всё о любом фильме:

Повар, вор, его жена и её любовник

The Cook, the Thief, His Wife & Her Lover
год
страна
слоган«Lust...Murder...Dessert. Bon Appetit!»
режиссерПитер Гринуэй
сценарийПитер Гринуэй
продюсерКеес Касандер, Паскаль Доман, Даниэль Тоскан дю Плантье, ...
операторСаша Вьерни
композиторМайкл Найман
художникБен ван Ос, Ян Рулфс, Жан-Поль Готье
монтажДжон Уилсон
жанр драма, мелодрама, криминал, ... слова
сборы в США
зрители
США  1.83 млн,    Франция  234.6 тыс.,    Испания  177.6 тыс.
премьера (мир)
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
рейтинг MPAA рейтинг NC-17 лицам до 17 лет просмотр запрещен
время124 мин. / 02:04
Предводитель одной из преступных группировок каждый вечер приходит со своей женой и своими сообщниками во французский ресторан, который является его собственностью. Устав от постоянных издевательств и унижений со стороны мужа, жена находит себе любовника среди посетителей ресторана и занимается с ним любовью с молчаливого согласия повара.
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
90%
35 + 4 = 39
7.4
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • Картина открывается репликой автора: «Этот фильм посвящается всем тем, кого я ненавижу».
    • На стене в ресторане «Голландцы» висит картина голландского художника Франса Халса «Банкет офицеров гражданской гвардии Святого Георгия».
    • Неоднократно звучащая в фильме композиция «Fish Beach» не вошла в саундтрек и не упоминается в титрах, так как эта композиция была написана для фильма «Отсчёт утопленников» (1988).
    Трейлер 01:09

    файл добавил_MaZaHaHa_

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 31 пост в Блогосфере>

    ещё случайные

    Весь фильм меня сопровождали разные эмоции. То после 20 мин. просмотра хотелось выключить, потом снова заинтересовалась, но в конце концов (как это бывает после просмотра Гринуэя) пришла к выводу что я в восторге! Как мастерски все передано в таких деталях.

    Фильм надо смотреть внимательно, чтобы понять всю его суть.

    9 из 10

    6 сентября 2009 | 00:34

    «Очевидно, что повар — это я.» Питер Гринуэй

    Редко, когда название выдаёт так много и так мало из того, что зрителям предстоит увидеть, кaк в наиболее известном и противоречивом фильме Питера Гринуэя «Повар, Вор, Его Жена и Её Любовник» (1989). Что это? История, вращающаяся вокруг неразговорчивого и наблюдательного шеф-повара шикарного французского ресторана в центре Лондона, принадлежащего омерзительному мафиози, чья исстрадавшаяся утончённая жена заводит страстный и обречённый роман с посетителем за соседним столом, интеллигентным книголюбом и книгочеем? Или Гринуэй представляет свою модель мироздания? Ресторан — вселенная. Кухня — чистилище. Дамский туалет, давший приют влюблённым, — небеса. Обеденный зал — преисподняя, где преобладает темный и насыщенный, словно кровь, красный цвет занавесей и скатертей, и где Альберт Спика, дьявол во плoти, правит бал в окружении свиты раболепствующих прихлебателей. Невольный Данте в этом инферно — Майкл, составитель каталога французских книг, а его Беатриче — Джорджина Спика, жена дьявола, которую самоотверженно играет Хелен Миррен. Униженная, но не потерявшая достоинство и сексапил, она не разучилась глубоко чувствовать. По признанию caмoгo Гринуэя, «Повар, Вор..» — это острая критика консервативной политики правительства Маргарет Тэтчер конца 1980-х годов, наиболее близкая к политической сатире, которую режиссёр посвятил всем, кого он ненавидит. Фильм бурлит гневом творческой личности по отношению к воинствующе наглой пошлости, насилию и вульгарности, прикрывающихся бешеными бесчестно добытыми деньгами, всегда довольных собою, не закрывающих рта ни на минуту, извергающих издевательские оскорбления на всё, что недоступно их пониманию: благородство и невинность, интеллигентность и красоту.

