всё о любом фильме:

Елена

год
страна
слоган-
режиссерАндрей Звягинцев
сценарийАндрей Звягинцев, Олег Негин
продюсерАлександр Роднянский, Сергей Мелькумов
операторМихаил Кричман
композиторФилип Гласс
художникАндрей Понкратов
монтажАнна Масс
жанр драма, мелодрама, ... слова
сборы в США
сборы в мире
сборы в России
зрители
Франция  142.4 тыс.,    Россия  102 тыс.,    Польша  14.1 тыс., ...
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
релиз на Blu-Ray
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время109 мин. / 01:49
История пожилой семейной пары Елены и Владимира. Богатый и скупой Владимир относится к Елене скорее как к служанке, чем к жене. У обоих есть дети от первого брака: у Елены — сын, у Владимира — дочь…
Рейтинг фильма
IMDb: 7.30 (5758)
ожидание: 94% (685)
Рейтинг кинокритиков
в мире
0%
56 + 4 = 60
7.9
в России
100%
9 + 0 = 9
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 8749 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Последний оплот интеллигентской духовности — кинематограф Андрея Звягинцева, берет вершины социальной тематики, пытаясь и этот неблагодарный дискурс обратить в философские искания. Камера уже не тонет в туманных пейзажах, время не отмеряется восходами и закатами. Город, кирпич, квартира. Мир четко разграничен на отдельные пространства, удаленные друг от друга на расстояния культур. Звягинцев ищет диагноз больного общества и обнаруживает, что пациент давно мертв, а по его разлагающемуся телу ползают черви. И вовсе ненужно переносить метафоры режиссера в реальность, ведь он скорее предрекает, нежели констатирует. Акт спасения заранее обречен, ибо изначальные ошибки уже встроены в наш массовый разум. «Отобрать и поделить», как всегда, не получится, одарить бедняка — значит, причинить ему лишь большие страдания. Социальная стратификация пролегает не на уровне банковских счетов и среднемесячных доходов. Люди, живущие в этой стране, в каналах столичных улиц, в венах промышленных городов, разделены в своем ощущении действительности и отношении к реальности. Их сознания работаю по разным алгоритмам, их жизни — это разные миры, и даже разрушение стен, искривление и смешение пространств не изменит их взаимоисключающей физиологии.

    Горьковская «Мать» возвращается. Теперь ее зовут «Елена». Теперь ее жизнь расколота не бурей революции, а холодной, неслышной, невидимой войной богатых и бедных. Она волею рока оказывается меж двух реальностей и совершает экзистенциальный выбор в лучших традициях классиков жанра. Контекст Буриданова осла теряет привычную трагикомичность и в финале фильма явственно переходит в безнадежный размер поэтических строк Данте. Два круга российского ада: состоятельные, но несчастные, и бюджетники, которым положено быть несчастными по закону, смыкаются в образе заглавной героини, в ее напряженной артикуляции, в ее внутренних монологах.

    «Чуть более, чем полностью» хронометраж картины завязан на сравнении двух семей, призванных, само собой, быть «обществом в миниатюре». Глава одной (муж Елены) — набитый деньгами бизнесмен, носитель западных идеалов коммерческой нравственности и русского бесхитростного всепрощения. Отец другой (сын Елены) — безвольный лентяй с иждивенческой психологией. Кто лучше? Конечно, первый. Режиссер, направленно делает этого персонажа не только положительным, по сравнению с его антагонистом, но еще и мучеником, чем откровенно заставляет каждого зрителя симпатизировать своему любимчику, даже если этот каждый уже собрался сострадать типичному выпивохе и попрошайке. Поэтому традиционной для нас ненависти к богачам в фильме не сыщешь, что определенно уже интересно.

    Упреки насчет того, что, говоря по-честному, бедные люди в России отнюдь не лишены благородства и благоразумия, — отставить до лучших времен. Звягинцев берет конкретный случай, наполняет его здоровой порцией бытовых деталей, а претензия на обобществление заметна только в звуках телевизора, который вещает многим знакомые дебил-шоу, вроде, «Давай поженимся». Телевизор как стержневой, объединяющий и репрезентативный символ современной российской жизни — это печально и смешно. Действительно, если никакой другой более весомый в идейном и культурном плане атрибут не может претендовать на сие звание, если последней духовной ниточкой между респектабельными районами и загаженными окраинами остается ящик для дураков, фокус по распиливанию российского народа не удался, и его низ теперь в самом деле не связан с верхом.

    Ощущение коренной разнородности населения, живущего на когда-то одной шестой, для нашей творческой интеллигенции не ново, а как раз наоборот (см. «Счастье мое»). Другое дело, что к невежественным, грубым, тупым деревенщинам (а наши города сегодня — это деревня в бессрочной эмиграции в стране каменных джунглей) можно относиться или как к яростной бессознательной трясине (опять же привет Лознице) или так, как это делает Звягинцев. Вводя в свое повествование Елену, он усложняет противопоставление социальных слоев, наполняя душу фильма подлинным состраданием и истинным смятением. Она, душа картины — душа героини, рвется между едиными противоположностями своей природы, между необходимыми частями своей семьи и совершает трагичное самоуничтожающее предательство. Называется оно «персональный апокалипсис».

