всё о любом фильме:

Седьмая печать

Det sjunde inseglet
год
страна
слоган-
режиссерИнгмар Бергман
сценарийИнгмар Бергман
продюсерАллан Экелунд
операторГуннар Фишер
композиторЭрик Нордгрен
художникП.А. Лунгрен, Манне Линдхольм
монтажЛеннарт Валлен
жанр фэнтези, драма, ... слова
бюджет
$150 000
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время96 мин. / 01:36
Номинации (1):
В середине XIV века рыцарь Антониус Блок и его оруженосец возвращаются после десяти лет крестовых походов в родную Швецию. Блок устал от жизни, и не видит вокруг себя ничего, ради чего стоило бы продолжать влачить свое существование. Но прежде он хочет убедиться в том, что Бог — есть…
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
92%
48 + 4 = 52
9.1
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • В основу фильма положена пьеса Ингмара Бергмана «Роспись по дереву».
    • Название взято из «Откровения Иоанна Богослова».
    • Внимание! Дальнейший список фактов о фильме содержит спойлеры. Будьте осторожны.
    • В сцене сожжения ведьмы, когда камера делает долгий проезд от стражников, ломающих хворост, до костра, на заднем плане можно увидеть крышу и окна многоэтажного дома.
    • Во время съемок сцен сожжения ведьмы находившиеся на площадке пожарные так переусердствовали, что затопили одно из помещений находившейся рядом лаборатории.
    • еще 2 факта
    Трейлер 02:37

    файл добавилthe7notes

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 9.5/10
    Практически именно с этого фильма, удостоившегося на фестивале в Канне в 1957 году специального приза жюри (поровну с «Каналом» Анджея Вайды, что по-своему знаменательно, учитывая несомненный символизм «хождения по кругам ада» и в данной картине об участниках Варшавского восстания в годы второй мировой войны), началась всемирная слава шведского режиссёра Ингмара Бергмана. Хотя ряд предшествующих работ мастера ретроспективно тоже были признаны кинематографическими шедеврами — например, «Лето с Моникой» и «Вечер шутов». Но «Седьмая печать» представляет уже зрелого, пусть лишь 38-летнего по возрасту художника, который, безусловно, склонен к богоборческим мотивам и пытается вырваться за пределы внушаемого с детства протестантизма (тем более что и отец Бергмана был пастором) даже при обращении к материалу, имеющему религиозную тематику. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 68 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Антониус Блок в компании своего оруженосца Йонса держит путь к родовому замку по стране объятой чумой, в самом начале путешествия за ним приходит Смерть, которая, дала ему отсрочку. Смерть очень любит игру в шахматы, а Антониус сильный игрок, в итоге она решает оставить его в живых до окончания партии. Блок и Йонс становятся свидетелями жутковатых покаянных шествий призванных защитить народ от чумы, в которых принимают участье разного рода увечные, сумасшедшие, а возглавляют их безумные монахи, ненавидящие жизнь, проклинающие людей которые ещё не заболели.

    Можно представить каким адом была жизнь людей в то время, ведь чума сожрала треть жителей Европы, превратив её пространства в огромное кладбище. К рыцарю присоединяют бродячие артисты, кузнец со своей женой, все они надеются добраться до замка, в котором смогут пересидеть чуму.

    Когда мне говорят что-то вроде: «В этом фильме есть все!», то в голове у меня возникает этакая огромная кастрюля, в которой варятся слова: любовь, жизнь, смерть… и пр. определения которые фундаментально важны для человеческой жизни. Мне всегда плохо верилось, что в рамках фильма, возможно, уместить абсолютно все вещи, которые определяют бытие человека (т. е. грубо говоря, загнать в картину все книги по теологии, философии, социологии).

    Примеров того рода удачных экспериментов единицы, на вскидку сейчас я могу назвать лишь «Гражданин Кейн», «Солярис», неудачных же намного больше. Но теперь я с уверенность могу сказать, что Бергману это удалось, ведь его история о рыцаре Антониусе Блоке если и не отвечает на важнейшие вопросы человеческого существования, то, по крайней мере, является, удачной попыткой разобраться в них.

    Хочу сказать сразу, что лента не состоит исключительно из размышлений о жизни и смерти, она вполне живая, картинка на экране подвижная, яркая и интересная. В ней нет давящей нравоучительности (лента не ограниченна несколькими действующими лицами, которые ведут камерную беседу), напротив, на протяжении фильма персонажи проходят большое расстояние, встречая множество людей.

