всё о любом фильме:

Дом, который построил Свифт (ТВ)

год
страна
слоган-
режиссерМарк Захаров
сценарийГригорий Горин
директор фильмаЮрий Смирнов
операторЛев Бунин
композиторГеннадий Гладков
художникВалентина Брусина
монтажГеоргий Шмованов
жанр фэнтези, триллер, драма, комедия, детектив, ... слова
премьера (мир)
возраст
зрителям, достигшим 12 лет
время138 мин. / 02:18
Удивительный дом построил английский писатель Джонатан Свифт. В нем реальность слилась с вымыслом, ожили персонажи из книг.

Рассказывая невероятные и правдивые истории, придумывая мистификации и розыгрыши, хозяин дома пытается раскрыть людям тайный смысл бытия и, может быть, преобразить их жизнь…
Рейтинг фильма

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • Фраза «Когда случилось это? Сегодня, как обычно, в пять часов» губительно сказалась на судьбе фильма. Выпуск фильма на экран совпал с чередой кремлёвских похорон — Брежнев, Андропов, Черненко. Поэтому телепремьера фильма состоялась только три года спустя.
    Ошибки в фильме
    • Внимание! Список ошибок в фильме может содержать спойлеры. Будьте осторожны.
    • Джонатан Свифт (Олег Янковский) смотря через картинную раму в зеркало говорит: «Джонатан Свифт — год рождения 1647, год смерти 1745…». На самом деле Свифт родился в 1667 году.
    • На 124-й минуте фильма, в диалоге Свифта со Стеллой, Олег Янковский говорит явно не своим голосом.
    Фрагмент 05:59

    файл добавилАнна в лепестках

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка

    ещё случайные

    Можно много говорить о фильме. Об относительности сложной геометрии любовного треугольника чужих для других, и поэтому еще более близких друг другу, людей, которые пытаются решить это уравнение на краю стакана с чаем. О великанах, проклятьем которых является собственный рост, и они вынуждены ходить сгорбленными всю жизнь, постепенно пытаясь забыть все что знают они, но не знают, или не хотят знать, другие, без возможности даже умереть во имя чего-то значимого. О человекоподобных, которых ничего не волнует и ничего не может растормошить, медленно убивающих настоящего художника непониманием и он вынужден закрывать глаза. О том, что первым желанием после познания истины является желание поскорее ее забыть и не обязательно потому что она довольно неприятная штука, а иногда просто потому что становится очень скучно. В конце концов просто о том, что «везет же людям — умирают»… Но слова действительно искажают смысл, поэтому надо смотреть кино и думать.

    Брызнет сердце то ли кровью
    То ли тертою морковью
    Ах, поверьте — все равно
    Все равно жестокой болью
    То ли гневом, то ль любовью
    Наше сердце пронзено
    И слезами плачут куклы
    И огнем пылают буквы
    И взорвался барабан
    И пошла под гром оваций
    Перемена декораций
    Здравствуй, новый балаган ©

    14 февраля 2012 | 19:05

    Ну в кои-то веки нам разрешили не рукоплескать. Спасибо за разрешение, уважаемые авторы, вот как раз аплодисментов и не будет, ибо публику действительно интересует совсем другое.

    Декорации и вся атмосфера из «Обыкновенного чуда», актерский состав стандартный для Захарова, зауми в три раза больше, чем в «Том самом Мюнхгаузене», и, слава богам, мрачняка в два раза меньше, чем в «Убить дракона», вот вам составляющие «Дома».

    Во-первых, да, перемудрили. Причем сделал это еще Горин, а не Захаров. Его пьеса про Мюнхгаузена тоже была, по сути, исключительно театральной, но ее как-то умудрились уложить в киноформат не без шика, а вот пьеса про Свифта не далась. Не для кино эта пьеса, а для сцены. Практически как «Розенкранц и Гильденстрен мертвы», чье киновоплощение тоже просто не сумело отразить чисто диалоговую вещь.