    Последние кадры равны первым. Мир не перевернулся, но в одном человеке произошла своя маленькая ядерная война, и теперь выжженная пропасть внутри никогда не затянется, а реальность по-прежнему останется непоколебимо бессердечной. Бедные духом не спасутся деньгами, богатые душой — наплюют на их бессмысленный блеск, мы мертвы — это диагноз, от которого нет лекарства.

    11 декабря 2011 | 22:49

    Именно эту фразу, не сумев, сдержаться режиссер буквально выпалил после продолжительной паузы на вопрос девушки о том, чтобы он хотел, чтобы зритель вынес из фильма «Елена». Звягинцев больше не беспристрастный наблюдатель, каким очень хочет казаться. Новым фильмом он бросает обвинение обществу и занимает весьма конкретную позицию.

    Казалось бы, история довольно обычная- для любой страны, любого времени. Сравнивая «Елену» с предыдущим фильмом Андрея «Изгнание», хочется сказать, что последний маскировал притчу под конкретную историю, а новая картина наоборот- конкретную историю под притчу. Здесь появляются по-настоящему живые люди, конкретная страна и конкретное время. Это именно сегодняшняя Россия и ни что иное. Это жизненные ситуации, которые характерны, в первую очередь, для России и проблемы, наиболее актуальные именно для нас.

    В фильме снова нет полностью положительных и полностью отрицательных героев. Стоит отметить любопытную деталь, что, не смотря на вся противоречивость и неоднозначность образов, всем им присуща любовь к ближнему. Да, он принимает странные и очень извращенные формы, но это Любовь, причем, самая настоящая. Другой вопрос- куда их приведет эта любовь.

    Звягинцев обвиняет. В первую очередь- зрителей, спокойно смотрящих на зверства, которые происходят сегодня. Он призывает открыть глаза и увидеть, что за внешним спокойствием и благополучием назревает трагедия. Мы жертвуем совсем не тем, и не ради того.

    Необычайно и то, что режиссер привнес заметную долю юмора. Это юмор, который всегда возникает в естественных жизненных условиях, даже в тяжелой ситуации. В двух предыдущих фильмах он был искусственно убран, что придавало дополнительный оттенок схематичности. Еще и поэтому «Елена» более живое кино.

    21 сентября 2011 | 20:36

    По своему исполнению «Елена» напоминает остроконечную стрелу, причем во всех смыслах и формах — от фабулы до авторского посыла. Актеров в новой драме Звягинцева немного и каждый занимает точное, определенное место: вот Елена и ее муж Владимир, вот семья Сергея, сына Елены, а замыкает галерею персонажей Екатерина, дочь Владимира. Круг действующих лиц ограничивает пространство сюжета, сжимая все действо в долгие, молчаливые планы тусклых квартир и обшарпанных подъездов пригородов Москвы посреди убогой окружающей местности, которую язык не повернется назвать пейзажем. В этих локациях перемещаются туда-сюда сотни посторонних людей, безликих и многочисленных.

    Цветовая гамма скупа на краски также, как сюжет — на драматургию, и потому мутно-серый, грязный цвет оформляет любую обстановку и любое движение героев. Здесь все будничное и обыкновенное, здесь нет аллегорий и символов — в лужах глубины не ищут. И чем суше киноязык, тем крепче хватка «невыносимой легкости бытия». И тем эта невыносимая легкость тяжелее.

    Люди в мире «Елены» существуют в координатах абсолютной моральной дезориентации, робко прикрывая стыд ворохами стареньких памфлетов про любовь, нежность и понимание. Чтобы не заблудиться в этом бесконечном лесу и хотя бы физически оставаться вместе, люди прибегают к морзянке товарно-денежных отношений. Отстукивая тире и точки, они покупают и продают — кто любовь, кто заботу. В обмен — деньги, привилегии, чувство собственного удовлетворения, наконец. И пока в ответ на тире тебе отвечают точками, все в порядке и идет как по маслу, но только попробуй задолжать — и тогда невидимые зубастые порождения Адама Смита загрызут и растащат тебя на куски, а потом твои жалкие останки скроют непролазные чащобы капитализма. Но разве есть кому-то до того дело — тут свою бы морзянку отстучать, а не то и до тебя доберутся.

    Однако белые вороны есть и в диких капиталистических лесах. Катя, дочка Владимира, выросшая на истлевших костях нерентабельных неудачников, научилась видеть дальше и лучше, чем все прочие герои «Елены». В ее репликах — самых, кстати, длинных в фильме — она с неподражаемым цинизмом и почти одними каламбурами вещает о конце света и гнилости человеческого семени. Совершенно сознательно прожигая деньги своего отца, она открыто предается порокам и будто бы очищается в их пустопорожнем огне, и тогда сквозь бесконечные игры слов прорываются искренние чувства и неподдельная боль. В середине и конце этой драмы о целеустремленных сердцах она одна будет плакать без обязательного надрыва, и ее расколоченное «Я» одно будет говорить на забытом человеческом языке. С примесью цинизма и мизантропии, разумеется.