    Антониус заводит разговоры в попытке узнать: есть ли бог, в чем смысл жизни, его душу терзают сомнения и неуверенность. Все виденное им ранее это череда убийств, проявлений ненависти, и он пытается найти некое оправдание человеческой жизни, которое даст ему надежду и уверенность. Не смотря на мрачный антураж, лента на несет в себе позитивное начало, ведь не смотря на чуму, на творящееся вокруг безумие жизнь не замирает, она как трава упорно пробивается через страхи и боль, что бы в итоге дать новое, ещё более лучшее начало.

    10 из 10

    13 июля 2008 | 15:22

    - Людям полезно напоминать, что они смертные.
     — Это не добавит им радости.
     — А кто сказал, что их нужно всё время радовать? Иногда стоит и попугать.

    Мысли многогранны. Они отвлекают, они радуют, они нагнетают и убивают. Мысли делают нас. Кое-кто даже уверен, что именно мысли делают из нас людей. Именно думающий поток крушит дамбу безразличия и превращает наше бессмысленное потребление ресурсов в Жизнь. Сложно согласиться, невозможно отрицать. Задумались о жизни? А о смерти? Ведь всем известно это жуткое чувство — мысли о смерти. Безысходность и все дела. Говорят, что думать смерти нельзя — то ли грех, то ли суеверие какое-то. Нехорошо в общем. А ведь причина только одна — страх. Да, боязнь смерти естественна для человека, этот страх перекочевал в его крови ещё с тех далёких, тёмных и безобразных времён, когда погибель настигала человека в самый непредсказуемый момент, а его так называемый «логический конец» жизни, язык не поворачивался назвать таковым. И вот сейчас, за последние тысячелетия, изменилось почти всё, да вот страхи остались. Но ужас перед смертью — это одно, а паническая боязнь думать о смерти — это уж совсем другое.

    Именно мысли о смерти помогают нам заглянуть внутрь себя. Посмотреть в пустоту. Человек, пустота, знак уравнения… Ладно сейчас не об этом.

    Можно не бояться смерти, можно в неё не верить, но факт всегда останется фактом: она придёт за всеми. Будь вы король, мудрец, рыцарь или нищий.

    Рыцарь Блок, после долгих странствий, возвращается домой. Он исхудал, его тело истощено, глаза потускнели, а среди от рождения светлых волос пробились первые седые «предвестники старости». Он совсем не рад возвращению. Да и вообще такое впечатление, будто он больше никогда не познает радость, что в его жизни больше не будет спокойствия. Но кто знал, что покой сам найдёт его, да ещё и в лице смерти? Удивительно, но Блок совсем не испугался такого поворота событий. Он всю жизнь играл со смертью, как бы абсурдно это ни звучало. И он предложил смерти сыграть в последний раз.

    Я всегда был убеждён в том, что в шахматах есть нечто сакральное. Это не просто очередная настольная интеллектуальная игра. В шахматы играют мудрецы и правители, так почему-бы не сыграть со смертью? Чёрно белые фигуры, на такой же доске в таком же окружающем мире. Исход встречи во многом зависит от препятствий, от вашего противника, решающий шаг всегда за вами. Вы можете победить или нет, можете свести вашу «партию» в ничью. Но исход всегда будет один — игра подойдёт к концу.

    Почему я назвал эту рецензию именно так? Причина в том, что «Седьмая печать» — это просто вершина искусства. Это совершеннейшее творение маэстро Ингмара Бергмана. Невероятный психологизм словно просачивается сквозь экран и сумасшедшим прессом давит на ваши мысли. Чёрно-белая картинка не только усиливает эффект, но и даёт зрителю вполне понятный намёк: жизнь бывает в двух цветах, всё остальное — оттенки. «Седьмая печать» — действительно удивительное творение и его вообще сложно назвать фильмом, ведь данная картина — это как «Давид» для скульптуры, «Джоконда» для живописи. Совершенная смесь из духовности и атмосферности легко и тонко играет на струнах наших самых глубоких страхов. Местами этот фильм пугает даже больше, чем любой из фильмов ужасов. Если в последних мы наблюдаем за чужими смертями, то здесь в голову без стука врывается мысля о собственной кончине. Глубину этой картины измерить практически невозможно. Особенно ближе к концу, когда весь религиозно-философский туман рассеется, и авторы оставят нас один на один с нашими мыслями.