    Обращаясь к одной из постоянно интеpecующих его тем, Гринуэй исследует связь между сексуальным наслаждением и мучительной гротескной смертью, которая прослеживается на фоне всех стадий приготовления пищи, её вкушeния и переработки в человеческом организме, чья жизнедятельность имитируется непрекращающейся активностью в недрах роскошного ресторана. Месть, главное блюдо на созданном режиссёром чувственном банкете, кинематографически сервирована и подана с изобретательной виртуозностью и в шокирующей манере. Гринуэю помогали талантливые мастера, настоящий фейерверк дарований. Среди них кино-оператор Саша Верньи, снявший «В прошлом году в Мариенбаде» Алана Рене, «Дневную красавицу» Луиса Бунюэля и, пожалуй, лучшие фильмы самого Гринуэя. Камера Верньи следует за долгими переходами персонажей из одного помещения ресторана в другое, сопровождающимися постоянными изменениями цвета декораций и костюмов, да и самой ауры фильма. L`enfant terrible высокoй моды, Жан-Поль Готье, создал вызывающе-барочные фееричные костюмы героев. Композитор Майкл Найман использовал в картине написанный несколькими годами раньше Мемориал, проникновенное и пронзительно скорбное траурное шествие, которое Найман посвятил трагически погибшим во время футбольного матча между Ливерпулем и Ювентусом болельщикам, погребённым под рухнувшей стеной стадиона в Брюсселе в 1985 году.

    Профессиональный художник, сменивший кисть на камеру, Гринуэй не столько ставит кино, сколько создаёт захватывающие и, одновременно, отталкивающие театрализированные кино-холсты. В «Поваре, Воре, Его Женае и Её Любовнике» режиссёр отдаёт дань восхищения старым мастерам голландской живописи, на что намекает большой групповой портрет работы Франса Хальса, «Банкет офицеров роты святого Георгия», постоянно находящийся на заднем плане зала ресторана, чьё название — «Голландцы». Бравые стрелки, собравшиеся за столом в 1616 году, с недоумённым «O tempora o mores!» взирают с холста на ржущих и жрущих йэху конца 20-го века, имевших дам и несварение. Сам же Гринуэй видится Иеронимусом Босхом, создателем грандиозных кино-полотен дивной красоты, преисполненных адскими видениями актов жестокости и низости, которые только человеческие существа в состоянии навлечь на себе подобных. Страстность живописца уживается в Гринуэе с пристальной и отстранённой аналитичностью исследователя круговорота жизни и составителя кино-каталогов. Он всматривается в самую сущность вещей подобно патологoанатому, вскрывающему труп, чтобы понять непреложные законы жизни и смерти и нерасторжимую связь между ними. Его фильмы — освещённая сцена, на которую он стаскивает свои, зачастую, мрачные и мерзкие находки, а затем методично и с артистизмом раскладывает их, аранжируя в элегантные причудливые картины: «То зыбкий хаос был, лишенный форм и линий, Как первый очерк, как пятно, Где взор художника провидит стан богини, Готовый лечь на полотно.»

    При всём эстетическом совершенстве, фильм «Повар, Вор, Его Женa и Её Любовник» с его гиперболизированной метафоричностью нелегко «пеpeвapить», особенно впечатлительному зрителю, неподготовленному к бескомпромиссному творческому подходу одного из самых оригинальных и независимых современных режиссёров. Гринуэй не отводит взгляда от уродливейших проявлений человеческой гнусности, а за чрезмерным, кричащим, непристойным жизненным обилием и пронзающей красотой созданного им вещественного мира, не отставая ни на шаг, крадутся тлен, смрад, и разложение, «чтоб слитое в одном великая Природа разъединенным приняла».