    Однако не одним созерцанием палитры денежных купюр сыт режиссер. Звягинцев не удовлетворяется одним лишь «человек человеку волк», он выше берет — «человек человеку никто». Каким Андрей Петрович был бы гуманистом, если бы оставил своим героям лазейку, если бы оправдал их средой обитания, особенностями воспитания или, на крайний случай, глупостью и жадностью. Но драматизм героев романа XIX века чужд «елениным людям», этим сухим оболочкам с пристывшим жиром душ. Их настолько съела рутина и привычка, что даже собственноручное убийство другого человека неспособно выбить их из раз и навсегда установленной колеи. Любовь превратилась в доведенный до автоматизма рефлекс, где нет места самосознанию и душевным компаниям; социальные роли эволюционировали в роли театральные. Зато первичные инстинкты живы, и бьют сквозь высохшую почву подобно исландским гейзерам — размножение и самосохранение теперь почти самостоятельные единицы общественного устройства. Механика человеческого социума наконец одолела своих создателей и превратила их в себе подобных болванчиков, бессмысленно порождающих таких же болванчиков в целях порождения болванчиков.

    «Современные пьесы ничем не заканчиваются» — сказал некогда Ахматова. Открытый конец «Елены» не оставляет ни надежд, ни шансов на завершение порочного круга, а коловращение одних и тех же типажей и сущностей будет, по Звягинцеву, необратимо вечным, пока не наступит Апокалипсис и конец времен. Дай бог только, чтобы двумерные существа «Елены» не пропустили его в привычной суматохе серых будней.

    25 декабря 2011 | 20:13

    Фильм замечательный и присутствие красных рецензий лишь подтверждает что искусно затронута сущность примитивных человеческих созданий. Далеко не каждый потрудится проанализировать увиденное и попытается что то вынести из него.

    Ведь это потомки «Елены» не видят мастерства в творении Звягинцева, точно так же как Елена не могла с должным уважением относится к людям честным трудом заработавшим себе капитал. Ведь это предки «Елены» во времена Сталина инициировали доносы на кулаков и интеллигентов — людей вкалывающих с утра до ночи. И наверняка не без подачи предков «Елены» людей жгли на кострах во времена инквизиции.

    Но разве можно осуждать Елену? Владимир привел в дом сиделку, прожил с ней 7,5 лет в гражданском браке и 2,5 года в официальном браке, по существу ставя ее вровень себе и после этого заявил ей что она ей не ровня а лишь прилежная служанка которой он дарует пожизненную ренту. Честный человек ставя человека из другого сословия себе вровень по честному обязан с ним делится всем.

    Похоже очень немногие попытались понять Катю которая будучи подростком столкнулась с выбором отца. Естественно у нее пошло полное отчуждение к отцу. Ведь будучи чутким и умным ребенком она сразу просекла что Елена не отличается не добротой, не любовью и смотрит с глубоким укором и завистью на тех кто по ее мнению не заслуживают богатства.

    Наверняка эти вот Екатерины вырастают с пониженной самооценкой и протестуют против родителя, не понимая что отчуждения от отца — убивает…

    Катерина, рожай достойных детей для своей родины. Нам нужны умные и работящие и если ты их не будешь рожать вернется эпоха Сталина и инквизиции.

    Низкий поклон автору фильма.

    10 из 10

    13 июня 2012 | 00:09

    Решил посмотреть этот фильм полностью — ранее я уже его видел, но на перемотке. Как, впрочем, и остальные его «шедевры» этого режиссёра. Шаг этот был обусловлен чередой мнений знакомых, кои представляют для меня интерес.

    Сюжет

    Сюжет повествует о взаимоотношениях пожилой семейной пары и убийстве ради материального благополучия. По-хорошему история тянет на 10-минутную короткометражку, либо короткую новеллу в каком-нибудь альманахе. Никакой морали, фабулы или конфликта не обнаруживается — просто констатируются действия персонажей.

    Сценарий

    Слабость сценария логично вытекает из бессодержательного сюжета таким образом, что все существенные детали можно вместить в 2 абзаца синопсиса. Тут следует оговориться, что такой сценарий является концептуальным продолжением задумки фильма вообще — это чисто фестивальный проект, рассчитанная на лениво рефлексирующих европейцев, предпочитающих подобную продукцию.

    Режиссура

    Опять следует оговориться о маркетинговой составляющей проекта, рассчитанного на европейского любителя чернухи. Собственно вся режиссура сводится с нарочитому удлинению планов со сториборда. Нет работы с образами, с повествованием — всё получилось формально и условно. Специально отмечу, что присутствуют планы продолжительностью более минуты, которые не имеют никакого смысла. Удобный приём для «серьёзных» режиссёров по наматыванию хронометража и уменьшению производственного бюджета, что в свою очередь понижает планку входа на рынок (впрочем, применительно к Звягинцеву стратегия выхода на рынок — уже не актуальная тема).

    В целом ничего выразительного или примечательного в режиссуре нет, скорее проступают её недостатки, когда собственно режиссура подменяется сомнительными объяснениями в кулуарах и мифами в прессе. Очень рельефно проступает недостаточная работа с образами и деталями. Вставка бессмысленных, либо затянутых планов, когда уже нет ни событий, ни персонажей, тоже чести создателям не делает. Единственный объективный плюс Звягинцева — умение делать цельный продукт, а не абстрактный образ этого продукта. Хотя здесь речь идёт уже скорее о продюсировании, нежели режиссуре. С учётом современного состояния российского кинематографа — это уже можно считать достижением. Мда..

