даже на пользу.
Концовка, которая, в общем-то, не заканчивает историю — это намёк не столько на продолжение, сколько на бесконечность истории.
Так интересно, но трилогию «Мести» Пак Чхан-ука я начал смотреть с конца. Всегда делать что-то не оттуда — интересно, правда и результат может быть не тот. Но с «Госпожой Местью» дела обстоят так, что это единственная просмотренная мною картина мщения у этого корейского режиссера. Нашумевший и кем-то даже названный культовым «Олдбой» все еще не увиден, а пока в предвкушении, но с опаской можно посмотреть и на «Госпожу».
Первые полтора часа фильм вызывает настоящее недоумение. Красивая картинка (об этом позже), забавные подача и построение сюжета. Некая интрига, кучи замешанных людей. Человеческие судьбы и драмы. Смотришь на все это и умиляешься. Но если отбросить визуализацию, то каркас представится очень серым. Фильм наскучивает своей концовкой и становится совсем непонятно, как такую банальщину можно будет смотреть еще около получаса.
Мозг непроизвольно вспоминает историю двухгодичной давности (в смысле разница в выходе фильмов). Историю про брошенную беременную невесту в желтом спорткостюме и с невероятно крутым мечом на перевес. Тарантино ведь тоже визуализатор виртуозный. Мозг воспроизводит, сравнивает и выдает, что после никакого Убить Билла 1 и еще более никакого Убить Билла 2 снимать Убить Билла 3 — совсем безумие, тем более делать это не в Европе, а в Корее. И если после Тарантино осталось в голове море крови, какие-то японцы, меч и прелестница Ума, то после Пак Чхан-ука кажется не останется совсем ничего (хоть убейте, не видел я умопомрачительной красавицы в главной героине «Госпожи»). Мозг сделал свои изыскания и выводы, рот непроизвольно начинает зевать и ждет уже последнего выстрела…
И тут в какой-то момент становится понятно, что фильм достойнейший, что он великолепный, фильм который ставишь на одну полку с очень немногочисленным «неоднозначным кино». «Госпожа» задает такие вопросы зрителю, на которые, лично у меня, до сих пор нет ответов.
Режиссер умело смог соединить в одной картине потрясающую красоту картинки плюс беспроигрышная классическая музыка (Космическая одиссея Кубрика), попсовость кинематографа, причем не очень откровенную — приносящую деньги, но не заставляющею стесняться самого себя (Убить Билла Тарантино) и глубоко философские вопросы морали и жизни (выбор велик скажем — Триер).
Зритель же во всем этом остается лицом безучастным при этом совсем не скучающим, чего добиться поистине трудно. Наблюдая первую часть фильма, мы — просто зрители забавно-голливудской истории несправедливости, как девочку, хорошую девочку, обманул плохой учитель, посадил её в тюрьму, а она теперь вышла и хочет отомстить. Во второй же части, мы — бестелесные «ангелы», которые как и герои фильма, задаются вопросом — чего заслуживает педофил и убийца детей — сурового наказании «по закону» или суда Линча от наполненных праведным гневом безутешных родителей. Режиссер кажется просто снимает документалистику — камера безучастна. Она безучастна, когда убивают детей, когда убивают родители, когда потом все мило и дружно кушают тортик и уже подумывают о деньгах.
Сейчас совсем не хочется вдаваться в какие-то глубоко философские размышления на тему суда и судей (имею в виду глобальным, а не юридический смысл). Тут спорить бессмысленно каждый делает выбор только для себя, каждый в последствии отвечает за этот выбор. Граф Монте-Кристо за свой, родители из «Кошмар на улице вязов»(просто вспомнилось) за свой, а героиня «Госпожи» за свой.
Недаром в конце фильма, как символ очищения и отпущения всех грехов пошел снег. Режиссер простил. Но главная героиня так и не простила себе ничего, месть как это часто бывает, не оказалась такой сладкой какой хотелось бы. «Хорошая» девочка по форме превратилась в плохую, а по содержанию осталась прежней. Белый торт, как белый снег тоже может очистить, но если маленькая дочка есть его и наслаждается, то, как бы не упивалась им героиня «Госпожи», сочувствие к ней все равно не придет. Режиссер и зритель могут простить, но сама себя она не простит никогда.
И еще что запомнилось, пожалуй, больше всего — это потрясающий визуальный ряд. Такого притягательно-красивого я не видел давно. Невероятная светлая и красочная тюрьма, вечерний город, женские глаза с красными тенями, смерть, убийство или кровь — все, что ни снимает Пак Чхан-ук — все завораживает и заставляет пристально вглядываться в экран. Подобное кино как великолепная живопись. И даже если все открытые вопросы из «Сочувствие госпоже Месть» станут для меня закрытыми перед глазами будет потрясающая картинка — без смысла, но завораживающая своей красотой.
В год своего выхода, «Сочувствие госпоже Месть», однозначно стал самым ожидаемым фильмом в Корее. Виной всему высказывание Чан-Ук Пака, в котором он раскололся, что снимает третье кино о мести, героем которого станет женщина. Никто не ждал, что «Сочувствие госпоже Месть» станет венцом трилогии гениального режиссера, однако никто не сомневался, что грядет очередное кинособытие. И конечно же публика оказалась права…
Если первая часть трилогии напоминала полудокументальную хронику, основной идеей которой была жестокость, отчаяние и месть. А в свою очередь «Олдбой» сразил кинозрителя гениальной идеей и воплощением мести, то в «Сочувствие госпоже Месть» воплотились те изящество и красота, с которыми способна мстить женщина. Причем такая форма отражается практически в любом уголке фильма. Операторская работа, в сравнении с предыдущими частями, гораздо мягче и пестрее, повествование — легче, воплощение мести — изящнее и эмоциональнее.
Очень выразительно на фоне исполнения великолепного плана мести, выглядит сон главной героини, в котором она делает прицельный выстрел из шикарного пистолета в голову своего обидчика с телом жалкой псины. Этот сон, снящийся ей на протяжении всего фильма, словно глаголит зрителю, что я могла бы отомстить ещё изящнее, но реалии настоящего мне этого не позволяют.
В каждом человеке добро и любовь ведут непрерывную войну с гневом, ненавистью и отчаянием. Для меня «Сочувствие госпоже Месть», как и вся трилогия в целом, стал ярчайшим доказательством, того, что корейское кино, как никакое другое, отражает реалистичность человеческой жизни, убирая привычные всем киностереотипы, приукрашивающие реальность.
Фильм также страшен и жесток, как человеческие инстинкты. Но в тоже время умен и красив настолько, что нравиться словно прекрасная и умная женщина.
Пока София Коппола признается в любви объективам 80-х и снимает свои фильмы уже опробованной временем техникой, корейский режиссер Пак Чхан-ук не боится экспериментов. Вместе со своим младшим братом постановщик «трилогии мести» снял 30-минутный фильм Paranmanjang на iPhone4. (...)
50.5 тыс., 
39.7 тыс., 
34.8 тыс., 