    Во-вторых, как следствие, это ужасно скучно. Что совершенно типичная проблема артхауса. Мне жаль, что Захаров, прекрасно умеющий совмещать глубину с открытостью, тут наплевал на «внешнюю» составляющую. Артхаус снять куда легче, чем фильм многослойный, а где тут сюжетная окантовка? Нулевой сюжет — приехал рационалист в дом метафизика и в итоге проникся метафизикой. О, да это же стандартное «возрождение уснувшей души», оно же «логика ничто, чувства все», привет, давно не виделись. Кажется, еще со времен первой полнометражки «Звездного пути», «это простое чувство», все дела. Когда идею уже в научнофантастические приключенческие фильмы пихают, значит, из высокого искусства ее нужно безжалостно вычеркивать — мировая мысль ее уже разжевала «для чайников» сто раз. Разве что поспорить с ней, и, кстати, я бы поспорила. Рано логику и материализм списывать со счетов.

    Не считать же за внешний сюжет бессмысленную любовную линию «Стелла или Ванесса». Честно? Мне все равно. Обе не вызывают симпатии. На мой взгляд, обеим женщинам стоило послать этого философа в его высокие эмпиреи, потому что с его-то как раз стороны за весь фильм я никакой любви не увидела. Судя по его финальной речи, ему тоже как-то безразлично, та, эта, обе сразу. У него же Высокая Миссия донести до рода людского его недостатки. Судя по всему, настоящий Свифт не был таким напыщенным снобом, и совершенно нормально общался с обеими женщинами, причем со Стеллой куда ближе, что неудивительно, он ее куда дольше и ближе знал.

    В-третьих, и сама философия не потрясает. Напихали много сложных вопросов, и. как следствие, времени проработать каждый не хватило. Метафора с великаном, который опустился? Пародия на властные структуры в виде Опекунского совета? Смерть человека — несерьезная реакция, как на смерть актера? Вот разве что меткое и, видимо, довольно новое для 1982 года изображение проблемы «пипл хавает».

    Играют актеры нормально, мэтры собрались, как-никак, но так как они играют не живых людей, а амплуа, ничего сверхвыдающегося тоже не показывают. Абстракции опять же лучше оставить даже не театру, а листу бумаги, пьеса в виде текста — это иногда даже лучше.

    Крылатые фразы, да, правда, немного. Из реально пошедших в народ только «Все в сад!» — остальные слишком заумны. Песни же вообще как-то мимо внимания, хотя, вроде, и Гладков.

    В общем, если кто-то любит чистый артхаус, то вот он, причем среди своих — все-таки выдающееся произведение, не какая-нибудь бессмысленная эпатажная хрень типа «Порожденного» или самодовольное сытое тявканье на Природу вроде «Антихриста». И не эгоистическое самолюбование Линча. Плод размышлений и душевного труда.

    Но меня — нет, увольте.

    29 августа 2014 | 23:57

    Эти строки одной из уникально ритмичных и глубоких песен фильма замечательно раскрывают его содержание.

    Кто его действующие лица? Герои, созданные великим английским просветителем? Актеры, надевшие маски этих героев? Быть может, герои, притворяющиеся актерами?

    Но очень скоро все вопросы отпадают и мы просто с замиранием сердца следим за трагической историей лилипутов (необыкновенно искренние Збруев и Караченцев), за судьбой опустившегося великана Глюма (трогательный Леонов), за бесплодными попытками найти себя господина Некто (тонко лиричный Сирин)… Наконец, пытаемся разобраться в этом сумасшедшем доме, а если копнуть глубже — в этом срезе человеческого общества любого времени и страны — вместе с молодым и даже нахальным доктором (блистательно исполненным Абдуловым).

    Великолепный фильм по пьесе Г. Горина, каждый новый просмотр которого способен изменить ваше мировосприятие.

    10 из 10

    28 января 2011 | 11:09

    «Простите, Вы не из Ноттингем-Шира?»

    «Дом, который построил Свифт» действительно очень напоминает знаменитого «Мюнхгаузен». Здесь и тема гения, принятого обществом и вскоре отвергнутого им, и непременное «весь мир театр и люди в нём актёры».

    … Почему всяким еху, простите — людям, необходимо сначала создавать для себя кумиров, а потом отправлять их в заточение, осознав опасную для общества непохожесть? Фильм в том числе и об этом, но не только — иначе он был бы просто калькой с «Того самого Мюнхгаузена». Если немецкий острослов «просто говорил правду», то прародитель английской журналистики уже устал делать это, он понял, что в мире, который не хочет слушать, лучше ГРОМКО МОЛЧАТЬ, чем вопить на каждом углу. И тебе, в таком случае, будут верить. Зрители, читатели будут хотя бы задумываться, домысливать — «о чём же таком размышляет гений?»