    Актёрская игра

    Из всех персонажей можно отметить лишь воплощение образа избалованной дочери богатого отца — Катерины. Получилось вполне живо, местами весьма точно сыграно. Актриса в этом амплуа выглядела вполне естественно и гармонично и отыграла роль ровно, без провалов. Это хорошо.

    Остальные персонажи — абсолютно пластиковые, не имеющие ни характера, ни эмоций. «Говорящие головы» — это, как известно, — моветон..

    Операторская работа

    Уверенная операторская работа известного специалиста. Лаконичная, но точно разворачивающая мезансцену. Традиционные ходы: длинные средние планы, реверсы и немного движения камеры. Всё классически, аккуратно и без неожиданностей.

    Из минусов следует отметить несколько промахов по фокусу на крупном (!) плане. Это не хорошо. Понятно, что ограниченный бюджет не позволяется избегать подобных технических накладок. Однако, как говорится: дорога ложка к обеду..

    Общие впечатления

    Очередная синтетическая история с очередными синтетическими персонажами. Забавно, что реальная жизнь куда более непредсказуема и безумна. Достаточно просто быть наблюдательным и смотреть по сторонам. Режиссёр же по натуре интеллигентный интеллектуал, кои всю нашу историю были далеки от реалий..:)

    Однако уж если уж взялся за гуж, не говори, что недюж

    --

    На мой взгляд, вся «популярность» и «актуальность» данного фильма зиждятся на личной харизме и обаянии режиссёра. В жизни он очень воспитанный и приятный в общении. Однако у меня нет ответа на закономерный вопрос: что хотел сказать режиссёр? Всякое произведение содержит хоть какой-то посыл или субъективное мнение автора. Здесь же нашему вниманию предлагается просто технически грамотный видеоряд. Это актуально для реалити-шоу, но не для кинематографа. Подобные истории мы каждый день видим в новостях, теле-шоу и т. д. 

    Допускаю, что при иной подаче этого же материала фильм производил бы иное впечатление, а фабула имела бы реальное содержание. Собственно, в умении добиться такого эффекта, впечатлений и заключается искусство режиссуры.

    2 из 10

    19 августа 2012 | 19:35

    Есть такие фильмы, которые переворачивают сознание, после которых хочется что-то сделать с своей жизнью, хочется действовать, хочется никогда больше не включать телевизор, даже если он идет лишь фоном. Отличный пример того, как жить нельзя, чего нужно бояться, как огня. Обнищание душ, животное существование. И как ужасно, что это все трогает за живое, что это все так близко и вокруг миллионы примеров таких никчемных жизней. А эта вечная русская надежда на «авось», что кто-то поможет, кто-то накормит, кто-то чем-то обязан, а если откажется, то мы насильно поделим, раскулачим, убьем. И быдло живет и особо не парится, а грехи перед Богом замаливают. А те, кто более менее все понимает, превращаются в циников, прожигают свою жизнь алкалоидами, потому что на трезвую голову вынести происходящее вокруг невозможно.

    8 сентября 2014 | 00:48

    Премированная второстепенным призом второй по значимости каннской программы «Елена» Андрея Звягинцева вполне могла составить достойную конкуренцию объемным высказываниям Малика и Триера в основном конкурсе. Однако минимализм российского режиссера не вписался в барочность, заданную мэтрами, что и отправило Елену в «Особый взгляд».

    Новый фильм Звягинцева — как раз именно тот фильм о современной России, который так ждут рафинированные Канны. Беда в том, что именно это высказывание ждали от кого-то другого, а автору, обласканному Каннами «Изгнания», выполненного в стилистике Тарковского, отборщики не смогли простить такую неслыханную дерзость.

    И правда, если вычесть обязательную растиражированную символику грядущего апокалипсиса в виде черных ворон Тарковского с непременной шуткой про мертвую лошадь, то Звягинцев следует по тропе, протоптанной Сокуровым в недавней «Александре», отказываясь от вневременных духовных сюжетов в пользу исследования физиологических процессов «с душком», безвозвратно прошедших фазу надлома.

    Владимир и Елена живут вместе уже десять лет, составляя необычный даже по меркам России мезальянс. Их жизнь разлинована и распределена по часам внутри богато обставленной квартиры. Владимир смотрит по телевизору футбол, Елена — шоу Андрея Малахова. Впрочем, даже по первым кадрам становится понятно, что это затишье перед бурей.

    Грядущий апокалипсис по Звягинцеву описан скупыми фразами, в подчеркнуто минималистичной манере с долгими планами щемящего безмолвия, в которые врываются надрывные скрипки из третьей симфонии Филиппа Гласса, дабы показать бездонность и «стрессоустойчивость» черной дыры. Затяжное пике в библейских красках. «И последние станут первыми». Новозаветная догма из Евангелия от Матфея эхом отражается в пустоте бездуховности начала XXI века.

    Звягинцев жирным шрифтом подчеркивает рассерженность молодых и злых режиссеров новой российской волны, во многом придуманную искусственно, чтобы как-то привести высказывания 40-летних к единому знаменателю. Однако «Елена» лишена их инфантильности и боязни частных страхов, вроде злобных милиционеров, показывая гигантскую пропасть между нашими и вашими, быдлом и небыдлом.

