всё о любом фильме:

Формула любви (ТВ)

год
страна
слоган-
режиссерМарк Захаров
сценарийГригорий Горин, Алексей Толстой
директор фильмаАлександра Демидова
операторВладимир Нахабцев, Юрий Райский
композиторГеннадий Гладков
художникВиктор Юшин
монтажВалентина Кулагина
жанр мелодрама, комедия, ... слова
премьера (мир)
релиз на DVD
релиз на Blu-Ray
возраст
для любой зрительской аудитории
время90 мин. / 01:30
Музыкальная комедия по мотивам повести Алексея Толстого «Граф Калиостро». В 1780 году Джузеппе Калиостро прибыл в Россию для представления высшей знати. Умыкнув под предлогом лечения отца юную Марью Ивановну, граф пытается влюбить в себя девицу, но безуспешно. В провинциальном поместье, где волею случая оказались путешественники, живет юноша, влюбленный в мраморную статую. С помощью Калиостро он надеется оживить мрамор, но встреча с живой Машей все меняет…
Рейтинг фильма

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • Фильм является вольной экранизацией повести Алексея Толстого «Граф Калиостро».
    • Во время съёмок Нодар Мгалоблишвили сломал ногу, но замену актёру искать не стали, и он продолжил сниматься, хотя его нога была в гипсе.
    • Каменная фигура, о которой грезил один из героев фильма, «засветилась» в двух других советских комедиях. В фильме «Старый Новый год» (1980) её в бане лицезреют герои Калягина и Невинного, а также внимательный зритель заметит её на первом этаже офиса в фильме «Служебный роман» (1977).
    Ошибки в фильме
    • Внимание! Список ошибок в фильме может содержать спойлеры. Будьте осторожны.
    • В финале фильма Федосья Ивановна сообщает Калиостро о том, что его разыскивает какой-то штабс-капитан. Обер-офицерский чин штабс-капитана введен в русской армии в 1798 году — через восемнадцать лет после визита Калиостро в Россию.
    • Стихотворение, цитируемое Федяшевым в первом диалоге с тетушкой («Из стран Рождения река…»), сочинено русским поэтом и переводчиком Василием Григорьевым в 1822 году — через сорок два года после описываемых в фильме событий.
    • В фильме периодически попадают в кадр стога характерной формы, остающиеся после уборки зерновых комбайнами.
    • Во время сеанса ясновидения в Петербурге русский генерал интересуется датой завершения русско-турецкой войны. Предыдущая русско-турецкая война закончилась в 1774 году — за шесть лет до приезда Калиостро в Санкт-Петербург. Следующая, шестая, началась семь лет спустя.
    • еще 1 ошибка
    ТВ-ролик 01:04
    все трейлеры

    файл добавилElectrolux

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 60 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Марк Анатольевич Захаров больше театральный режиссёр, работающий в знаменитом «Ленкоме». В советские времена прославился телепьесой/мюзиклом «Юнона и Авось» с потрясающим Николаем Караченцевым. Но не только театралы любят непревзойдённого мэтра Марка Захарова, но и поклонники киноискусства. На телевидении с завидной регулярностью транслируют его знаменитые «Обыкновенное чудо», «Тот самый Мюнхгаузен» (входящий в Top250 КП), «Дом, который построил Свифт» и, конечно же, забавный музыкально-танцевальный фильм «Формула любви» с нашими любимыми актёрами: Александром Абдуловым, Семёном Фарадой, Леонидом Броневым, Тамарой Пельтцер, Александрой Захаровой.