    27 сентября 2015 | 16:45

    Потрясающе снятый фильм великого Гринуэя. Каждый кадр выстроен по законам живописи. Музыка Майкла Наймэна — великолепна как всегда.

    Игра Гэмбона, Миррен, Боринжье очень сильная, убедительная. Второплановые роли (Грейс Смитт, Тим Рот, Алекс Кингстон) все яркие, актеры их играющие создают богатые образы.

    Это один из самых сильных и интересных фильмов последних 20-ти лет ХХ -го века.

    11 января 2007 | 18:08

    Ух, честно говоря, Гринуэя увидел впервые. И был немало шокирован. Конечно, «Повар, вор…» — это нечто неудобоваримое, жесткое и сильное. Такая «еда не для всех».

    Герои картины формируют некий единый социальный портрет буржуазного общества: вор — это его центр, так сказать основа. Спесивый, самовлюбленный и алчный — такой «князек», ставший богатым не благодаря талантам, а скорее вопреки им. Его жена — символ сладострастия, она дополняет образ Вора весьма искусно. Изменяет мужу в туалете ресторана, в то самое время как он поедает очередные гастрономические изыски. Окружение Вора тоже состоит из своеобразных «типажей», почти гоголевских чиновников из «Ревизора», правда более гиперболизрованных. Герой Тима Рота, предстающий в образе шута, все время иронизирует над вором, и получает от него хорошие взбучки. Правда, Вор продолжает кормить его своем ресторане. Королям шуты нужны.

    Особый персонаж истории -Повар. Я увидел в его образе «ваятеля» общественного вкуса, создателя изысканных блюд, умело обслуживающего зажравшуюся буржуазию. Повар хитер, ловок, за словом в карман не полезет, им движет неприязнь к образу жизни своих хозяев. Была б его воля — он бы каждого нашинковал приправами и травами, чтобы отдать на откорм собакам, бесконечно снующим у ресторана.

    Отдельный респект — музыка Майкла Наймана, величественная, торжественная и тревожная, которая на первый взгляд кажется слишком помпезной и высокопарной для такой чревоугоднической земной истории. Ан нет, со временем понимаешь — что от великого до смешного один шаг, и что часто это самое великое и смешное успешно соседствует. Как гармонируют вкусные блюда с их противными пожирателями.

    Я думаю, Гринуэй — сам тот самый повар, гурман, обличающий нравы заевшихся господ. И его фильм — как хорошая горчица для всех тех, кто слишком любит жареное и жирное мясо.

    Бон Аппетито!

    28 июня 2009 | 18:27

    Это первый опыт общения с Питером Гринуэем. С его чудовищно великолепной эстетической самоцелью и аристотельским реализмом!

    Фильм до сих пор пламенеет в глазах и вопит в голове. Мне хочется сравнить ощущения с запахом, который забился в нос и преследует тебя, сколько бы ты не пытался смыть его себя… Это конечно метафора. Но таковы приёмы режиссера. Пожалуй, таким же языком говорил с нами Льюис Кэрролл.

    Художник, хореограф, математик — вот так мне захотелось определить талант режиссера.

    Все вещи, наполненные совершенной красотой и ценностью, будь они встречены мной в обычном мире, в этот раз работали на мои нервы как раздражители, доводящие до иступленной ненависти и отвращения. Прекрасный голос ребенка, который вероятно идеально исполнял высокие вокальные партии, просто вворачивался сверлом в мозг, заставляя выключить звук, ибо даже гениальность бывает невыносима. Великолепие борджианского стиля в убранстве ресторана в какой то момент начала просто кровоточить с экрана, заставляя болеть… Не знаю как это передать словами… А накал любовной лирики и естественность жгучей поглощающей страсти любовников вызвал ужас от неожиданной развязки…