    Ещё одна замечательная черта истории — все, даже безмозглые обыватели, даже драконовский совет — все они не сомневаются, что герой — ТВОРЕЦ. Все они верят ему, кроме доктора, в исполнении Александра Абдулова, но никто из них не хочет даже попытаться увидеть за намеренно прозрачными сравнениями и метафорами Свифта их собственную жизнь (или НЕжизнь).

    … Такое ощущение, что Янковский, которого здесь от Свифта отделить просто невозможно, сам прошёл путём Гулливера, увидел сказочных гуингмов и отвратительных еху, понял, какое место на самом деле отведено людям в знаменитом произведении декана Свифта. Герой Абдулова, превращающийся из закоренелого циника в Гулливера, а потом и в самого профессора, тоже понял это но по-своему ради момента, когда он понимает, что говорить абсолютно нечего и вместо рта заклеивает чёрной лентой свои глаза, хотя бы ради этого стоит посмотреть фильм.

    В одной из сцен я даже увидел толстенный намёк на современное для режиссёра время, на положение вещей в собственной стране — что это за момент, говорить не буду (хотя при желании всю мистерию можно отнести к реальности) — смотрите сами.
    И наслаждайтесь безумной музыкой, готической картинкой и актёрами, играющими актёров

    11 августа 2010 | 17:51

    Очень жаль, что эта захаровская экранизация Горина не так популярна, как «Тот самый Мюнхгаузен». Может, потому, что меньше романтики (один soundtrack от Алексея Рыбникова чего стоит в «Мюнхгаузене»!), а больше сарказма, жесткой сатиры и гротеска. Однако, кураж, битье стекол, захватывающие диалоги — все на уровне. Все актеры, присутствующие здесь, сыграли, на мой взгляд, также не хуже, чем в других фильмах Захарова или у других мэтров нашего кино в похожих лентах. Похоже, снобизм и человеконенавистничество (забыл иностр. слово-синоним. Свифта передались и фильму о нем (вспомните: «Утверждение „Человек — существо разумное“ преждевременно, правильно говорить: „Человек — существо, восприимчивое к разуму“».

    9 из 10

    17 мая 2009 | 23:45

    Философ-сказочник Марк Захаров умеет делать своих персонажей вневременными. Они становятся носителями отдельных явлений — злободневных при выходе фильма, вечных при повторном просмотре: эскапизм Остапа Бендера; вальяжность Министра-администратора; диссидентство барона Мюнхгаузена; злобный оскал власти Дракона, каску которого можно смело примерять на целую галерею тоталитарных ублюдков — от Гитлера-Сталина до Чавеса-Ким Чен Ира. «Дом, который построил Свифт» — дикий разгул смыслов и типажей, который Захаров доводит до абсолюта.

    Поначалу фильм смотрится как ксерокопия «Того самого Мюнхгаузена» с тем же «не таким, как все» героем, противостоянием Творца и общества, иронией над власть предержащими, только в другой стране и в других костюмах. Даже век тот же. Плюс не единожды опробованный актерский тандем Янковского-Абдулова. Лукавого мудреца и обаятельного пройдохи. Вот только большую часть фильма Свифт-Янковский молчит, выражая всю гамму чувств своим лучистым взглядом, а то и вовсе без оного, надевая на лик черную повязку (как и Архивариус-Тихонов в «Убить дракона»). И это молчание страшнее груды словес, щедро истончаемых в эпоху перемен. Как там у Макаревича: «Слишком много красивых и славных слов, не пора ли наконец заняться делом?»

    Химеры Свифтового сознания вырываются наружу вопреки воле автора. Вот уже лилипуты по-своему обыгрывают вечную тему любви-ненависти, великан Глюм, этот «лишний человек» на потеху публике играет фальшивую смерть, а полисмен, носитель простых жизненных радостей, умирает уже по-настоящему. Аплодисменты зевак обеспечены обоим. Лишь суровый Доктор-прагматик переступает через себя, чтобы стать Гулливером и встретить свои, пусть не алые, но паруса. Ну а сам Свифт, как и Мюнхгаузен, снова уйдет налегке в небо, ведь прервать перемену балаганных декораций не под силу даже ему.