    Самое страшное, что упрекнуть Звягинцева в показной пафосной революционности невозможно, поскольку статика нынешней действительности, зафиксированная его постоянным оператором Михаилом Кричманом, окончательно застыла в монументе. Только для властьимущих (по косвенным признакам можно предположить, что Владимир в прошлом был силовиком) это некрополи современно упакованных домов, а для остальных — стандартные коробки хрущевок, по иронии судьбы из временных жилищ ставшие могильниками надежд и судеб.

    Для Звягинцева рокировка классов не приведет к коренным изменениям, которые невозможны внутри разлагающегося трупа. Это словно застывший фрагмент из древнегреческой трагедии, оставленный в назидание потомкам, как описание быта варваров, делящих остатки былой роскоши. Низы, подобно орде полуголодных крыс, томятся в ожидании вожака, который проложит путь к кормушке. Верхи, как всем довольные, погрязли в гедонизме и пороке. Будущее для всех туманно — сын Елены инфантилен по причине лени и нежелания развиваться, дочь Владимира — из-за того, что вся жизнь за нее прожита заранее. Обоим нужны лишь внешние атрибуты проходящей мимо жизни — деньги, квартиры, алкоголь.

    Мягкая и добрая Елена, чья внутренняя сущность никогда не даст ей оторваться от корней, совершает во многом вынужденное злодеяние без мысли о том, что природа ее поступка аморальна по сути. Для Елены это шанс восстановить некую высшую несправедливость, вычеркнув из уравнения социальную составляющую, которая делает человека тем, кто он есть. И дело не в том, что на поступок женщины влияет заскорузлая действительность (Звягинцев сводит чернушно-показушные моменты к минимуму). В бытовой логике Елены заключено единственное и «здравое» зерно — всем нужно делиться. По справедливости, вне зависимости от способностей и умений. А если не отдадут, то забрать силой. Личный апокалипсис, когда жить по вере и убеждениям уже нельзя, а выть по-волчьи еще толком не получается.

    Между женщиной и ее мужем целая пропасть, несовпадение мировоззрений, симулякр (а на самом деле моделирование) отношений хозяина и прислуги, отчего у последней формируется чувство ущербности и обделенности. Сознание советской системы, которая пока что упирается, сопротивляясь этике нового времени, где становится сильнейшим лишь тот, кто вовремя может сожрать другого и забрать все под себя. Парадокс, но к этому же приходит и Елена, чьим долгом как сестры-сиделки является забота о тех, кому необходима помощь. Трансформация пусть и незаметна сразу, появляется не на пустом месте, и становится неожиданностью только для тех, «кто живет, под собою не чуя страны». Для многих остальных это стало частью обыденного сознания. Тем более что совковость остается лишь на территориях заброшенных заводов, полуразрушенных домов и новых псевдогостиниц с псевдосервисом.

    Все изменятся, никто не останется прежним. Об этом нам с конца восьмидесятых прозрачно намекали умницы Абдрашитов и Миндадзе. Звягинцев, как схожий с ними по духу интеллектуал, лишь оформил неясные страхи в ритме библейского крещендо, выраженные у дуэта техногенными катастрофами. Нынешняя катастрофа даже на языке искусства по природе социальна. Со вставками из телешоу и «Нашей Раши». Или у российской лакуны все же нет границ?

    26 октября 2011 | 06:17

    Итак, Марк Крысобой, холодный и убежденный палач, люди, которые, как я вижу, тебя били за твои проповеди, разбойники Дисмас и Гестас, убившие со своими присными четырех солдат, и, наконец, грязный предатель Иуда — все они добрые люди?

    Михаил Булгаков

    Многие же будут первые последними, и последние первыми — следуя этому библейскому рефрену, третий полнометражный фильм Звягинцева предстает новым прочтением притчи о винограднике, историей о завистливом глазе и социальной справедливости, седьмым доказательством божественного небытия. Известный большей частью здорово переоцененным «Возвращением» режиссер, кажется, только и делал восемь лет, прошедшие со времен громкого дебюта, что рос над собой. И вот он, результат — мощнейшее высказывание обо всем на свете, из которого, верно, можно было бы делать крепчайшие гвозди.

    Избегая готовых рецептов и универсальных ответов на главные вопросы жизни, вселенной и всего такого, кино уверенно минует два огня, Сциллу, Харибду и прочие препятствия. И хочется простить «Елене» абсолютно все — некоторую одномерность здешней классовой борьбы, слегка макабрическую мораль, дурацкую сцену с дохлой лошадью. Да и как не простить мелкие недочеты фильму, в котором одни жаждут накормить страждущих пирожными и беспечно ждут скорого потопа, вторые занимаются конфискацией общенародных богатств и думают, что история их оправдает, а третьи предаются угрюмому хунвейбинизму, используя философским обоснованием своего существования иероглифы дацзыбао? Шансон переезжает в айфон, заедая старый мир вкусными орешками, а конфликт уродов с людьми оборачивается схваткой Чужого с Хищником — сочувствия не вызывают ни маниакально отмороженные санкюлоты, ни представители постсоветского нобилитета, такие же, в сущности, Шариковы, разве что побогаче и покультурнее. Разница только в том, что одних хочется расстрелять, сжечь и похоронить без отпевания, а вторых просто — расстрелять.