    Надругался? Нет, режиссер своим последовательно логичным суждением провел меня через адскую эстетику страданий и призвал очиститься от мирских поработивших меня якорей и шаблонов мышления. Исповедался? Ни капли раскаяния)) Заставил исповедаться и отдаться? Может быть…

    Среди абсолютных человеческих ценностей Питер Гринуэй признается непревзойденным борцом с традицией и условностями в кино, предрекая его гибель. Я не могу судить обо всех его фильмах, потому что до конца с его творчеством не знакома. Но эту картину изощренный разум творца под завязку нагрузил парадоксальными образами и абсурдной логикой. Удивляя, шокируя, уничтожая пока зритель не перестанет зажмуривать глаза и затыкать уши. И снова удивляет, уже не изощренностью, а простотой — витиеватая история, почти притча, многослойная и спиралеобразная приходит к стандартному штампу — апологетика чистоты и света сосредотачивается в Книгохранилище…

    Дальше! Чистую, исцеляющую и нетленную силу он вложил в женщину. Весь фильм камера оператора кружила и качалась вокруг неё — Жены…мне казалось, что камера пыталась пробить эту сферу, в которой дышит героиня фильма и которая служит ей защитой от смрада каждодневности существования рядом с Вором. Белое платье на ней в туалете — как маленькое победное знамя над несломленным в осаде бастионом. И что? Как мне понять Гринуэя…туалет — это душа? Это то, что нельзя покорить и залапать вульгарным жирноглазым Ворам из искривленной аллюзии Тайной вечери?

    Добавлю, дело во многом в актрисе…Я пала перед красотой и целостностью героини Хелен Миррен. Женщина-королева. Я увидела отсылки к Маргарите, в какой-то миг её колено сверкнуло в машине с протухшими тушами. А потом в геене смрада и тлена блеснул изгиб бедра Венеры, волею Боттичелли покинувшей пену морскую… Не сломлена и не покорена. Прекрасна. Такая как есть. Никакой эмансипации, сексуально раскована и одновременно подчинена мужской власти, подчинена инстинктам. Чувственна и верна женской ветхозаветной сути — вкушать плод, нести гибель, гибнуть вместе.

    В гуле адского жерла, каким предстал в моих глазах Ресторан, я услышала гимн женщине… Аз есмь с вами, и никтоже на вы… Это внутри, не может быть побеждено. Я понимаю, что я пришла к ещё одной грани таланта Мастера — Гринуэй ещё и композитор. Он звучит!!! И что удивительно — хаос, смерть, животные инстинкты каждый своей партией звучат стройным прекрасным хором на его картинах. Хотя как сказал его же Рисовальщик «Невозможно нарисовать звучащую музыку».

    Возможно.

    Питер Гринуэй, идя от обратного, доказал это.


    10 из 10

    14 января 2011 | 19:25

    Что можно сказать о фильме, который навсегда перевернул мое представление о том, каким может быть кинематограф и современное искусство вообще?

    Питер Гринуэй — изысканный художник и заядлый театрал. Лишь глядя на его киноработы, я могу допустить, что театр еще не умер, что статичный и вычурно-надрывный театр образца XIX века еще может выжить в XXI веке, если выйдет из затхлых пыльных кулис на свет к людям.

    Что и предложил нам Гринуэй — Театр Питера Гринуэя. Здесь даже отбивка сцен в виде ресторанного меню отсылает к театральным афишкам.

    Его ограниченное в степенях свободы пространство лишь формально напоминает сценическое. На самом деле за этой скованностью безнадежно устаревших театральных рамок чувствуется необозримое по глубине пространство, которое изо всех сил рвется наружу. Лишь один раз эта скрытая пружина выстрелила, когда камера впервые сорвалась с оси ординат, что только подтвердило накал человеческих страстей в финальной сцене.

    Та же пружина сидит и в самом названии фильма. До сих пор не возьму в толк, почему этого быдло-людоеда автор назвал Вором. Может, обратившись к библейскому сюжету, стоило назвать его «Хамом»?

