всё о любом фильме:
Тахар Рахим: «Хочу сыграть очень плохого человека»

Тахар Рахим: «Хочу сыграть очень плохого человека»26.02.2016

На российских экранах стартовала французская историческая драма «Анархисты» с Тахаром РахимомПророк») и Адель ЭкзаркопулосЖизнь Адель») в главных ролях. Пусть название вас не смущает: это фильм не о политике, а о вещах, понятных всем, например о свободе выбора, самоопределении и, разумеется, о любви.

Автор сценария и режиссер Эли Важеман снял ленту, действие которой происходит в опасном и романтичном 1899 году, когда весь мир громко требовал перемен. Главный герой — полицейский, который попадает под прикрытием в группу анархистов и постепенно проникается к ним симпатией. Как не потерять лицо и оставаться честным с собой, открыть свое сердце и сохранить достоинство, предать близких людей и жить дальше — дилеммы, которые встают перед героем, оценил бы сам Достоевский. Что, впрочем, неудивительно, ведь одним из источников вдохновения для режиссера стал роман «Бесы».

Чтобы узнать все об «Анархистах», КиноПоиск встретился с Эли Важеманом и Тахаром Рахимом.

— Эли, вы сняли «Анархистов», вдохновившись «Бесами» Достоевского. Можно ли сказать, что это в некотором роде фильм про Россию?

Эли Важеман: Думаю, да. Этот фильм русский по духу, потому что в нем есть стереотипы, которые традиционно связывают с дореволюционной Россией и с русской литературой. Меня всегда привлекали сложные и противоречивые персонажи, хорошие и плохие одновременно. Когда я увидел в театре 12-часовой спектакль Петера Штайна, поставленный по роману Достоевского «Бесы», меня он очень сильно впечатлил. Мне захотелось рассказать историю любви, борьбы и предательства, где будут действовать именно такие персонажи. Кроме того, на меня повлиял фильм «Донни Браско». Я понял, что мне тоже нужен подобный герой. Я решил, что это будет полицейский, идеологически нейтральный, который должен будет внедриться в среду политически заряженных людей, готовых к бунту.

— То есть это также немного американский фильм?

Эли Важеман: Мне хотелось, чтобы это был фильм, который напоминал о классике — как французской, так и американской. Например, в ленте доминируют холодные тона, как в некоторых американских фильмах 1970-х годов.

— При этом главную роль исполняет Тахар Рахим, французский актер алжирского происхождения.

Эли Важеман: Ну, у Тахара очень интересная внешность. С одной стороны, он выглядит как типичный современный француз, с другой — похож на итальянца, что тоже важно, ведь у его героя итальянская фамилия.

— Тахар, а чем вас привлекла эта роль?

Тахар Рахим: Мне, как и Эли, нравятся сложные персонажи, живые, настоящие, а не картонные герои блокбастеров или комиксов. У нас всех есть не только черные и белые стороны, но и множество оттенков, и они-то самое интересное. Для меня настоящий герой — тот, кто ищет себя, преодолевает собственные страхи.

— Вы тоже такой?

Тахар Рахим: Возможно, именно это и объединяет меня с моим персонажем из «Анархистов». Когда я согласился на эту роль, я тоже активно искал себя. Сейчас я ощущаю себя иначе, но кто знает, что будет завтра.

— Готовясь к съемкам, вы изучали философию анархизма, читали исторические книги?

Тахар Рахим: Я старался изучить все, что было связано с моим героем, но при этом не ставил себе цель стать экспертом. Все-таки это художественный фильм, где гораздо важнее создать образ эпохи, чем досконально передать все детали. Как правило, когда я готовлюсь к роли, я изучаю все, что имеет отношение к сюжету фильма. А если персонаж, которого мне предстоит сыграть, требует детальной проработки (например, у него какая-то особенная профессия), я на некоторое время погружаюсь в его вселенную. Допустим, мне предстоит сыграть человека, работающего в часовой мастерской. В таком случае я попрошусь на стажировку в подобную мастерскую, чтобы понять, как там все устроено. Для меня важно это почувствовать, чтобы уже не думать об этом в процессе съемок. Когда я обладаю этой информацией, могу дать волю фантазии, не нарушая реалистичности образа.