    Негромкое постановочное совершенство искрит аккуратными мизансценами, обязательной околотарковской красотой и периферийными московскими видами, гул закадрового безмолвия разбавляется минималистским жужжанием струнных, обыкновенно безукоризненная камера Кричмана дотошно фиксирует мельчайшие детали русской жизни, а множество трактовок сплетается в бесконечность отдыхающей восьмерки. Есть тут и про набожность, и про классовую борьбу, и про гастарбайтеров, и про цветастый телевизионный шум, и даже про младенчество антихриста. Первобытнообщинная психология обитателей бирюлевских пещер оттеняется наплевательским снобизмом не менее дикой элиты, а обилие нелицеприятных метафор заставляет схватиться за голову и пустить скупую слезу. Вот герой Смирнова символизирует Господа, жестокого и равнодушного, и героиня Марковой сверхчеловеческим ницшеанством ковыряет его шкуру ржавой заточкой. Вот Елена олицетворяет Россию, и это, доложу вам, то еще зрелище, нечасто удается видеть столь тягостные олицетворения отечества. Вот, наконец, портрет пресловутого нового человека — сделанного из мяса инфантильного кидалта, которому решительно все до сиреневой звезды.

    Что тут скажешь? Беда, беда со мною и с вами, с дорогами, снегом, и ад не спит, он все услышит, даже если не захочешь. Не говоря уже о том, что этот неглупый лаконизм социального подтекста соседствует здесь с пронзительной тоской безбрежного экзистенциального пессимизма, отрицая более-менее все утешительные мифы — и воспетую стариком Достоевским неизбежность наказания, и нравственный закон внутри нас, и Бога, и даже бога, с маленькой буквы. Не отрицает Звягинцев разве что звездное небо над головой, представляя его этаким varitas — увядающие звезды, эти пустые глазницы вечности, разбавляют мрак гнилого космоса тусклым мерцанием. Что-то не устраивает? Варите варенье, ведь любые попытки изменить status quo закончатся торжеством еще большей мерзости, лучше уж так — расслабиться и получить удовольствие. Если не Путин, то кот, если не безысходность, то БЕЗЫСХОДНОСТЬ. Словом, давайте, что ли, успокоимся и попьем чайку. С крыжовником, а?

    Тютя Га-Ноцри ошибался, злых людей предостаточно, иногда даже кажется, что исключительно из них и состоит стремительно ветшающее человечество. И этика декоративна, и благими намерениями оформлено скоростное шоссе в тартарары, и милым смешным малым сим остается только наблюдать окровавленный веник зари, освещающий мир тусклым постскриптумом. В этом мире есть лишь скелеты осенних деревьев, каркающий гвалт ворон и тьма. Тьма — и больше ничего. Так будут последние первыми, и первые последними, ибо много званых, а мало избранных.

    9 ноября 2013 | 14:56

    Андрей Звявигенцев один из самых признанных русских режиссеров в Европе. Его типичный арт-хаузный стиль, весьма отражает тенденции фестивального кино. Звягинцев умеет точно угадывать запросы жюри и попадает в десятку. Но какой ценой. Фильмы Звягинцева так популярны в Европе потому, что они полит корректные, нерусские и безымянные. В них нету национального колорита, они сняты не на «русском языке». На эту мысль меня окончательно навел его последний фильм «Елена».

    «Елена» простая семейная трагедийная история завернута в стилистику арт-хаузного кино. Типичные черты: долгие затянутые кадры, длинные планы, и игра с освещением. Один первый кадр чего стоит — он снят ради птицы, и судя по всему они долго ждали эту птицу. То есть не кадры создают кино, а кино создается ради кадров.

    Вся эта затянутость типичная для арт-хаузного стиля, в этом фильме неоправданна, так как актерская игра так же затянута. Получается наслоение планов — медлительная, бесчувственная игра актеров сливается с таким же бесчувственным видео рядом. Ни о какой многоуровневой ткани здесь и речи нет.

    Ритм фильма так же однообразен и безжизнен как и минималистическая музыка Глааса. И я не верю что все это для того, чтоб показать однообразную рутину жизни. Если это так, зачем тогда использовать дешевый прием постоянного нагнетания трагедии а затем обрывать его (это не ужастик какой-нибудь).

    Это кино как все современное искусство — якобы очень глубокое, а за этой глубиной ничего нет. Но большинство бояться признать, что это кино пустое и мертвое, и ему дают призы, и восхваляют его.

    Я вывел определение такому кинематографу (оно в заголовке) — высокомерное кино. Что же это значит. Это значит, что кино не нуждается в зрителях, оно не нуждается в сопереживании, в эмпатии или хотя бы негодование. Нет оно существует само по себе, красуется своим невероятным интеллектуализмом. И видно такое кино сейчас нужно фестивалям. Кино не побуждающее ни на что, не заставляющее задуматься после просмотра. Оно просто «умное».

    В «Елене» нет сопереживания ни одному герою, ни один герой не вызывает жалости. В фильме не поднято никаких вопросов. И пусть скажут, что там есть извечные вопросы морали, самопожертвования. Нет, друзья мои. Это обман зрителя. Это эффект замещения высоких истин красивыми кадрами с воронами и бассейнами.