    Критики находят в фильме много отсылок к дантовым смертным грехам: чревоугодию, подобострастию, унынию, убийству, мести. Возможно. Но погрузив нас по уши в этот смрад, Гринуэй не дает на протяжении всего действа опомниться, чтобы попытаться проанализировать. А если и дает нам аллюзии на дантовы круги Ада, то связывает их не с формой, а с цветом: синие Врата заднего двора, Зеленый Лимб кухни, Белоснежное Преддверие клозета и Кровавый Утробный Ад центрального зала.

    Этот багряный цвет Преисподней и все окружающее заливает тем же кровавым цветом. И ленты у офицеров гражданской гвардии на картине Халса залиты кровью, и ленты у людоеда и его приспешников все вымазаны в крови, и прислуга в запекшихся ливреях смахивает на чертей. А огромные сковородки только подтверждают самые пессимистические догадки этой «кухни».

    И понимаешь: «Жизнь — ресторан, а не библиотека». И в ней нет места ангельским поварятам с такими же ангельскими голосами.

    Падение в адские бездны Гринуэй сделал панически ощутимыми на контрасте с белоснежной туалетной комнатой. В которой даже самые черные траурные платья и мантии с кровавым подбоем могут на время очистить человека от его скверны. Даже шпильки туфель здесь искрятся снегом!

    Но недолго. Потому что Зверь должен вкусить добычу.

    «Какой толк от книг, если их нельзя съесть?» Здесь библейские реминисценции диаметрально отображаются по ту сторону Зла, превращая образ в буквальный смысл: «Ешьте тело мое…»

    Роман Джорджины и Библиотекаря нельзя назвать результатом скуки. Разве можно назвать скукой побег от тошнотворных разглагольствований рылоподобного мужа об этикете и о пользе голода для эфиопов, от нескончаемых адских унижений и побоев? От всей этой своры рыгающей гопоты и персонажей оруэлловской Зверофермы.

    Разве можно назвать скукой стремление Джорджины хоть на мгновение ощутить себя желанной, вновь почувствовать себя Женщиной, какой бы заранее известный финал ее не ждал? Чтобы хоть на мгновение почувствовать себя в Раю, на алтаре из пожелтевших книг, будто залитых золотом.

    Пусть Библиотекарь и не тянет на племенного жеребца, но даже он забыл на время о своей французской революции, чтобы оказаться в святая святых — женском туалете, чтобы вновь почувствовать себя настоящим любимым Мужчиной. И только потом стать чучелом, нафаршированным книгами, и адским причастием в финале.

    Так эстетски препарировать всю мразь человеческой натуры может только сам шеф-повар — Гринуэй. Венчает полотно пронизывающая музыка Майкла Наймана. В последних аккордах главной темы партию и вовсе берут пилы, которые, в довершении ко всему, буквально расчленяют мозг на мелкие болезненные куски.

    Не для того ли, чтобы стать очередной добычей Люцифера?

    Baddy El Riggo, 07.04.2010

    10 из 10

    7 апреля 2010 | 08:08

    Питер Гринуэй — художник, писатель, режиссер. Один из самых известных его фильмов «Повар, вор, его жена и ее любовник». Уже из названия известны все ключевые персонажи.

    Каждый день Альберт — это вор, ходит в ресторан со своей женой Джорджиной и шумной компанией. Сидя за столом, Альберт не упускает возможности унизить, или рассказать интимные подробности о своей жене. Ну, кому это понравится? У его жены и человека за соседним столом начинается роман. Их встречи проходят тайно, о них знает повар и мальчик, работающий на кухне. Он тоже сыграет пусть маленькую, но далеко не последнюю роль в этой картине. Так, что назвать этот фильм можно было «Повар, его помощник, вор, его жена и ее любовник». Ладно, буду говорить серьезно. Джорджина, Альберт и его компания так бы и ходили в ресторан, все бы были довольны. Но случайным образом Альберт узнает о тайных встречах, он это так не оставит.