    Есть вещи, которые создаются с замашкой на шедевр, есть «случайные» гости в списке «зала славы». А есть «Седьмая печать». Я уж не знаю, что держал у себя в голове господин Бергман, снимая его, но то что у него вышло… Эталонная картина, которую нельзя отнести ни к одному из существующих жанров. Знаете, печатая эти строки, я старался не скатываться к обычной оде одному из моих любимейших фильмов. Наверное у меня не получилось. Но это закономерно, ведь «Седьмая печать», способно легко перевернуть мировоззрение или, по крайней мере, вывести из равновесия вашу «опытную и многое повидавшую» сущность. Весьма запутанная тропинка, ближе к концу, приведёт вас к простой, избытой, но всё же истине: нет смысла бояться неизбежности в вашей чёрно-белой жизни.

    12 февраля 2014 | 02:30

    Религиозная тематика за более чем 100 лет существования кинематографа затрагивалась не редко, но никто так и не смог приблизиться к творению великого режиссера Ингмара Бергмана. Ибо за полтора часа он умудрился сказать то, до чего люди порой не могут додуматься всю свою жизнь.

    Сюжет лишь на первый взгляд кажется трудным для восприятия. Особенно если подходить к данному творению как к типичному арт-хаусу. Однако не стоит этого делать, не смотря на то, что по сути это одновременно и мощная экзистенциальная драма о человеке и его стремлении познать самого себя, и философская, наполненная метафорами притча о смысле жизни и неотвратимости смерти. При том в течении всего действия постановщик не забывает проводить весьма убедительные параллели, чему отчасти способствует и убер-реалистичный визуальный ряд. Сама история рассказывает нам о Антониусе Блоке и его оруженосце. Ангел смерти приходит за ним, но дает храбрецу отсрочку. Которая будет длиться до тех пор, пока не закончиться их партия в шахматы. В которых сильны оба. А пока наши герои идут, им на пути встречаются разные люди — мародер, актерская труппа, кузнец и его неверная жена. И все вместе они двигаются в путь по уже казалось бы проклятой земле. Где тысячи гибнут от чумы, а верующие в отчаяние отдаются самобичеванию, дабы еще сильнее не разгневать бога.

    Огромный вклад в успех картины внес Макс фон Сюдов, блестяще сыгравший своего сложного персонажа. Антониус понимает, что в любой момент своего последнего крестового похода он может умереть. Но перед этим он должен убедиться в том, что не все их существование тщетно. Есть ли бог, и если да, то почему он не проявляет к людям милосердия? Отчаяние все больше овладевает им, а страх все отчетливее проявляется в горящих глазах в тот момент, когда он пытается узнать у обреченной на сожжении девушки, видела ли она дьявола? И когда в конце концов Блок находит примирение с самим собой, вся тревога отступает назад. Потому как осознание, то самое просветление пришло как раз вовремя.

    Казалось бы, фильм снят более чем полвека назад, однако черная фигура смерти и вправду вызывает одним свои видом ужас. В которой раз подтверждая теорию о том, что вызвать трепет можно и без празднества эффектов. Сама атмосфера словно погружает зрителя в жуткое, по настоящему страшное время. Создается впечатление предзнаменования судного дня, о котором так упорно толковали люди в трактире. Хотя и нельзя сказать, что через всю эту тьму не проходит ни одного лучика света. Таковым является пример семейной пары артистов. В которой муж видит то, что не дано видеть обычному смертному, жена верна, а также имеется маленький сын. Стоит ли упоминать о том, что трактовать это семейство можно по разному, но в любом из предположений и догадок будут доминировать библейские мотивы. Что не исключает и того варианта, что автор просто хотел символизировать освобождение души человека ценой самопожертвования.

    Не смотря на хронометраж, здесь никто ни куда не спешит. Медитативный, разговорный стиль съемки тем ни менее сразу втягивает в себя, потому как Бергман мастерски вплетает во вроде бы приземленную, духоподъемную балладу фантасмагорические линии, которые конкретизируются на расшифровывании человеческого бытия.