    Но эти замечательные артисты оказались больше на втором плане. «Формула любви» вышла на экраны в 1984-м году и тогда ещё не было всеобщего движения сыграть на имени какого-либо известного актёра как на рекламной акции, чтобы «отбить» себя в кинокассе. Марк Анатольевич тщательно подобрал актёрский состав, пригласив на главные роли неизвестных, но очень талантливых исполнителей: тогда имена Нодара Мгалоблишвили, Елены Валюшкиной и Александра Михайлова (не того, который искромётно исполнил свою роль в «Любовь и голуби», это полный тёзка) не были на слуху. По правде говоря, актёры не смогли сполна воспользоваться предоставленным шансом, чтобы закрепиться в кино, для них так и остаётся «Формула любви» лучшей картиной в карьере. Нодара Мгалоблишвили не видим в силу его почтенного возраста (ему уже исполнилось 83 года, правду говорят, что грузины — долгожители, хочется пожелать ему много лет здравствования), Александр Михайлов вообще давным-давно исчез, а у Валюшкиной последняя заметная роль — коменданта Зои Михайловны в ситкоме «Универ. Новая общага».

    И всё же в «Формуле любви», благодаря таланту Марка Захарова, сложился точный, цепкий, слаженный ансамбль. Каждый персонаж заслуживает внимания, каждый из них много чего привнёс в ленту, отчего она стала столь любимой у отечественного зрителя, а жители из-под Смоленска могут с гордостью говорить, что у них бывал большой авантюрист и шарлатан граф Джузеппе (для друзей просто Джузи) Калиостро, хоть всё это художественный вымысел от писателя Алексея Толстого и сатирика-сценариста Григория Горина, а снималось всё под Москвой. Благодаря вычурным выражениям, в чём-то даже высмеивающим помещичий свет того времени, благодаря и простонародным фразочкам и куда уж без латыни от местного кузнеца, с которым прислужница Фимка на сеновал собралась прийти, «Формула любви» стала и разнообразной, и сочной, и иносказательной, и ласкающей слух.

    И чего стоит только «Неаполитанская песенка» от двух блестящих персонажей Жакоба (Абдулов) и Маргадона (Фарада). Небольшая строчка «Уно, уно, уно моменто…» от Геннадия Гладкова мгновенно превратила забавную композицию в настоящий хит. Да и вообще блистательный дуэт Абдулов-Фарада безмерно порадует тех, кто не смотрел в силу неизвестных причин «Формулу любви». Это весёлый, яркий, юморной тандем слуг графа славно дополняет весь фильм. Не так много на экране Леонида Броневого, но его местный лекарь с саркастическими, едкими и даже ехидными словечками делает фильм во многом афоризматическим. «Да, это от души!», «Откушать можно.», «Не удивляет…» — лаконично, но так действительно от души, что можно сказать, что и Броневой, наряду с Абдуловым и Фарадой, самые главные комедийные ипостаси «Формулы любви». Но к ним обязательно надо добавить кузнеца, владеющего латынью, в исполнении Николая Скоробогатова: «Всё от мине зависить…» — ещё один афоризм обихода нашей речи. Да есть и другие многочисленные фразы и реплики, заслуживающего, чтобы их знали и помнили, но тогда можно рассказать чуть ли не весь фильм.

    Соблазнительная и страстная сподвижница графа Калиостро Лоренция, сыгранная Еленой Аминовой, добавила картине того, чего редко увидишь в фильмах советской эпохи, а именно сексуальности. Правда, Елена Валюшкина так та вообще в парусекундном кадре появляется с обнажённым бюстом в образе нимфы-мечте героя Александра Михайлова. Итальянская женщина-вамп и наша барышня дали фильму красоты и, опять же, сексуальности. И нельзя пропустить мимо танцевальные вставки будто бы от итальянских паяцев, где заправлял солист Александр Куломзин, изначально принятый за Константина Райкина — слишком ужимки и мимика была схожа на сына выдающегося юмориста.

    Классический фильм, когда отечественный кинематограф изобиловал выдающимися актёрами, талантливыми режиссёрами, прекрасными композиторами, что делало картины индивидуальными и входящими в золотую коллекцию от депрессии… А через пять-шесть лет начнутся совсем другие времена…

    10 из 10

    26 ноября 2014 | 12:48

    Я, Джузеппе Калиостро, верховный иерарх сущего, взываю к силам бесплотным, к великим таинствам огня, воды и земли.