    Я могу долго говорить, что этот фильм: восхитительный, яркий, оригинальный — это только часть слов, которые все равно не смогут передать всех чувств и эмоций, которые возникли у меня после фильма. Может, у меня было настроение, подходящее для этой картины, а может — это действительно шедевр. Одним словом, смотреть его надо, а вполне возможно и пересматривать.

    Работа всей съемочной площадки на высоте! Актеры полностью выложились, они подарили каждому персонажу уникальность. Восхитительные костюмы Жана Поля Готье, они естественно являются частью фильма, если бы им уделялось меньшее внимание, картина была бы совсем другой. Музыка Майкла Каймена замечательно передавала всю атмосферу происходящего, после фильма еще долгое время помимо кадров в голове остается музыка. В этой ленте Гринуэя преобладают яркие цвета: зеленый, красный, черный, иногда белый. Я бы ничего не стала убирать или добавлять, на мой взгляд, картина совершенна!

    Режиссер создал свой мир, свою атмосферу, в которой многие находят отражение действительности. «Кинематограф — это сон о реальности, вторая реальность, в кторой отражаются проблемы и смыслы первой» © О. Погодин, журнал «Искусство кино».

    Картина открывается репликой автора: «Этот фильм посвящается всем тем, кого я ненавижу». Насколько надо лю…ненавидеть, что бы снять, а впоследствии посвятить такой фильм, сколько сил, эмоций надо в него вложить. Видимо чувство действительно сильное, и оно переполняло автора, пока не вышло на экран.

    В этом фильме у каждого персонажа свой грех, в конце все встает на свои места. Альберт жалкий трус, который готов на все, лишь бы сохранить свою жизнь, даже потерять человеческий вид, хотя, что я говорю, он и не был человеком с самого начала фильма.

    -Каннибал…©

    14 сентября 2012 | 21:17

    «Повар, вор, его жена и ее любовник» является одним из самых известных широкому зрителю фильмов Питера Гринуэя, и это один из немногих фильмов данного режиссера, который окупился в прокате (при бюджете $2,3 миллиона он собрал в США $7,7 миллионов).

    В шикарном французском ресторане «Голландец» каждый день ужинает его владелец, вор Альберт Спика со своими прихвостнями и женой Джорджиной. Устав от грубости и постоянных издевательств со стороны мужа Джорджина, с молчаливого согласия и потакания шеф-повара Ришара, начинает роман с другим посетителем ресторана, владельцем книжной лавки Майклом…

    Некоторые критики считают данный фильм сатирой на Великобританию во время премьерства Маргарет Тэтчер, и сам режиссер, в одном из интервью сказал, что «Повар, вор, его жена и ее любовник» наиболее близок к политической сатире, если делать обзор всего его творчества.

    Зритель и критик, согласным с данной трактовкой фильма, найдет множество отсылок, начиная с фигуры Альберта Спики, который воплощает в себе карикатурный образ Маргарет Тэтчер, сметающей все и всех на своем пути и объясняющая это «необходимостью быстрой и жесткой шоковой терапии». Прихвостни Спики — Кабинет Министров Маргарет Тэтчер, очень похожий на «овощей» из знаменитого скетча Spitting Image (в нем официант спрашивает у Тэтчер что она хочет заказать и она говорит что стейк, а когда официант спрашивает насчет овощей, и Железная Леди отвечает: «Овощи будут тоже самое, что и я»). Главным «овощем» среди прихвостней Спики является Митчелл, блестяще сыгранный Тимом Ротом, готовый во всем копировать и подражать Альберту. Даже можно найти параллель между Митчеллом и Норманом Теббитом, одним из министров и ближайших союзников Тэтчер в ее правительстве, у которого была кличка «Скинхэд из Чингфорда». Но, со временем, шайка прихвостней начинает редеть, как и сторонники Железной Леди в Кабинете Министров Тэтчер во время ее премьерства, по причине возмущения непомерной грубостью и жестокостью Спики.