    В конце концов, режиссер дал смотрящему почувствовать в финале настоящий катарсис. Миссия, которую рыцарь так жаждал выполнить на протяжении всей своей жизни, выполнена. А значит, уход на тот свет будет принят с равнодушно-облегченным спокойствием. Месседж картины, такой незыблемый, неуловимый в самом начале, становится совершенно отчетливым в конце. И то, на что так долго искал ответ главный герой в этой канонической ленте, каждый зритель найдет внутри себя. Каким бы пафосным заключением это не являлась.

    «Седьмая печать» — это не просто по праву считавшийся одним из лучших за всю историю фильм. Это целый культурный памятник, достояние кинематографа. Достижение Бергмана в затронутой им теме еще никому не удавалось повторить. Потому как до сих пор во всех аспектах, этот шедевр является непревзойденным.

    10 из 10

    26 июня 2012 | 21:35

    »… и тогда я спросил его: «Ну, а смерти-то ты боишься?». «К чему бояться? Моя смерть всегда со мной.» — ухмыльнулся он и с таким умилением посмотрел на пустующее соседнее кресло, будто бы там сидела его любимая собачка.» ©

    Пляска смерти или Торжество жизни?

    Мысль о смерти заставляет человека забывать жизнь и в этом смысле она гораздо более жестока, чем сама смерть. Она душит ночью и потешается над тобой днем, давая недолгую отсрочку перед новой порцией изнуряющего отчаяния. Первая серьезная мысль о смерти, а точнее о жизни после нас — это уже точка невозврата. Точка, после которой звезды уже не кажутся рассыпанными по небу щедрой рукой художника светляками, а представляются холодными, титаническими и беспощадными трупами, точка, вселяющая разъедающую изнутри ненависть к будущим поколениям, которые прочтут книги, еще не написанные, услышат музыку, еще не сочиненную и увидят гениев, еще не рожденных.

    Почем опиум для народа?

    Ницше называл христианство религией смерти. Религией, неразрывной с чувством вины и неловкости. Религией, лишающей радости жизни. Недаром Бергман выбрал лейтмотивом истории о страхе перед небытием время Крестовых походов — чему могло научить антигуманное средневековое вероучение, какую надежду могло оно вселить в заблудшие души и сильно ли оно изменилось с тех пор? Вот те вопросы, на которые хочется получить ответы.

    Прежде всего вот, что необходимо уяснить: то христианство, о котором идет речь, да и современное тоже — совсем не то, чему учил нас Христос. Стремление к идеалу — нравственному, высокому, любовь и всепрощение… но с кого нам брать пример? С самопровозглашенных наместников — погрязших во грехе святошах, проливающих кровь за власть и чахнущих над своими золотыми погребами? Почему настолько прекрасная вера обратилась в труху в алчных костлявых руках?

    Перед лицом молчащей Вселенной, при виде человека, лишенного света, предоставленного самому себе, не знающего, кто его сюда послал, зачем он тут находится или что будет с ним, когда он умрет, не способного ничего понять, — содрогаешься от страха. Именно таким мы видим Блока — потерявшегося ли, покинутого ли — неважно — опустошенного и с ужасом всматривающегося в эту бездну внутри себя. И не к кому обратиться, не на кого опереться.

    Кто здесь прав? Фанатики, бичующие себя и называющие чуму карой Господней? Разве они не прячут за маской смирения свою трусость? Разве они не перекладывают всю ответственность за беды человеческие на долю провидения, предпочитая отречение от жизни бремени решения? Верный оруженосец Блока, проповедующий религию Пустоты, не боящийся ни Бога, ни Черта и прожигающий жизнь? Но разве любое, пусть даже самое жуткое продолжение — не лучше страшного небытия?

    Пожалуй, ответы на все эти вопросы каждый находит сам для себя, если, конечно, вообще задумывается. Вероятно, умение не думать об этом — и есть счастье. Умение любоваться улыбкой любимой женщины, не думая о том, что она может тебя разлюбить; умение восхищаться фантазией любимого мужа, не боясь того, что этот светлый ум однажды погаснет; умение умиляться от улыбки ребенка, не предвидя тягот ожидающей его взрослой жизни и темной затхлости смерти.

    Самое страшное — это однажды осознать, что быть и не быть — одинаково нелепо.

