Псковская православная миссия — одна из наименее изученных страниц истории Великой Отечественной войны. С августа 1941 по февраль 1944 года священники-миссионеры из Прибалтики возрождали церковную жизнь на оккупированных немцами территориях северо-запада России. После занятия этих областей советскими войсками участники Псковской миссии были высланы в лагеря.
Практически в преддверии «Золотого витязя» посмотрел хотиненковского «Попа», который бурляевский кинофорум в этом году открывал. Фильм, судя по всему, делался по заказу бригады Нарышкина, ну и РПЦ естественно руку приложило — там в титрах собственно список всех «сочувствующих» есть, среди которых даже гордо «Газпром» реет (ну и добавим к такому патернализму премьеру в ХХС в Пасху). Т. е. на самом деле уже титры вызвали странное ощущение от грядущего, но, забегая вперед, хочу сказать, что сильного давления сверху в фильме не чувствуется, либо это у нас агитмашина так работает, для галочки. Хотя от Хотиненко после «1612» и «Гибели империи» люди сверху уже коллаборационизма видимо не ждут, поэтому вполне может статься, что режиссер работал себе в поле и начальников не знал.
Фильм рассказывает об истории псковской православной миссии во время Великой отечественной. Если вкратце, то оккупировав Прибалтику и прилегающие территории, немцы решили возродить православие, которое большевики успели за время своего правления уничтожить. В центре сюжета — отец Александр Ионов, который между немцами и большевиками, а над ними Бог. Сомнений нет, что тема у Хотиненко сложная, тема неисследованная не только в кино, но и в историческом сообществе, и вместе с тем тема важная, потому что хватает российскую священную корову — Великую отечественную войну — чуть ли не за самое вымя. При этом, с точки зрения драматургии, у режиссера имеется такое пространство для маневра, потому что сама история вроде как конфликт создает: обстоятельства ставят человека перед непростым выбором, и выбор этот делать надо. И если Федор Михайлович на подобных вещах романы строил, то тут все скатывается до уровня мизансцен с Маковецким, жестоких фашистов и не менее жестоких большевиков (кровососы, в буквальном смысле слова, и те и другие), пасторальных пейзажей на широкоугольный объектив, ну и полетов мух и птиц. С птицами вообще все скверно получилось: благая весть тут возникает 22 июня 1941 г., а освобождение от нацистов села Закаты уже что-то из серии репинских «Не ждали».
К середине фильма вообще начинаешь так болеть за сельского попа, что и не очень-то Красную армию хочешь в кадре видеть, лишь бы пленные с голоду и тифа не умирали, партизаны бы не шалили, а так все окей — Бог один, ему-то какое дело, кто ты — немец или русский. При этом, позиция режиссера остается очень удобной, пунктирно намеченное смирение, тут возводится в степень уже какого-то буддийского послушания и аскезы. Хорошо там, где Бог, а если Бог с врагом, то где твой настоящий враг? Прямого ответа на вопрос Хотиненко не даст до конца фильма, хотя именно в этой загадке вся соль выбранной для экранизации темы.
Слово «поп» — палиндром, одинаково читается слева и справа. Вот и фильм получился таким же: с какой стороны к нему не подходи звучит он, а точнее молчит, амбивалентно. Подобно калейдоскопу, камера прокручивает одни и те же картинки немецкого грузовика, который выбивает «почву» из под ног у висящих в гитлеровских петлях советских партизан, и грузовика НКВД, увозящего в поле невиновных, — все это мы уже видели, теперь нас хотят приучить ставить между этими машинами знак равенства.
В ответ на мой наезд на РПЦ, процветавшую под немцем, мне было наказано посмотреть фильм «Поп».
Посмотрел.
Маковецкий создал совершенно замечательный образ.
Осталось посмотреть, как образ связан с реальностью.
(…когда по ящику прошел сериал «Страдания по Чапаю», один мужик (за 60) сказал: Нет, не хочу смотреть — портить того (бабочкинского, канонического) Чапаева.
А давеча Сергей Соловьёв рассказывал о Михаиле Ульянове. Ну, естественно, и про созданный им образ Жукова. И вдруг слышу:
- Я настолько сжился с ТАКИМ Жуковым, что теперь не хочу выяснять.