    Алессандро Калиостро — личность историческая. Широко известный мистик, алхимик и авантюрист, родившийся и умерший в Италии, за время жизни успевший поставить на уши всю Европу. Не забыл он удивить своими «чудесами» и царскую Россию, со всеми её дураками и дорогами. В 1921 году русский писатель Алексей Толстой придал литературную окраску этому визиту в романе «Граф Калиостро». Спустя более, чем 50 лет, в 1984 году, дуэт талантливейшего сценариста и не менее талантливейшего режиссёра-постановщика явили жителям несуществующей нынче республики очередной шедевр. И пусть он, как и другая, даже более великая их работа «Тот самый Мюнхгаузен», снимался не для больших экранов, зрелище в итоге получилась не менее эффектное, чем «магия» Калиостро. Итак, в 1780 году карета графа Калиостро пересекла границу Российской Империи…

    Не надо громких слов, они потрясают воздух, но не собеседника

    Горин из тех замечательных сценаристов, фильмы которых нагло и беспощадно разбираются на цитаты. У таких цитат у него не единицы, а целые десятки на фильм, так что каждый найдет цитату по душе и для определённой ситуации. Не стала исключением и «Формула любви». Но не только цитатами славен фильм. Своё веское слово сказал и Марк Захаров, сделав просто замечательную и такую необычную для большинства советских фильмов постановку — яркую, красочную и феерическую.

    Очень, очень удачный кастинг. Нодар Мгалоблишвили просто здорово вошел в роль бездушного графа, которой всю жизнь готов расписать с помощью формул, жизнь, на которую он смотрит холодными глазами. Не менее колоритным выдался дуэт его помощников в исполнении Фарады и Абдулова, один из которых родился на корабле, который неизвестно откуда вышел и неизвестно куда направлялся, а второй ещё вообще не родился, а только готовится стать принцем в последующей реинкарнации. А песня в их исполнении — это просто блеск!

    - Карета сломалась, кузнец в бегах, так он в Васильевской гостинице сидит, клопов кормит.

    - Клопов? Великий человек, магистр — и клопов?

    - Так они, сударь, не разбирают, кто магистр, а кто не магистр.


    В плане постановки фильм — типичный фарс, с множеством парадоксальных, а временами даже абсурдных, ситуаций. Но за простым и незатейливым визуальным изложением скрыта не дюжая глубина: философски-поучительная и иронично-саркастическая. И уже не имеет значения, кто источник мудрости — магистр, провинциальный доктор или деревенский кузнец. Ещё одна сильная сторона фильма — музыкальная, не смотря на то, что в фильме всего несколько песен и несколько инструментальных проигрышей, которые по несколько раз повторяются. Всё целостно и гармонично. Это не последний Калиостро, которого видел советский союз и СНГ: позже будут Анатолий Кашпировский и Алан Чумак, Сергей Мавроди и Юрий Лужков и многие другие, все они были замечательными авантюристами и шарлатанами, все они искали свою формулу любви, правда для них эта «любовь» была деньгами, властью и популярностью, а не тем, что так хотел получить Калиостро.

    Мораль же истории весьма печальна — граф Калиостро бросил вызов самому богу, а проиграл какому-то безусому юнцу под Смоленском. Похоже, что для любви невозможно найти формулу, насколько бы химической реакцией она не была.

    А на барабане у нас субъективные

    10 из 10

    9 февраля 2012 | 21:03

    Да, если бы хоть один американский продюсер мог бы собрать в одном фильме такой актёрский состав, каковые наличествовали в постановках Марка Захарова, то, вероятно, отправился по миру с протянутой рукой, собирая на гонорары. Советским режиссёрам повезло больше — в их распоряжении было вдоволь Актёров, способных воплощать любые роли и с трепетом относящихся к искусству.