    Да, у «Елены» не отнимешь: она снята грамотно, кадр поставлен более чем профессионально. Играют все профессионально. Звягинев мастеровитый художник, но не гениальный режиссер (мое ИМХО).

    Итог: смотреть всем кто любит псевдоинтеллектуализм, кто любит модное кино, и кто просто хочет понять за что ему дали очередную канскую веточку.

    P.S. ничего не хочу ставить этому фильму, фильм и правда вне оценки, победителей не судят — вот секрет Звягинцева.

    1 февраля 2012 | 05:50

    Когда число просмотренных фильмов перевалило уже за тысячу, все сложнее стало находить хорошее кино. Но каждый год находится 2-3 картины, которые вдохновляют, удивляют и заставляют задуматься. В свое время для меня такими фильмами стали «Эквилибриум» с Кристианом Бейлом, «Перо Маркиза де Сада» с Хоакином Фениксом, «Аризонская мечта» Эмира Кустурицы, «Ускользающая красота» Бернардо Бертолуччи, «Нокдаун» с Расселом Кроу. Это фильмы, просмотренные на одном дыхании, запомнившиеся во всех мелочах и пересматриваемые до сих пор. В этом году таким фильмом-открытием стала «Елена». Никогда бы не подумала, что в числе лучших в моем списке станет представитель отечественного современного кино.

    Этот фильм начал покорять с первых кадров своей гипнотической музыкой, застывшими долгими планами, минимализмом в интерьере дома главных героев, немногословностью и медлительностью персонажей, монотонностью происходящего, повторяемостью действий, обыденностью вещей и скурпулезностью авторов в отображении всех деталей повседеневной жизни людей.

    Главные герои — пожилая семейная пара Елена и Владимир. Елена, вышедшая замуж за Владимира, будучи его супругой уже несколько лет, так и не стала полноценным членом этой семьи. Несмотря на то, что она хозяйка в доме, её каждодневные действия настойчиво нас убеждают, что она скорее прислуга. Стоит только взглянуть, как Елена спешно и умело наливает мужу чашку свежесваренного кофе, как бойко выключает телевизор перед его приходом на кухню. Одним словом делает всё, чтобы существование супруга было максимально комфортным. Но гораздо красноречивее всех действий Елены о её положении в доме и жизни Владимира скажет фраза, брошенная в ходе их семейного спора во время завтрака.

    - И эта вышла такая же гедонистка.

    - Я не знаю, что значит это слово.

    - Эгоистка, по-вашему.

    Это брошенное вскольз «по-вашему» расставляет сразу все на свои места. Перед нам не богатая семейная пара, а обеспеченный муж и безропотная бесправная жена. Эта семья призвана расскрыть главную тему фильма Звягинцева о классовом неравенстве, которое неспособно объединить даже тех, кто живет друг с другом под одной крышей.

    Бедные всегда будут недолюбливать богатых. Вот и семья Елены с инфантильным сыном Сергеем во главе отказывается понимать, почему это их богатый родственник отказывается материально помочь семье жены, чтобы отмазать старшего сына от армии. Сам глава немалого семейства не предпринимает никаких действий, чтобы «спасти» (не иначе, по его же мнению) своего отпрыска. Потягивание пива перед телевизором с поеданием чипсов и орешков, грубость речи, отсутствие культуры и неуважение друг к другу вызывают отвращение и вместе с тем боль от понимания реалистичности происходящего. Дети не уважают старших, родители не занимаются воспитанием своих детей. И последние вырастают точно такими же как мама с папой, копируя шарканье шагов, чавканье у телевизора и плевание с балкона. А сцена с видеоигрой поставила меня в серьезный тупик: кто из них отвратительнее: сын, который не в состоянии оторваться от игры, будто ему 5 лет, или отец, присоединившийся к нему и объясняющий свое поведение брюзжащей жене, что это ничто иное, как момент общения с сыном. Раньше старший учил чему-то младшего, сначала читать, считать, водить машину, строить дом. А сейчас младший учит старшего правилам видеоигр, где разговаривать необязательно, а уж повышать свой интеллектуальный уровень не нужно вовсе. А жизнь тем временем проходит, лежа на диване с перерывами на перекусы, выпивку и пререкания друг с другом.

    Но и у богатых не все так просто. Дочь Владимира — Катя, не обделенная материально ни в детстве, ни сейчас во взрослые годы, обижается на отца, не меньше чем бедные на богатых. Прожигая свою жизнь, в агрессии и беспутности своего характера Катя винит отца, который всегда бизнесу и деньгам уделял больше внимания, чем семье. Таким образом, Звягинцев не отдает предпочтения никакой из семей. Но точка зрения Владимира мне понятнее. С чего вдруг богатому раздавать деньги. Его богатство — труд, потраченное время, умение рисковать, желание расти, самообразовываться. А те, кто не желает трудиться ни над собой, ни над своим благосостоянием, остаются на окраине, куда добраться можно сначала на автобусе, потом на электричке и еще немало времени пройти пешком.