В чем сила искусства? — талантливый художник может запросто из любого негодяя сделать обаятельного героя. — поменять валентность восприятия с минуса на плюс и наоборот. И тут НИКТО не исключение — ни Калигула, ни Джек потрошитель, ни Аль-Капоне, ни Гитлер…
А чем дальше от событий, тем проще они замещаются мифами. — так устроена массовая психология)
«Поп» — Первый художественный фильм, снятый под эгидой Московской Патриархии и при деятельном участии Патриарха Московского и всея Руси Алексия.
То есть попросту заказной.
Фильм провалился в прокате — при расходах на производство в размере 6,8 млн долларов США сборы во всех странах проката составили только 1,7 млн долларов.
Алексей Ионов — прототип героя романа Александра Сегеня «Поп» и снятого по нему фильма, священника Александра Ионина. При этом между биографией прототипа и персонажа имеются существенные расхождения:
в частности, персонаж показан лояльно относящимся к Советам, тогда как реальный прототип был их непримиримым противником;
персонаж остаётся в СССР и отбывает срок заключения, в то время как реальный поп свалил из страны:
«С приближением линии фронта вместе с семьёй эвакуировался на Запад. Включился в Русское освободительное движение, возглавляемое Комитетом освобождения народов России и генералом Власовым, окормлял лагеря перемещённых лиц в районе города Зальцбург (Австрия). После войны сумел избежать насильственной репатриации в Советский Союз. В конце 1940-х годов переехал в США, где был настоятелем храма Казанской иконы Божией Матери в Си-Клифф близ Нью-Йорка в юрисдикции Американской митрополии; после 1970 года, когда митрополия восстановила каноническое общение с Московским Патриархатом, перешел в юрисдикцию Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) и был переведен в Калифорнию, где служил в церкви Всех святых в земле Российской просиявших в г. Бурлингейм близ Сан-Франциско.» (с) вика
Грешит наше современное кино… Грешит страной и страшной любовью к расстановке «правильных» акцентов, стыдится и открещивается от своего прошлого, идя с повинной в настоящем. И этим пытается купить себе запоздалую и уже не нужную индульгенцию на будущее. Находятся режиссёры, готовые воплотить на плёнке откровенно заказное кино, из неоткуда возникают знающие «доктора исторических наук», открывающие глаза заблудшему зрителю, используется чётко отработанный приём «свой-чужой». И вот, враг уже не такой уж кровожадный и жестокий. А воюющие с захватчиком соотечественники, сплошь безбожники и упыри, погрязшие в ереси и атеизме. А война? Она где-то далеко. Слышны лишь отголоски. И лагерь для военнопленных по соседству с мирной и почти идеалистической деревней.
Нужный общий посыл, сильные в своей откровенности и меткости диалоги, отличные характерные персонажи. Всё это рубится на корню двуличием и помпезностью отдельных эпизодов, излишним пафосом и ярым навязыванием зрителю режиссёрского видения ситуации.
Но при этом, мы видим потрясающий образ отца Александра, служащего именно людям, а уже потом церкви. Мудрый рассудительный, не лишенный иронии и не погрязший в архаичных церковных догматах. Наивный и чистосердечный. Искренне верящий в то, что ему удастся что-то изменить. Но стоя по колено в крови, нельзя не запачкаться.
Именно на отце Александре и держится вся картина. И даже откровенно провальные моменты смягчаются отличной игрой Маковецкого.
Правильное, нужное и своевременное кино, так необходимое современному псевдохристианскому обществу, превратившему веру в модное веяние времени. Даже несмотря ряд явных шероховатостей, вольных допущений и душок госзаказа, оно заслуживает зрительского внимания и обязательного(желательного) осмысления увиденного.
Может быть я возьму его в мои ученики, ибо, думаю, душа его созрела для постижения жизни по принципам Царствия Небесного, даба средствами кинематографа, объединёнными со знаниями не от мира сего, создать ещё более лучшее и актуальное ныне продолжение фильма «Поп».
Думаете о ком это я?
Да вот о нём:
Володя Хотиненко — человек нового тысячелетия, от которого веет Любовью к жизни и человеку. После просмотра фильма «Поп» я открыл для себя новую эру в кинематографе и хочу доверить именно ему съёмку уникального сценария по историческим событиям переломного времени конца 90х 20 века и начала 10х 21го. Это будет посерьёзнее «Аватара» и достойным продолжением «Попа». В фильме показаны, пожалуй впервые из фильмов на Русском языке об этой войне, скрытые ранее от населения исторические моменты общечеловеческой драмы войны. Так же, значительно приближено к реальности кинематографическое решение о непростом выборе сохранения реального лица Русского православия.