    Одним из выдающихся качеств Марка Захарова является способность выбрать на нужную роль из всех Великих Актёров самого правильного. А дальше персонажи начинают жить сами, и уже не замечаешь, богато ли костюмирован фильм, щедро ли потрачено на декорации и т. п. Наслаждаешься фильмом и игрой актёров.

    «Формула любви», на мой взгляд, один из сильнейших фильмов Мастера (кстати, в нём и с костюмами, и с декорациями порядок). Он давно разобран на цитаты, для многих молодых актёров роли в нём стали главными в их карьере. Да и ветераны были бесподобны — Леонид Броневой, Татьяна Пельтцер, Семён Фарада, Николай Скоробогатов… При минимуме действия выдавали зрителю максимум эмоций.

    Невероятно искромётный юмор, невероятно живой фильм на все времена.

    10 из 10

    26 сентября 2009 | 03:30

    Полемика на предмет допустимости режиссёрских трактовок литературных произведений, находящих своё выражение в театральных и кинематографических постановках, стара как мир. Одни полагают, что экранизации должны объективно отражать первоисточник, доподлинно следовать каждой писательской букве. «Постановщик правомочен по-своему интерпретировать плод литературных трудов создателя» — возражают другие. Кинопостановка повести Алексея Толстого «Граф Калиостро» маститым режиссёром Захаровым всецело являет собой беспредельно вольный подход, полностью искажающий изначальный замысел писателя. Хорошо это или плохо — вопрос чисто субъективного восприятия.

    Стыдно сказать, но «Формулу любви», которая уже давно разошлась на искромётные цитаты и уморительные песни, я впервые полноценно посмотрел… позавчера. Если рассматривать фильм как совершенно независящее от повести кинотворение Захарова, то я, пожалуй, присоединюсь к мнению предыдущих рецензентов. Фирменный захаровский стиль, гармонично сочетающий в себе комедийность, философичность и феерию гротеска, помноженные на восхитительную игру золотой актёрской плеяды, заслуженно ставит Марка Анатольевича в один ряд с величайшими отечественными режиссёрами.

    Однако во всём есть свои «но», и в фильме их крайне не мало. Как известно, граф Калиостро — реально существовавший персонаж. Под сглаживающими статусами мага и иллюзиониста скрывался масон (причём чуть ли не самой зловещей ложи — иллюминатов) и каббалист (т. е. для претворения в жизнь своих «фокусов» призывающий тёмных духов), поэтому власти православной Империи совершенно справедливо его преследовали. В толстовской повести Мария — жена Калиостро, три года с ним путешествующая, чешка по происхождению и сирота, что, конечно же, входит в серьезное противоречие с захаровской экранизацией. Более чем странно и неадекватно новыми интерпретаторами расписано поведение Машиных родителей в самом начале фильма. Какой добрый родитель, пускай и ради выздоровления главы семейства, пожертвует родной дочерью, отправив её сопровождающей совершенно незнакомого человека, причём демонической наружности? Вы хоть понимаете, папенька и маменька, что вверяете Машеньку отнюдь не доброму доктору Айболиту, а заправиле каббалистических мистерий, которые кроме факирства, астрологии и прочей оккультщины не исключают и оргиастических мерзостей?!

    Романтический герой Алексей Алексеевич, в повести спасший бедную девушку от злобного мучителя, у Захарова подаётся под видом одержимого болвана. Режиссёр намеренно дискредитирует романтизм и возвышенные чувства, старается изобразить их аляповато, воцаряет над ними надменный калиостровский разум. Уж очень хочется Захарову выдать желаемое за действительное, чтобы главная героиня полюбила за холодный рассудок, а не за горячее сердце. Увы, в повести Мария буквально-таки ненавидела носителя холодного рассудка, и полюбила не желчного спесивца, а того, кто этого действительно заслуживал.