    Джорджина в данной трактовке предстает Великобританий, терпящей бесконечные издевательства и унижения со стороны ее нового правительства, неспособная избавиться от оков правоконсервативной тирании. Майкл — это неэффективная левая оппозиция, и тут Гринуэй явно взял в качестве прообраза Майкла Фута, лидера Лейбористкой партии с 1980 до 1983 года, одного из самых блестящих левых интеллектуалов и ораторов своего времени, но неэффективного лидера оппозиции и неспособного ничего противопоставить Маргарет Тэтчер. А шеф-повар Ришар представляет собой искусство, вынужденное потакать новому правительству, ценящему только деньги.

    Однако данная трактовка «Повара, вора, его жена и ее любовник» довольно ограничена, и я более склоняюсь к версии, что фильм препарирует современное общество.

    Вор, согласно данной трактовке, является истинным Homo Consumens (человек потребляющий), готовый сожрать все что угодно и единственное, что его еще интересует это секс и насилие. Также в образе вора Гринуэй поиздевался над современным зрителем, в том числе смотрящем и его картины, наделив вора склонностью к псевдоинтеллектуализму, выражающемся в его частном использовании коверканных французских слов и попыткам научить своих прихвостней культуре поедания изысканной пищи. И в реальной жизни много людей, досидев до конца фильма Гринуэя и других подобных режиссеров, сразу же начнут рассказывать своим друзьям про достоинства этого фильма, вычитав их в Интернете и писать в социальных сетях умные цитаты из произведений, либо исковерканные, либо вырванные из контекста.

    Жена олицетворяет из себя культуру, вынужденную уживаться с Homo Consumens и олицетворяемой им массовой культуры. И, несмотря на попытки побега от Спики, Джорджина привязаны к нему намертво, как и культура перед массовым зрителем в реальной жизни. Единственное для нее утешение — это мимолетные свидания с Любовником, но они неспособны вырвать ее из оков Спики.

    Любовник является даже не интеллектуалом, а интеллигентом, в советском смысле этого слова, носящим «фигу в кармане». Такие как он предаются мечтам об светлом будущем, об улучшении интеллекта населения, но на деле только сидят тихо в углу и читают книги, в случае Майкла это книги о Французской революции. Майкл даже не может ответить вору на издевательства и единственное что ему по силам, это тайно и оглядываясь по сторонам заниматься любовью с Джорджиной и его ждет закономерный конец.

    Повар является подлинным творцом искусства, как Гринуэй сказал в одном из интервью, что под этим персонажем режиссер подразумевал себя. Повар является современным творцом искусства и он может реализовать себя только в еде, самой массовой форме искусства.

    Также среди персонажей стоит упомянуть поваренка на кухне, поющего церковные гимны, как олицетворение всего невинного и неиспорченного и поэтому он становится сначала объектом насмешек, а потом и ненависти Вора, инстинктивно стремящегося все изгадить и опошлить.

    Чтобы претендовать на интеллектуализм и попытаться поставить себя выше массового зрителя, я решил не писать про оригинальное художественное решение фильма и списывать из книг по истории кинематографа про влияние голландских художников на творчество Питера Гринуэя, поскольку есть замечательные профессиональные работы искусствоведов на эту тему.

    Подводя итог, хочется сказать, что Питер Гринуэй мастерски плюнул в лицо современному зрителю и этот «плевок» хочется получать еще много раз. Данный фильм является самым ярким олицетворением афоризма Гринуэя: «Секс и смерть — это то, о чем надо снимать кино».