Есть ценные, естественным образом раскрытые, мотивы парадоксальной многогранности человеческого бытия в одеждах противостояния политических систем мирового зла и одной человеческой души, без границ и флагов, без политик и религий, в голой чистоте той правды, которая выжимает слезу сострадания и уважения к бездне глубин человеческих судеб, ввергнутых в смерчи войны и к самому понятию — человек. Нам всем ещё предстоин научиться уважать, а главное — любить, всей огромной планетой одну маленькую человеческую душу, которая, на самом деле, больше и дороже самой планеты, солнца, галактики, всей вселенной.
С почтением — апостол Бааз/в миру Анатолий Большаков/.
Сергей Маковецкий хорош, с другой стороны хорош он везде посему нужно смотреть на то, что происходит вокруг него. А вокруг него война, та самая Великая Отечественная, о которой кажется сняли всё что можно, но Хотиненко показывает нас с другой стороны. Со стороны священника, который с помощью врагов немцев помогает своим русским, носит еду в лагерь военнопленных и делает из своего дома детский приют. И всё хорошо, и пропитываешься святостью русского попа, над которым смеются, а он верит и другим говорит, что верить нужно. И под конец фильма только вспоминаешь, что накала в сюжете нет, и выражение лиц что на 5, что на 55 минуте одинаковое, правда вспоминаешь об этом когда дело идёт к концу, так что минусом это назвать нельзя, как в принципе и плюсом. Только в чём же урок фильма? В том, что нельзя подталкивать импровизационный эшафот, или что русские священники выше власти?
Создатели хотели сделать думающее кино, но немного не дотянули, и посему на экране нет ни эпики ни экшена, с другой стороны есть много светлого и хорошего, того, чего сейчас очень мало.
Сегодня мне довелось побывать на закрытом показе нового российского фильма «Поп» о Псковской духовной миссии в годы ВОВ.
Итак, фильм мне ОЧЕНЬ понравился! С аналогичными (православными) художественными фильмами можно не сравнивать, т. к. каждый фильм о своём и несет в себе свой собственный смысл, НО все же скажу, что фильм на несколько голов впереди таких фильмов, как «Остров» или «Придел ангела»…
Чувства, которые я испытал после фильма «ПОП» были очень сильные и многогранные. Что-то подобное я испытывал лишь при просмотре замечательного короткометражного фильма «Во имя моё».
Скажу сразу, что фильм «ПОП» не для всех… Верующие граждане его одобрят, а вот для семейного просмотра или для массовости большой вопрос, но хочется верить, что фильм принесет тепло в сердце каждого зрителя.
Фильм тяжелый со многими эмоциональными моментами, может чересчур много слишком открытых сцен насилия и убийств (если смотреть с детьми, то это удар по их психике), но тем не менее это правда жизни… очень часто вливаешся настолько сильно в происходящее, что переживаешь сильно вместе с героями фильма. Чуть разрядить обстановку призван просто замечательный юмор и теплота людских отношений, которыми фильм буквально пронизан.
Игра актеров, и взрослых и детей, просто на высоте… даже добавить нечего…
По, происходящим на экране, историко-сюжетным моментам фильм сильно сглажен, в действительности все было бы совсем не так ровно и спокойно, но этих «ляпов» (вылазка партизан утром в лодках по озеру у всех на виду при легком тумане, спокойные, если не сказать добрые, немцы, незамеченная фашистами сцена с мотоциклом и пропажей двух немцев и др.) просто не замечаешь…
В завершение скажу, что фильм удался, смотрится на одном дыхании и я с удовольствием посмотрю его еще раз. Всем рекомендую!
Не секрет, что во времена ВОВ отличительной чертой русского человека, будь то воин или крестьянин, в глазах немцев была вера, доводившая порой до противоречащего инстинктам самопожертвования. Эта сила духа имела безусловный патриотический подтекст, поддерживаемый пропагандой непобедимости, и религиозную составляющую. Последняя усилилась за счет послаблений нетерпимого к религии советского режима, сохранившихся «островков» веры по всей стране и стремления Германии к созданию автономных церковных структур, что «превращали бы каждую деревню в независимую секту». Одной из таких структур стала Псковская православная миссия, охватившая обширные территории, захваченные немцами. Именно о происходящих в ней событиях идет повествование в картине Владимира Хотиненко «Поп».