    Калиостровская свита не отстаёт от хозяина. Пришедшаяся по нраву широким массам забавная песенка «Uno momento» — дифирамб похотливой низости, и нечестивый поступок Жакоба по отношению к доверчивой Фимке лишнее тому подтверждение.

    Честно скажу — мне не понравился этот фильм. И его премьера в преддверии нового 1985 года стала как бы прелюдией к чему-то недоброму. Гений Захарова очень хорошо постарался изобразить Зло привлекательным, но и, наверное, не только мне одному чужда идея его облагораживания. Завуалированное под личину глубокомысленной философии лукавомудрие воландовских софизмов, полагающих, что Свет невозможен без Тьмы, и декларирующих идею Зла, творящего Добро, оказывает на меня минимальное чарующее воздействие. Мало ли было творящих чудеса лжепророков. Сколько ещё будет.

    7 октября 2013 | 06:02

    Марк Захаров — великий рассказчик. Но театральный. Его стихия — условности, декорации, мистификации, дивертисмент и мюзикл. Захаров способен освоить даже самый заземлённый сюжет, например, 12 Стульев, погрузив его в эти самые условности. Но как только условности заменяются реальностью, «обыкновенное чудо» и захаровская магия начинают таять и испаряться. Сам Мастер, видимо, чувствовал это и никогда не играл в настоящий кинематограф: у Захарова нет реалистичных фильмов. За исключением Формулы Любви.

    Да, были и Тот Самый Мюнхаузен, и Убить Дракона, но в них реальность, «улица», являются кратковременными фрагментами, «естественными декорациями», выразительно и сочно задающими фон повествования. Эдакое «в некотором царстве, в некотором государстве…» И далее — основное действо в театрализованных интерьерах… И как нелёгкая сподобила Мастера решиться перенести своё фирменное повествование-притчу в условия абсолютной реальности?

    Да, каждый фильм Марка Анатольевича — притча, серьёзная философия в развлекательной форме, старинные наклейки на чемодане с видами Рио-де-Жанейро, европейских ратуш и дворцов. Такие привлекательные образы, но на чемодане житейских истин, которые нужно усвоить и нести. И ты веришь в эти притчи именно благодаря очень точной мере условности, которая задана гениальным Гориным ещё в драматургии, в сценарной основе, и аккуратнейше перенесена на экран Захаровым. Формула Любви, на мой взгляд, наименее удачный фильм Марка Анатольевича (я бы даже сказал, неудачный), — именно потому, что выведен за скобки привычного киноязыка Захарова.

    Рассказчик может вызвать эмоции слушающего по-разному. Например, передавая все нюансы происходящего. «В троллейбус с трудом вошла старая женщина. Лицо её было испещрено морщинами, неказистые платье и кофта, казалось, были её ровесниками…» А можно рассказать анекдот про то, как «одна бабка поехала на базар…» И манера Захарова — именно эдакие анекдоты про то, что весь мир театр, в котором творятся непостижимые вещи. Неизвестно ещё, создал ли бы Мастер это жанр «загадочных анекдотов» без великолепных пьес Григория Горина. На наше счастье, драматург и режиссёр, Горин и Захаров, «нашли друг друга».

    Вернёмся к Формуле Любви. Вот здесь беда происходит оттого, что анекдот постоянно проваливается в реалистичную историю, а история с её нюансами (старинная усадьба, лесок, подворье, сеновал и т. д.) то и дело соскальзывает на анекдот. Сомнительными, мягко говоря, выходят и реализм, и притча. А уж момент, когда Калиостро начинает «колдовать» вокруг статуи, и вовсе превращается в дешёвый балаган. Реальная зелень леса и тряпьё с нарисованными «каббалистическими» знаками; вытоптанная пыльная полянка и подожжённые керосиновые дорожки, призванные изображать «огненные круги»… Условность, безусловно, проигрывает рядом с реальностью, — становится глупой претензией. Не превращается гипсовая статуя в красавицу, не происходит чуда, — Фараде и Абдулову приходится накрывать ещё одной тряпкой изваяние, чтобы хоть как-то обозначить таинство превращения.