    9 из 10

    28 мая 2013 | 20:22

    Дуэт Захаров-Горин, тяготеющие к протестным личностям никак не мог обойти вниманием личность ирландского писателя 18 века Джонатана Свифта.

    Стилистически фильм один в один «Тот самый Мюнхгаузен», но это и есть трюк-обманка. Янковский — декан словно спорит с Янковским бароном: первый читает зрителям, сиречь обществу, мораль, второй молчит. Но почему? Неужели автору столь славных «приключений Гулливера» нечего сказать? Чем больше скажешь, тем больше переврут. Кому надо — поймут и без лишних слов. Начиная от профессиональных критиков до рецензентов разного калибра, да и просто учителей литературы каждую книжку разберут на цитаты и каждую цитату обмусолят, что хотел сказать автор. А давно покойному автору никак не возразить, что он имел виду совсем другое, а может вообще надеялся на свободное истолкование, кому как видится. У Свифта из этого фильма есть уникальная возможность: каждый раз умирая, но оставаясь живым, он может при жизни узнать, что про него пишут и думают. Это шквал критических реплик крутится у его в голове, но он никак не выражает своих эмоций и мыслей. Помимо этого, ирония режиссера направлена на биографов из будущего, которые конечно лучше чем современники знают, как жил и как умер писатель.

    Творения мастера давно уже живут своей жизнью: лилипуты флягами черпают чай из людских стаканов, великаны опускаются и спиваются, в то время как Творец заключен в жесткие рамки предопределенности и даже не может умереть, когда хочет. В этой связи поведение декана, умирающего ежедневно уже кажется проявлением не безумия, а скорее протеста.

    В тоже время для Свифта доктор, не читавший книги, может причинить меньше вреда, чем толпа окружающих его «почитателей», трактующих его молчание в свою пользу. Толпа бездельников и женщины, которые хотят сделать за Свифта его выбор с кем ему быть и кого любить.

    Симпсон хочет понять странного Свифта, как и ошарашенный зритель фильма, что хотел сказать режиссер. Читайте лучше «приключения Гулливера», как ребенка, уговаривает слуга Патрик доктора. И верно — это полезнее будет, чем рассуждать о смыслах, не читая первоисточник, а лишь выдранные обрывки сдобренные домыслами, называемые критикой. Авторы больше не читают нотаций зрителю, не заставляют разгадывать ребусы: в условиях тотальной цензуры начала 80-х опасны даже намеки. Они рекомендуют взять в руки томик Джонатана Свифта, которого хоть и не совсем не забыли, но стали считать скучным и неактуальным.

    9 из 10

    2 февраля 2013 | 14:53

    Фильм «Дом, который построил Свифт» — явление в кинематографе уникальное. Он представляет собой перекрёсток культурных течений и философских изысканий от средневековой апологетики до наших дней. Его горизонты безграничны, его герои бессмертны, его философия бесконечна…

    Повествование начинается и замыкается на герое А. Абдулова. Доктор Ричард Симпсон пример роста личности от целеустремлённого врача, знающего все, что ему нужно, до сумасшедшего героя рассказов Свифта. Как ни парадоксально, именно так и случается с человеком, поднявшимся на большую высоту.

    «Я буду проповедовать, пока мудрые не начнут радоваться безумству своему, а бедные — богатству своему…» Ф. Ницше «Так говорил Заратустра»

    Декан собора Св. Патрика Джонатан Свифт — альфа и омега социального паралогизма. Он создал Дом и всех его обитателей вопрошающих к нему в минуты слабости и отчаяния. На нём сходятся линии устремления всех народов и эпох. Устремления говорить с создателем Дома, пребывание в котором и благоговейный трепет и сладостная мука. Он молчит, но за него говорят его творения. «Имеющий уши, да услышит!»

    Фильм предоставляет богатейшее поле для самопознания. Нет особого смысла описывать нюансы сюжета. Ванессу и Стеллу, пытающихся разглядеть себя в возлюбленной Свифта, великана Глюма, поплатившегося за то, что вырос выше Дублинского собора, маленьких людей Рельба и Флима с их маленькими проблемами. «Дом, который построил Свифт» это не обращение режиссера к публике, это диалог. Зритель здесь также важен, как и автор, ибо он видит на экране собственные переживания, принявшие конкретную форму. Как учил К. Кастанеда, недостаточно смотреть, нужно научиться видеть.