Затронутая тема привлекла внимание за счет своей неоднозначности и деликатности — исторические искажения и однополярность идеи неизбежно вызвали бы дискуссии. В то же время создатели была стеснены скупостью фактического материала, что делало картину уязвимой для критики. Тем не менее, по окончании просмотра сложно предъявить претензии к предвзятости или неправдоподобности, что тем более ценно при столь щепетильном описании атмосферы оккупированной территории. «Поп» — военная драма, но в нем нет места сражениям и, как следствие, бесчисленным трупам, голоду и всепоглощающему ужасу. Точно и лаконично окружающую героев среду описал один из солдат немецкой армии: «Странное место эта Россия — какое чудовищное сочетание убожества жизни и красоты природы». Убожеству жизни, однако, противопоставляется вера населения, прежде всего самого попа, Александра Ионина. «Самый что ни на есть выдающийся тип русского батюшки» — это про него: добрый, рассудительный, верный своему делу и Богу, любящий жену и детей, как своих, так и приемных беженцев, которые стали одним из немногих, но ощутимых веяний войны.
Роль священника и в мирное время важна, что уж говорить о военном — отец Александр преобразил свое окружение, восстановил храм, превращенный режимом в «Клуб им. тов. Кирова», крестил приемных детей, окружив их заботой. Найдя общий язык с немцами, он все равно оказался под ударом: партизанские войска не жаловали «миссионеров». Дальнейшие события описывают зыбкий баланс, который священнослужитель пытался найти между долгом, осознанием реалий и внешним давлением. Множественность приоритетов не привела к непоследовательности описания, ответвления сюжетной линии привнесли разнообразия — сплошные плюсы.
Несправедливому, но столь свойственному священникам Советского Союза исходу отца Александра поневоле не удивляешься — за время просмотра привыкаешь к лицезрению реалий жизни, пусть и в толерантном свете. Как и главный герой, режиссер картины смог угодить «и вашим, и нашим» — «Поп» смотрится легко, как для военного фильма, живо, как для правдоподобного исторического, и чувственно, соответствуя своей драматической сути.
Результат достигнут благодаря мастерству актеров (вдохновенная игра Маковецкого и Усатовой, которая уже получила «Золотого орла» за роль попадьи), интересному сюжету, показавшему военное время в новом ракурсе — глазами попа, который в ответ на призывы к побегу спокойно отвечает: «Я от немцев не бегал, неужто от своих побегу». Чего в этой фразе больше — уверенности, покорности, веры или отчаяния — кто знает, но то, что экранизация одноименного романа Александра Сегеня удалась — несомненно.
Не себя, не вождя, а ближнего, нуждающегося в защите и поддержке…
Смысл фильма вижу даже не в драме отдельно взятого Священника, трагедии невинно страдавших людей, жизненной драме истинно верующих людей… Для меня показан подвижнический путь, пример истинного самопожертвования — «Что мне идеологические разногласия, когда Родина в беде, когда невинные младенцы страдают, когда русские люди в муках гибнут»…
У каждого свой путь был в то время. Но именно вера часто спасала людей — от предательства родных и близких, охраняла разум, направляла.
Разве не советская власть, не до воспитала, а может быть и воспитала, всех этих вылезших в тяжелую минуту выродков- карателей-полицаев, забывших истинные заповеди, не беря во внимание белогвардейцев, идейно поддерживающих фашистов?
Но пласт атеизма ещё очень тонок. Русскую, православную сущность в людях ещё не вытрясли. В минуту полной растерянности от поражений «отец народов» начинает цинично играть и «православную карту». Помните — «братья и сестры», даже нкведешник в фильме это признает.
Фашисты — аналогично удовлетворяют свои политические и агитационные мотивы — создание пятой колонны, разрушение Советов изнутри. СССР. Есть ли он в фильме? Нет, если не считать надпись на куполе. Есть русский народ.
Все ли погибшие в этой войне, царствие им небесное, гибли за советскую власть? были ли такие? думаю люди защищали свою Родину, семью, деревню, город, матерей, отцов, дедов, от оккупантов, и принимали геройскую гибель во имя их свободы от фашистов. Верили — кто в Бога, кто в чудо, кто в правду…
Но не пора ли нам отбросить черно белое представление о том времени? Я не призываю обелять предателей, нет… А могла ли советская власть, комиссар и партизаны дать что то умирающим детям, спасти их? что сделал этот комиссар для облегчения участи умирающих пленных? Насколько сравнимы поступки комиссара, убившего предателей, и батюшки, открыто отказавшему этим «псам» в отпевании? Сколько геройства добавляет этому комиссару сцена избиения священника?