    Насколько всё могло бы стать интереснее и загадочнее, если бы Захаров изначально задал и придерживался бы театральной условности во всём. Ведь волшебный лес выглядит иначе, чем натуральный; таинственная статуя может быть совсем не похожей на гипсовую; а усадьба в декорациях превращается в магическое место, где нет особой необходимости жечь костры, — достаточно по-особенному поставить театральный свет… Но нет… Зачем-то Захарову понадобилось вынести волшебную историю «на пленэр». Ни история, ни пленэр от этого не выиграли, как по мне.

    Особо стоит упомянуть и об остальных «трудностях» Формулы Любви: об операторской работе и актёрском составе. Нет у Нахабцева понятий «крупный план», «общий план», — камера лупит всё неким «театральным планом», когда актёры видны в рост. Иногда крупнее, иногда общее, но в целом не происходит ни нюансировки эмоций, ни масштабирования места действия за счёт операторского мастерства. Так сняты и Служебный Роман, и Ирония Судьбы, — в них фокус держится на фигурах, на том, что они делают, на их взаимодействии и механизме самого сюжета. При качественных диалогах и талантливых актёрах беды в этом нет. А вот при отсутствии аутентичной стилистики кинорассказа средняя операторская работа только вызывает раздражение.

    Ну и, конечно, актёры… Да, как и в большинстве захаровских фильмов, в Формуле любви задействованы блестящие исполнители. Но не в главных ролях. Калиостро, правящий бал, — флегматичный ряженый грузин. Режиссёр не добился от него ни проявлений взрывного итальяно-иберийского темперамента, ни демонического масштаба, — вышел «фанерный Мефистофель»… Михайлов же и Валюшкина, находясь в эпицентре повествования, исполняя главных героев фильма, демонстрируют «харизму» живых кукол. Думаю, замени их на двух других сереньких актёров, и ничего в восприятии фильма не изменится… Но свита этих двух голых короля и королевы поистине великолепна: Броневой, Пельтцер, Абдулов, Фарада. И на что «пустил» Захаров истинных мастеров лицедейства? На цитаты, на реплики, на подкладку. Сколь ни пытается свита играть короля, главные роли в фильме провалены.

    А ведь, казалось бы, в предыдущих фильмах Захаров нашёл идеальный тип актёров для своих «увеселительных притч». Это исполнители, мастерски сочетающие комизм и серьёзность: Миронов, Абдулов, Янковский, Броневой, Васильева, Чурикова, Кваша. Видимо, чутьё изменило Захарову, не позволив найти среди молодых актёров исполнителей с той же способностью.

    Может статься, что в Формуле Любви Захаров захотел достичь нового уровня мастерства, овладеть искусством настоящего кинорежиссёра, снимающего в реальных условиях. И вдобавок взял на главные роли актёров вне комического амплуа. Однако результат показал, что в кино говорить серьёзно о серьёзном у Захарова не получается. Так же, как и говорить о реальности реальным языком.

    Театральный режиссёр-постановщик оперирует мизансценами, которые зритель видит с одного и того же расстояния от глаз до подмостков. В кино же основой повествования являются не мизансцены, а операторские планы планами. Для того, чтобы делать настоящее кино, режиссёр должен сам если уж не уметь выстраивать и чередовать кадр, то понимать, по какому принципу кадр выстраивается и чередуется при монтаже. В театре не существует монтажа. Не овладев искусством кадра, Захаров превратил свои фильмы в «кино-театр», в съёмки спектакля. И делал он это великолепно, пока не решил придать спектаклю Формула Любви реалистичную стилистику.