    Остаётся лишь небольшой вопрос к Свифту. Если определены важнейшие моменты нашего бытия, каким образом мы можем распоряжаться подробностями? Ведь именно подробности и мелочи в своей сумме сливаются в мощный поток, меняющий русло нашей жизни. Налицо конфликт между всеобщей определённостью и свободной волей человека. Но он отчасти сглаживается образом тюремного охранника Джека Смита, который свободен в своём желании стоять на рыночной площади. Как только Джек пожелал изменить замысел Декана, он мгновенно был убит. Кем убит? — решайте сами…

    Совместная работа Григория Горина и Марка Захарова нашла своё место в истории именно, когда были актёры, способные реализовать эту эпохальную задачу. И пока любовь борется с ненавистью, мудрость с мелочностью, а преходящий свет с вечной тьмою, люди будут смотреть этот фильм и восхищаться…

    10 из 10

    4 ноября 2010 | 14:54

    Я так люблю фильмы Захарова и считаю этого режиссера гением. Когда я увидела «Дом, который построил Свифт», уже были несколько раз пересмотрены более известные его ленты, но это произведение произвело на меня наивысшее впечатление. Во-первых, неординарное начало, все эти слова за кадром, как при настоящей съемке, но это не так важно как смысл и герои, прекрасно исполненные величайшими актерами.

    Доктор-из Ноттингем-Шира, конечно же, это его наиглавнейшая черта, которая звучит на протяжении всего фильма. Нужно обратить внимание на перемену в его характере после пребывания в загадочном Доме. Из врача-реалиста, он вдруг превращается в сумасшедшего, такого же фантазера как Свифт и это замечательно, прекрасно, когда человек способен на такое.

    Что же сказать о декане? Джонатан Свифт так блестяще сыгран Янковским, что слова «игра актера» звучат оскорбительно, скорее он сжит, прочувствован. Я уверена, что лишь этому актеру дано было передать всю сложность героя, ведь только Янковский способен промолчав практически весь фильм обращать пристальное внимание зрителя именно на себя, показывать чувства глазами.

    А какой там великан! Да, да именно велика! По-другому и не скажешь, его история очень печальна, но в тоже время необходима, что бы понять, как люди бывают жестоки. Именно ради них герой Леонова «опустился».

    Свифт-Ванеса-Стелла вечный любовный треугольник. «В его жизни было две женщины, но его нравственные принципы не позволили нанести раны не одно из них.»Ни декан, ни сами девушки не знают, кого он любит и это так и остается нераскрытым.

    Можно подумать, что горькие чудеса закончились, но увы…Конец первой части фильма окроплен кровью, которая льется ради жизни, точнее, для того что б она перестала быть заурядной. А разве кому то хочется, что бы она была такой?!

    Фильм пропитан иронией, свойственно как Захарову, так и Горину. В конце осуществляется сцена похорон, но не репетиция, а своеобразная премьера.

    »…Я исчезну.
    -Совсем?
    -Совсем.
    -И не выйдете на аплодисменты?
    -В этот раз нет…»


    10 из 10

    19 марта 2011 | 18:17

    На мой взгляд — один из самых умных и необычных фильмов Захарова. Фильм, который предлагает увидеть его своими глазами. Помните, в самом начале, у портрета Свифта сдвигаются глаза и вместо них появляются глаза человека, глаза зрителя. Смотрите, слушайте, думайте сами.

    Подняться к небу, вот работа! Подняться к небу, вот это труд! Эти слова рефреном повторяются несколько раз в течении фильма. Голос Захарова — как внутренний голос Свифта. А сам Свифт — Янковский — молчит. Он смотрит на нас полными страдания и слёз глазами сквозь воду аквариума, как сквозь реку времени, разделяющую нас. И молчит. А в это время звучат слова биографов и современников о нём и его произведениях. «… в которых автор хотел сказать, что…». Господи, ну откуда им знать, что хотел сказать автор! Автор с ними этим не делился!