— Вам нравится эта эпоха?

Тахар Рахим: Да, с эстетической точки зрения. Красивая одежда, люди, идеи. Эта эпоха вдохновляет. Именно ей мы обязаны рождением кинематографа, гениальных писателей, живописцев.

— Каково это — реконструировать ее в фильме?

Эли Важеман: Не могу сказать, что это было легко. Для второго фильма у меня был весьма неплохой бюджет, но огромным его тоже не назовешь. Мне не хотелось снимать масштабные сцены. Гораздо важнее было заглянуть во внутренний мир людей, подсмотреть за их личной жизнью в замочную скважину. Неслучайно, что у нас так много интерьерных съемок, для которых мы специально подыскивали квартиры того времени.

— А почему в историческом фильме звучит современная музыка?

Эли Важеман: Мне хотелось, чтобы музыка была связующим звеном между нашими эпохами. Плюс это мой личный выбор. Мне очень нравятся песни группы The Kinks. Композиция, которая звучит в фильме, мне показалась более актуальной, чем музыка XIX века. Я искал вневременную музыку. Почему это не может быть что-то современное?

— Как вам работалось с Адель Экзаркопулос?

Эли Важеман: Адель — настоящая звезда, очень хорошая актриса и прекрасный человек, с которым комфортно. Что меня особенно впечатлило, так это ее работа в групповых сценах, когда она сама где-то на заднем плане. Обычно актеры такого ранга не слишком сильно вкладываются в подобные эпизоды, предпочитая тратить энергию, только когда камера направлена на них. Адель же вкладывалась во все сцены. Она, как и ее героиня, была душой нашей группы. Даже если ее партнер где-то недотягивал, она всегда включалась в игру, работала с полной отдачей.

Тахар Рахим: В актерской профессии есть один нюанс. Когда ты работаешь с кем-то на съемочной площадке, твой партнер играет либо вместе с тобой, либо против тебя. И, чтобы получился результат, который понравится зрителем, нужно найти компромисс, а это порой нелегко. Адель же всегда играла вместе со мной. Она очень искренняя и в жизни, и в работе.

— Тахар, в фильме вашему герою, который столько времени провел среди анархистов, задают вопрос: «Вы анархист?» Вы тоже прониклись этой идеологией?

Тахар Рахим: Не думаю, что я стал анархистом. Хотя, конечно, герои боролись за ценности, которые актуальны и сегодня и близки мне: равноправие женщин, право на образование, возможность распоряжаться собственной жизнью так, как хочешь.

— Какую роль вы никогда не согласитесь сыграть?

Тахар Рахим: Вряд ли такая роль существует. Мне нравится удивлять самого себя. Но это, конечно, не значит, что я готов принять любое предложение. При этом я бы с удовольствием сыграл очень плохого человека, настолько плохого, что его смерти желали бы и зрители, и сценарист, и режиссер. Это ведь так интересно — стать на некоторое время кем-то, столь не похожим на тебя.

— В фильме ваш герой играет в интересную игру: ему говорят слово, а он должен ответить, с чем оно у него ассоциируется. Повторим?

Тахар Рахим: Ой! Ну, давайте попробуем.

— Хорошо, тогда начнем со слогана «Анархистов». Любовь.

Тахар Рахим: Здесь.

— Жизнь.

Тахар Рахим: Солнце.

— Смерть.

Тахар Рахим: Жизнь.

— Кино.

Тахар Рахим: Свет.

— Россия.

Тахар Рахим: Театр.

Елена Васильева

другие интервью >>



Комментарии (5)

Новый комментарий...

 
Добавить комментарий...