    Вышла невразумительная потешная комедия, где глобальная идея — не главное. (Невнятность её подачи ни в чём не может сравниться с совершенно идентичной идеей о волшебном преображении в любви, безупречно переданной Обыкновенным Чудом.) Режиссёр заставляет гениальных актёров балагурить и сыпать шутками, низводя мощную драматургию до уровня… капустника. По счастью, этот фильм стал для Мастера исключением, лишь подтверждающим правило: Захаров — великий рассказчик, умеющий остановиться, когда не чувствует органики повествования.

    2 из 10

    4 августа 2014 | 10:09

    Отличный живой, остроумно-тонкий, светлый фильм. И очень грустный. Очень трогательный. Где каждый герой — не шаблон, не калька, а самый настоящий, яркий, полнозвучный. Незабываемая музыка. И глаза графа Калиостро.

    Мы любим иностранное кино и не устаем им восхищаться. Но какое восхитительное кино снимали у нас…

    6 декабря 2008 | 02:49

    Фильм по мотивам повести А. Толстого. Тот редкий случай, когда литературное произведение не идет ни в какое сравнение с экранизацией. В отличие от повести, где материализация таки состоялась, в фильме Захарова Калиостро — это откровенный мошенник:

    «Все обманывают всех, только делают это слишком примитивно. Я один превратил обман в великое искусство».

    Здесь отдельный поклон Г. Горину. Во многих ли фильмах мы знаем фамилию сценариста? Тонкие, ироничные, интеллектуальные сценарии Горина позволяют чествовать его наравне с режиссером.

    Актерский состав бесподобный. Начиная с малоизвестного Нодара Мгалоблишвили, блестяще сыгравшего Великого магистра, которого при этом не боятся, а жалеют (плюс голос А. Джегарханяна). Лучшие актеры «Современника» Пельтцер, Броневой, Абдулов и примкнувшие к ним Фарада и Аминова — просто великолепны. Однако приходиться согласиться с одним из отзывов, что главные «молодые» герои вполне заменяемы и не представляют ничего особенного.

    Пересматривая фильм сейчас, неожиданно отметила, что фильм пропитан духом любви к России. Хоть и посмеиваемся над собой:

    «Меня предупреждали, что пребывание в России плохо действует на неокрепшие умы», «Здесь такие обычаи — ключи выдают, а замков нет».

    А все-таки, люди получились и чище, и душой щедрее. И такой искренний патриотизм довольно нетипичное явления для фильмов той эпохи, когда тонко подколоть «совок» считалось доблестью среди творческой элиты.

    И ещё. «Формула любви» это фильм не про любовь, не «love story» и даже не «Обыкновенное чудо». Это просто чудесный фильм!

    10 из 10

    18 января 2015 | 16:02

    Удивительно, что этот шедевр советского кинематографа остался совершенно без внимания. Это замечательная постановка Марка Захарова. Совершенно потрясающий актёрский состав.

    Фильм похож на сказку, на интересную сказку для взрослых о любви. О том, что любовь берётся из неоткуда, и нельзя заставить человека полюбить. О том, что нет универсальной формулы любви. «О любви не говорят, о ней молчат и вздыхают», — сказала героиня Татьяны Пельцер. Фильм стоит того, чтобы его посмотреть. В фильме много этаких спецэффектов для того времени. Всё-таки начало 80-х.

    На самом деле фильм замечательный, и если вы его ещё не посмотрели, то стоит посмотреть. Фильм о любви, о мечте… Особый колорит и искромётный юмор вносят Фарада и Абдулов. А песня «Уно-уно-уно ун моменто…» — просто шедевр.

    Сколько баллов?

    10 из 10

    6 декабря 2008 | 12:19

    Марк Захаров уже приучил зрителя, что многое в фильме будет излишне напоминать театральную постановку. Я не знаю всех законов театра и кино, но предполагаю, что они разные. В спектакле вполне одобряется, когда происходит что-то не вполне логичное, но зато яркое и, например, музыкальное. Если вдруг посреди спектакля выскочат чумазые шуты и начнут танцевать — никто же не удивится, и не будет кричать из зала «это не по сценарию! У Толстого такого не было!». Нет, это развлечение, потеха публике. Вот так и фильмы Захарова — смотришь на то, что логикой не объяснишь, но при этом совершенно над этим не задумываешься.