    «Не бывает лилипутов! Не бывает великанов! Люди бывают только среднего размера!» Как часто нас убеждали в этом и продолжают убеждать…

    Доктор — Абдулов, сухой реалист в тёмных очках — шорах, привыкший всё делить на чёрное и белое. Не читающий беллетристики, так как на специальную литературу времени не хватает. Он точно знает, что в жизни может быть, а чего не может! Но попав в Дом, который построил Свифт, вдруг видит лилипутов, великанов… Этого не может быть! Это сон!

    «Да, благодаря декану, нам всем в этом доме снятся одинаковые сны» — говорит Патрик. Лакей декана. А у лакеев тоже есть нервы! А тут по дому шныряют лилипуты, в окна третьего этажа стучит великан Глюм — Леонов, вызывающий на бой Ланселота… Когда — то он был очень большим. Он доставал до неба. Он видел, как плохо живут люди на земле, где идут войны и гибнут люди. Глюм знал, что надо сделать, чтобы жить лучше. Он был очень умным и образованным. И слишком выделялся среди других жителей. Но благодаря специальной гимнастике: поклоны, приседания… рост удалось свести к среднему. И ум благодаря универсальному лекарству — вину, тоже удалось свести к среднему уровню. Он опустился. А вот душа продолжает рваться к небу…

    Доктора беспокоит то, что все в доме, кроме него, слышат голос декана. Знают, чего он хочет и чего не хочет. Что он говорит и что хочет сказать. Он один ничего не слышит и вынужден верить тому, что за Свифта говорят другие. И только закрыв глаза реальности руками, он видит мечту — парусник, плывущий по морю (или небу?) и зовущий за собой. И начав читать книгу о Гулливере, сняв тёмные очки — шоры он вдруг вспоминает себя — ребёнка. Он узнаёт в Гулливере себя! Ведь он тоже из Нотингемшира. Эту книгу Свифт написал про него и для него! Ведь Патрик так и сказал — чтобы услышать, что говорит Свифт, надо читать его книги. И тогда ты узнаешь, что хотел сказать Свифт именно тебе. И тогда ты почувствуешь себя Гулливером или даже самим Свифтом. Ты услышишь наконец голос Свифта, он заговорит с тобой. И Дом, который построил Свифт, станет и твоим тоже. Свифт не нуждается в опеке! Ему не нужен Опекунский совет, паразитирующий на Свифте.

    Гости из будущего ходят по дому в сопровождении гида — литературоведа, который рассказывает о Свифте не потому, что любит и слышит его, а потому что это его работа. (Благоговенье, друзья, благоговенье!) И следит, чтобы туристы не исписали стены фломастерами (так легко всё судить с позиций сегодняшнего дня).

    - Даты жизни и смерти. Всё расписано на небесах. Что же остаётся человеку? Подробности. Это не так мало. Придумай подробности — получишь судьбу — говорит Свифт. Или Янковский? А может Захаров?
    Подняться к небу, вот работа! Подняться к небу, вот это труд!

    Сколько фраз из фильмов Захарова ушло в народ. И « Дом» — не исключение.
    - Что теперь ждёт их? (актёров)
    - Тюрьма. Самое подходящее для них место. Такое искусство надо беречь и охранять!
    - Очевидно, Ваша последняя проповедь имеет большой успех у недоразвитой части населения.
    И многие — многие другие.

    В финале фильма Абдулов в костюме Гулливера бежит к морю, к кораблю. Раздеваясь на ходу он бросается в волны и плывёт к кораблю, на котором он уплывёт к новым землям, новым приключениям. Он больше не взрослый реалист, он ребёнок — романтик, поднимающийся по верёвочной лестнице вверх, к небу, на корабль — мечту. И плывёт на нём, то ли по морю, то ли по небу…
    Два моих самых любимых фильма Захарова кончаются одинаково — лестницей в небо, по которой поднимаются Доктор — Абдулов и Мюнхгаузен — Янковский. Два прекрасных оптимистичных финала. Подняться к небу, вот работа! Подняться к небу, вот это труд!

    Когда я смотрю фильмы Захарова, то пребываю в непоколебимой уверенности, что наши актёры и режиссёры — самые лучшие и талантливые в мире! И за это чувство ещё больше люблю его.

    9 июня 2009 | 02:48

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>