    Вердикт: Кино знаковое, стоящее, Кино с большой буквы. Бергман изобразил жизнь как горстку монет, у каждой есть орел и решка, ну, или, если хотите, как шахматную доску с белыми и черными фигурами — реалист и идеалист, женщина-обольстительница и женщина-мать, чума и любовь, надежда и отчаяние, безрассудство и страх, жизнь и смерть. Очень легко стать самому себе в тягость, так что «утрите слезы и отражайтесь в своей пустоте». ©

    10 из 10

    14 февраля 2010 | 23:39

    Снятая всего за 35 дней, с минимальными производственными затратами (Бергману даже пришлось занять денег у актрисы Биби Андерссон) «Седьмая печать», является одним из самых искренних фильмов Бергмана, своеобразным road movie и средневековой мистерией одновременно.

    Рыцарь Антониус Блок вместе со своим оруженосцем возвращается на родину после долгих лет неудачных Крестовых походов. Рыцарь устал и подавлен, измучен бессонными ночами. Теперь он возвращается в родной замок.

    Антониус Блок мучается не только из-за десяти лет, проведенных в пустых сражениях на Святой земле. Он стремится познать Бога, найти вещественные доказательства его присутствия, нечто большее, чем «туман невнятных обещаний и незримых чудес», тогда он поймет, что невыносимый ужас, происходящий на этой земле, действительно имеет смысл.

    Смерть давно уже ходит за Антониусом Блоком. В черном балахоне с мертвенно бледным лицом она появляется на фоне сурового северного моря и ведет диалог с рыцарем. Перед вечной стихией и Смертью уже бесполезно лукавить — но Блок просит отсрочку в виде партии в шахматы. Получив ее, он решает найти ответы на мучащие его вопросы и сделать хотя бы один по настоящему осмысленный и полезный поступок в своей жизни.

    Родная страна, тем временем, находится на пороге Апокалипсиса. Страшная бубонная чума выкашивает целые города и селения. Повсюду людям мерещатся дурные знамения. По дорогам страны бродят толпы бичующих себя флагеллантов. Священнослужители, вместо того, чтобы укреплять веру людей в светлое будущее, напоминают им о тщетности жизни и благословляют сожжение юных умалишенных, якобы принесших чуму. Бывшие проповедники крестовых походов становятся насильниками и мародерами. Все в этом мире напоминает о Смерти, подчинено ей, жизнь человека страшна, ужасна и совершенно бессмысленна.

    Но так ли это на самом деле? Встречая по пути разных людей, Антониус Блок убеждается, что как раз жестокость этого мира и ожидание смерти бессмысленны, а простые земные радости, вроде парного молока с земляникой, и есть настоящая жизнь.

    Добрая и светлая семья актеров, следующая вместе с рыцарем к его родовому замку, схожа по именам с библейскими Иосифом, Марией и младенцем. В упоении простыми радостями жизни они олицетворяют собой божественное начало в людях, а именно Любовь.

    Продолжая партию в шахматы, Смерть настойчиво обращает внимание на спутников рыцаря, и тот решает спасти хотя бы семью актеров, которые так счастливы и у которых еще так много незаконченных дел. Отвлекая внимание Смерти, Антониус Блок смахивает фигуры с доски. Теперь он выполнил свое предназначение, и может плясать со Смертью свой последний танец на этой земле…

    Мораль фильма, на мой взгляд, следующая: страх смерти, так или иначе присутствующий в каждом из нас, отвлекает от действительно важных вещей, которые мы еще можем сделать в этой жизни. То, что будет происходить после смерти — неизвестность, не так страшна, если наша миссия в этом мире действительно выполнена. И это единственное, о чем на самом деле стоит думать.

    Несмотря на мрачный символизм, «Седьмая печать» — на редкость живой и наполненный тонким юмором фильм, который стоит серьезных размышлений и может стать мотивацией к действию.

    10 из 10

    26 декабря 2009 | 00:44

    Как же здорово смотреть старые фильмы! Фильмы, где не чувствуется наигранности, где чувствуется некоторая театральная основа, где заложены хорошие мысли, которые в настоящий момент трактуются повсеместно. Это часть истории, лучшая её часть.