Какие две роли — отец и матушка… Какая потрясающая игра актеров — Маковецкого и Усатовой. Создана потрясающая атмосфера. Да — воспринимается тяжело через призму нашего пионерского-павлика-морозова детства, да — нам ещё идти и идти к осознанию значимости православия в России. Шаг за шагом.. «Остров», «Поп»…
Отвратительный фильм, оскорбляющий память всех кто погиб за нашу Победу, оскорбляющих память наших дедов. Советсткие солдаты освободители показаны с самого мерзкого ракурса, а фашисты представлены чуть ли ангелами-освободителями. И замечательная игра актеров не спасает от мерзкого привкуса предательства во рту, что остается после просмотра. Мне, человеку, у которого на войне погибли все прадеды, стыдно за «господина» Хотиненко.
Победа не бывает хорошая и плохая, честная или лживая, правильная или неправильная. Победа не бывает тяжелой или легкой — она одна, она чистая и непорочная априори. Марать её своими грязными руками — преступление. Всё. Точка.
Фильм-предательство от кучки предателей по предательской книге.
Долго не решался смотреть этот фильм. Актёрский состав хороший, и режиссёр вроде неплохой, да и про попов люблю, но вот тема… тема уж больно скользкая, непростая. Боялся, что акценты расставят неверно, прицел будет сбит и выйдет какая-нибудь политическая агитка — придется тыкать мышкой в низкую оценку, несмотря на Маковецкого в главной роли.
Сейчас, когда «Поп» выйдет на большие и малые экраны, тут такое начнётся в прессе перед празднованием юбилейной годовщины великой Победы… Ага-а! Поп, собака, кому ты служишь — нашим или вашим?! Да как ты смел не рвануть на фронт в первые же дни войны?! Да как ты мог не плюнуть в морду первому же попавшемуся оккупанту?! Выразители этих отповедей есть среди персонажей фильма, скоро они сойдут с экрана для написания разоблачительных рецензий.
И не удивительно. Ведь надо знать новейшую историю Русской Православной Церкви, а кто ее нынче знает? Надо примерить на себя ситуацию, в которой оказались главные герои и честно задуматься: а как я бы, а что я бы на их месте?.. Надо найти в себе силы отстраниться от советских стереотипов: комиссары и партизаны — исключительно добрые былинные богатыри, гитлеровские немцы — исключительно злые звери, полицаи — вообще грязные насекомые, а попов и не было совсем. И женщин, выбегавших с букетами к первой колонне захватчиков, а потом к первой колонне освободителей — тоже не было. А если были, то нелюди они.
Поп Маковецкого и весь «Поп» Хотиненко — он как раз о том, что и те и другие и третьи — это в первую очередь люди. Не инфернальные упыри, не былинные полубоги, а всего лишь обычные человеки. Только у одного на голове фашистская каска, у другого офицерская фуражка, у третьего окровавленные советские бинты, у четвертого, пятого, шестого — картуз полицая, деревенская кепка, косынка, но все они независимо от головного убора — люди со своими страстями, чувствами и мыслями. И над каждой головой независимо от головного убора — Бог. Все под Богом ходят независимо от рода, нации и гражданства.
Ну и как к ним относиться бедному окающему деревенскому священнику? Деревенский священник собирает со всей округи в свою избушку осиротевших детишек… и к заигравшимся в войну взрослым относится как к детям.
Он прекрасно знает, что «псковская миссия» — прожект временный. Одержит победу Гитлер — пойдут под нож все русские попики вместе с со своей миссией, одержит победу Сталин — то же самое, пойдут как миленькие в лагеря. Но раз свече дают возможность ярко вспыхнуть перед тем, как догореть, маленький деревенский священник спокойно соглашается на горение в вере. Получает благословение у священноначалия, восстанавливает оскверненный храм, проповедует Христа распятого, а потом уж пусть распинают и его…
Поражает разнообразие и яркость красок в фильме при, казалось бы, мрачности сюжета. Особенно в сравнении с «Островом» Лунгина. Фильм давит, но светло на душе, его хочется пересматривать в отличие от недавнего «Царя».
Опять же не один Маковецкий «вытягивает» фильм. Ему эта тема близка, он не играл, а жил своей ролью. Но интересно и то, что раскрылись практически все актеры, даже те, от которых мы этого и не ждали. Надо думать, здоровая атмосфера царила на съёмочной площадке.
Для меня лично Хотиненко полностью реабилитировался после своего «1612». Теперь без особых опасений жду «Достоевского».
320.4 тыс.