    Тема классовых различий и противоборства обеспеченных и неимущих далеко не единственная здесь. Звягинцев обращается к проблеме института брака, к вере и духовности, проблемам подрастающего поколения и отсутствия идеалов у молодежи, к теме выбора, наконец. Выбор, который здесь был не мучительно долгим, а внезапным и хладнокровным, когда в одночасье от кротости, скромности, послушания и воспитанности не осталось ничего… только холодный расчет, потрясающий своей молниеносностью.

    Мир переменчив и обманчив, потому что населен непредсказуемыми людьми. И избиение подростков друг другом в кадре страшит не так, как то, что может придумать человек всего за пару часов. Агрессия неуемных подростков, страдающих от ничегонеделания ужасает, но еще страшнее бывает зло, которое живет глубоко внутри, ничем не выдает себя, заставляет совершать поступки, противоречащие законам морали и нравственности.

    Нет смысла говорить о игре актеров, операторской работе или атмосфере в кадре. Всё и все на высоте. Актеры на своих местах, их разговоры правдоподобны, а жизнь, показанная на экране, кажется, что реалистичнее некуда. Совершенство того, как сделан фильм, позволяет сосредоточиться на сюжете, напитаться эмоциями и мыслями, чтобы потом долго вспоминать увиденное, осмысливать действительность, где-то даже ужасаться реальностью происходящего, переосмысливать жизнь и восхищаться талантами представителей современного кинематографа и гордиться тем, что они еще и из России. «Елена» однозначно войдет в число лучших фильмов, просмотренных мною в 2014 году.

    9 из 10

    27 июля 2014 | 20:37

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>








    Нашли ошибку?   Добавить инфо →
    Мнение друзей
    Найдите друзей, зарегистрированных на КиноПоиске, и здесь появятся оценки, которые ваши друзья поставили этому фильму...

    Индекс популярности

    DVD, Blu-Ray ...

    DVD, 150 руб.
    Blu-Ray, 230 руб.
    подробнее

    Новости


    Александр Роднянский, продюсер картины «Левиафан», получившей приз за лучший сценарий на Каннском кинофестивале, рассказал КиноПоиску о том, почему новый фильм Звягинцева ждет еще более успешная судьба в мировом прокате, чем предыдущие ленты режиссера, и как хвалебные рецензии критиков мгновенно влияют на продажи. (...)
     
    все новости

    Интервью


    Андрей Мерзликин и в жизни такой — неравнодушный, воспринимающий все близко к сердцу. Я заранее понимал, что для „Дома на обочине“, где вся острота сюжета внутри человеческой души, где нужно прорабатывать тонкие психологические вещи, нужен именно такой актер... (...)
     
    все интервью
    Записи в блогах

    Андрей Звягинцев рассказывает в интервью THR о том, как успех влияет на режиссерскую карьеру, почему его «Лефиафан» — народное кино, а также о том, где появилось название проекта. (...)
     
    все записи »

    Кинокасса США $ Россия
    1.ЯростьFury23 702 421
    2.ИсчезнувшаяGone Girl17 511 956
    3.Книга жизниThe Book of Life17 005 218
    4.Александр и ужасный, кошмарный, нехороший, очень плохой деньAlexander and the Terrible, Horrible, No Good, Very Bad Day11 456 954
    5.Лучшее во мнеThe Best of Me10 003 827
    17.10 — 19.10подробнее
    Кинокасса России руб. США
    1.ДракулаDracula Untold176 938 566
    2.СудьяThe Judge66 403 582
    3.ИсчезнувшаяGone Girl54 021 430
    4.Выпускной43 105 021
    5.СтраховщикAutómata30 376 176
    16.10 — 19.10подробнее
    Результаты уик-энда
    Зрители1 933 109896 779
    Деньги482 323 866 руб.209 365 828
    Цена билета249,51 руб.5,09
    16.10 — 19.10подробнее
    Лучшие фильмы — Top 250
    55.СемьSe7en8.434
    56.Молчание ягнятThe Silence of the Lambs8.429
    57.Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика8.424
    58.НокдаунCinderella Man8.423
    59.Шоу ТруманаThe Truman Show8.418
    лучшие фильмы
    Ожидаемые фильмы
    11.ФокусFocus94.60%
    12.Бонд 24Bond 2494.54%
    13.Звездные войны: Эпизод 7Star Wars: Episode VII94.05%
    14.КиберBlackhat93.93%
    15.Человек из А.Н.К.Л.The Man from U.N.C.L.E.93.82%
    ожидаемые фильмы
    Новые рецензиивсего
    Город героевBig Hero 61
    Зильс-МарияClouds of Sils Maria1
    ЯростьFury1
    Камилла Клодель, 1915Camille Claudel 191512
    Выпускной6
    все рецензии
    Сегодня в кинорейтинг
    Горько! 2
    СудьяThe Judge8.225
    ДракулаDracula Untold6.632
    ИсчезнувшаяGone Girl8.506
    Прогулка среди могилA Walk Among the Tombstones6.458
    афиша
    о премьерах недели с юмором
    все подкасты
    Скоро в кинопремьера
    ЯростьFury30.10
    СеренаSerena30.10
    ИнтерстелларInterstellar06.11
    ДеткаLaggies06.11
    Голодные игры: Сойка-пересмешница. Часть IThe Hunger Games: Mockingjay - Part 120.11
    премьеры