    10 из 10

    15 декабря 2013 | 15:42

    С режиссером Питером Гринуэйем я познакомилась через фильм «Повар, вор, его жена и её любовник». С одной стороны фильм очень понравился (режиссёр так мастерски и необычно подал фильм, так же привлекает сочетание разных жанров), но с другой, если хорошенько задуматься, сколько негатива! Этот фильм — сбор человеческих недостатков, грехов. Самый яркий представитель грехов — вор Альберт в котором сочетаются сразу: алчность, высокомерие, обжорство, злоба. Про других персонажей уже говорить не буду.

    Зачем же так строго судить человека?! Да, он не совершенен, но и не должен быть таковым, ведь человек не бог! Человек имеет право на ошибку, ведь как иначе… только покойники не грешат. Такова человеческая сущность, нам всегда хочется то, что недоступно, запрещено…

    Фильмов с такой моралью снято достаточно, этот выделяется из большинства. Если все человеческие недостатки выносить на общий суд, что получает зритель?!. опять уныние, возможность посмотреть на себя со стороны! Именно этакая мораль является, лично для меня, единственным минусом этого оригинального фильма!

    20 октября 2010 | 23:59

    По правде сказать, меня удивило количество положительных рецензий на данный фильм, и дело не в том, что он не понравился лично мне. Но под столь противоречивой картиной я ожидал увидеть чуть больше разногласий и, пожалуй, тех самых противоречий во мнениях.

    Я не решился оставлять отзыв с пометкой «зеленый»/«красный», потому как не хочу давать предвзятой оценки.

    Начнем с того, что это картина-шок. К режиссерам и авторам, играющим на шок, я отношусь скептически. В наше время «игр на шок» стало чересчур много, и, я думаю, появление их в столь огромном количестве ведет к обесцениваю искусства. Нынче любой может взять самую простую, заурядную мысль, нарядить ее в то, что — как известно заранее — вызовет отторжение у всякого здравомыслящего человека, повесить на нее ярлык «аллегория» и представить нам.

    Мы оказываемся в безвыходном положении. Если мы смогли преодолеть нашу банальную физиологическую неприязнь и увидеть скрывающуюся за гниющим мясом, рвотой, отталкивающей цветовой гаммой ИСКУССТВО, нас можно поздравить — мы не глупы, мы ценители, мы элита. Но если мы скажем откровенно, что идея не впечатлила, а шок сработал в минус, то значить это будет лишь то, что до ТОЙ САМОЙ идеи мы так и не добрались.

    Игра на шок — это провокация. Это введение в заблуждение, это набивание ценности банальным, по сути, вещам. Это во многом избавляет автора от ответственности за собственное произведение.

    И моя рецензия однозначно была бы красной, если бы данный фильм снимался в наше время.

    Однако это лента 80-ых, и тогда подобное было внове, тогда режиссеры только начинали пробовать себя в авангарде. И давать ей оценку, не учитывая данный факт, бессмысленно — ровно настолько же, насколько бессмысленно оценивать ее исключительно с позиции того времени.

    Ведь, как ни крути, времена меняются. А искусство не должно терять в ценности.

    Нам, людям 21-ого века, этот фильм не расскажет ничего нового, не откроет никакой завесы, не поселит мысль в нашем сознании, не подтолкнет к осмыслению. Потому что — было. Было в самых различных формах. Уже пережевано, уже осмыслено.

    В картине много глупости, много грязи. Но она и задумывалась такой. С чрезмерным театральным фарсом, картонными, простыми, шаблонными образами, в мрачных бордовых тонах, неприятным — физически ощутимым — запахом. Она подвижная, она живая. Не могу сказать, что поучительная, но взглянуть на нее хотя бы раз будет интересно.

    Интересно — не более. И в этом ее главный минус.

    Имеет ли она право на существование? Конечно, да.

    Можно ли ее назвать искусством? Скорее всего, да.

    Оценивать игру актеров, работу оператора, постановщика, режиссера в данном случае нужным не считаю, ведь все было направленно на одну-единственную цель — шокировать.

    Удалось ли? Да.

    Фильм на любителя.

    1 февраля 2016 | 17:20

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>