    «Формула любви» повествует о мистификаторе из страны-сапога Джузеппе Калиостро. Исполнили эту роль Нодар Мгалоблишвили и Армен Джигарханян. Один в кадре, другой за кадром. Вдвоём они создали очень любопытного персонажа. Иллюзиониста, искусного обманщика и мошенника, который, на мой взгляд, сам не может разобраться в любви. Он её хочет разложить по полочкам и вывести универсальную формулу. Не потому, что у него есть тяга к науке. А, наверное, потому, чтобы самому понять, как же, наконец, овладеть и покорить это чувство. Ведь если хочешь чем-то владеть — нужно знать, как оно устроено. И в то же время его печальные холодные глаза выдают тоску по этому чувству. Вот и трудится граф, пытается облегчить себе задачу. Но всё-таки полностью раскрыть этого персонажа я не смог. Что для него важнее — его шарлатанские занятия с людьми или стрелы амура? От чего из перечисленного он мог бы отказаться?

    Фильм определённо радует разнообразием персонажей. Очень ярких и непохожих друг на друга. Каждый со своим характером, со своей маленькой историей. И тем лучше это разнообразие видится, чем легче каждого персонажа описать с помощью двух-трёх слов. Именно тогда становится очевидно, как все интересны и непохожи друг на друга. Калиостро — загадочный маг, Федяшев — романтико-философский юноша, влюблённый в статую, Фимка — непосредственная крепостная девка, Лоренца — любящая мага помощница, Джакоб и Маргадон — своеобразные помощники графа, каждый со своими тараканами в голове. Украшение фильма — персонаж доктор — потрясающий дядька, самый саркастичный и острословный, при этом сохраняющий каменное выражение лица. И многие другие.

    Даже в этом наборе персонажей прослеживается что-то театральное. И если говорить в общем, то это привычный уже нам фильм Марка Захарова. Музыкальный, с шутками, с отличным актёрским составом, с репликами, которые ушли в народ (здесь почтение сценаристу Григорию Горину). И главное, что Захаров особенно любит и ценит — романтика. Не та, которая цветочки-конфетки-ужин при свечах. А с философией романтики. Иной раз романтики мрачной и холодной (как Остап Бендер или тот же Калиостро) или романтики молодой и беспечной (Федяшев, принцесса из «Обыкновенного чуда»). Но главное, что Захарову небезразличен герой, который склонен к красивому и возвышенному чувству прекрасного, чем бы он там ни занимался.

    9 из 10

    1 декабря 2015 | 15:48

    Самое начало фильма, буквально первые кадры выглядят свежо, смело и необычно для советского кинематографа, при этом они столь творческие, искусные. Этот странный танец, красная материя, голубое небо — завораживает, цепляет.

    А дальше? А дальше праздник, таинственность, магия, лирика, феерия, юмор — яркий, сочный, летний букет. Настоящее кино на все времена, для всех поколений. Неповторимое, оригинальное, вкусное.

    Актерский состав — бомба! Мастера актерского искусства. И они играют на полную, мастерски, виртуозно. Композитор — Геннадий Гладков, значит, сомнениям нет места: музыка в фильме будет на уровне, всегда к месту и в соответствии с характером лиц и событий. Ну, а «Уно моменто» от Фарады и Абдулова, пожалуй, один из самых известных, популярных и любимых зрителями моментов за всю историю советского кино.

    Марк Захаров — мастер, маэстро. «Формула любви» — в золотой фонд НАШЕГО (приятно и гордо осознавать, что наше) кино.

    20 августа 2010 | 21:18

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>