    Сюжет базируется на том, что рыцарь Антониус Блок вместе со своим оруженосцем Йенсом вернулись после десятилетних крестовых походов. В то время в Европе свирепствовала чума, и всюду люди искали виноватых, по-разному трактуя Библию. И к нашему рыцарю приходит Смерть. Но перед тем, как забрать его, Смерть соглашается на партию в шахматы, дабы дать небольшую отсрочку нашему герою. Он чувствует пустоту после возвращения на Родину, и ему нужно найти ответы на вопросы, которые прямо-таки гложат. Наши герои видят ситуацию с «черной смертью» в Европе изнутри, они чувствуют неумолимый рок над своими головами. И столь отдаленное по своим представлениям становится таким близким…

    Сюжет очень интересен и многослоен, испещрен бойкими диалогами и прекрасными рассуждениями героев. Динамика практически отсутствует, но это добавляет шарма ленте, тем самым давая зрителю ощутить всю безысходность действа. Но все же в фильме присутствуют нотки комедии, когда зрители слышат беседы на темы семьи и женщин. Даже становится не по себе, что уже в 1957 году кто-то мог сочинить такой хороший диалог, тема которого так часто обсуждается в наше время.

    И вот ближе к концу зритель сам может ощутить всю неумолимость рока, нависшего над героями. Предпоследняя сцена, где за столом сидят шесть человек, особенно понравилась. Тут ощущается пик действия, своеобразный итог. И он не кажется страшным, герои не ощущают смирения. Они лишь ждут неизвестного, непонятого. Не зря мы слышим прекрасную фразу: «Я и есть само по себе незнание…»

    Но семья актера сумеет выйти из положения. И в финальной сцене мы смотрим вслед их счастью и будто говорим: «Ещё не время, ещё не время…»

    22 января 2013 | 12:31

    Философская притча о сомнении, поиске смысла и знания жизни, погружающаяся в пучину вечных вопросов о человеке и мире и в то же время идущая витиеватыми путями личных драм, непреходящих страданий, что возрождаются в душах каждого поколения из столетия в столетие, может показаться предсмертным завещанием великого художника и мыслителя, однако автором этой картины стал всего лишь 38-летний режиссер Ингмар Бергман. На грани иносказания и бытописания, от вечности до вспышки мгновения, между тяжким самопознанием и широким взглядом на природу людей фильм кажется столь глубоким, обобщающим и также сугубо сакральным, исповедальным, что он без сомнения способен задеть любого зрителя, независимо от того, всматривается ли он в горизонты миропонимания или пытается лишь отчасти разобраться в себе.

    Мучительные искания земной жизни Бергман отдаляет от современности, намеренно переносит их из контекста реальности в древнюю эпоху. Этим он с легкостью избавляется от необходимости говорить конкретно и органично вплетает в свои размышления метафоры и образы, тем самым освобождая разум от всего общепринятого, расхожего, догматического и на первый взгляд очевидного. В новом пространстве режиссер говорит о жизни как долгом крестовом походе с жаждой узреть царство небесное, проникнуть в божественный замысел человеческого существования, но попытки найти оправдания вере и благостное чувство счастливого покоя заканчиваются пустотой. «Моя душа подобна пустоте, в которую я смотрю, как в зеркало, и вижу себя с отвращением и болью, — произносит главный герой Антоний Блок, — неужели все тщетно, а впереди только смерть?» Он уже слышит ее тихие шаги, видит белый гипсовый лик неотвратимого, но без единственного ответа рыцарь не может покинуть этот мир. И милосердный рок дает отсрочку — последние дни, чтобы еще раз попытаться ухватит ускользающее дыхание истины.

    Сравнение отчаявшегося рыцаря с семьей актеров и парочкой случайно влюбленных, которые скоро об этом забывают, представляет некий спектр отношений автора к осознанию реальности. Одни люди стремятся к жизни, другие — к смерти, а третьи — к бесполезному шутовству и самодовольству. Но Бергман вовсе не пытается вынести какую-то мораль, найти правильное и ложное. Он лишь обнажает действительные типы человеческого поведения и видит под их оболочкой либо простую слепую радость, которая и не нуждается в прозрении, либо вечные мытарства исканий, либо комизм игры.

    Антоний Блок рассеял время в дороге к подлинному значению бытия и лишь истощил свой дух, выцвел от солнца, высох горестным взглядом, но его постоянное медленное умирание в тумане сомнений и в борьбе со страстями вело к правде, пускай и недостижимой. И это было великой сущностью его жизни. С другой стороны, семья комедиантов далека от тяжести философского выбора, от боли непонимания, от метаний духа и каторжного самосознания, эти люди знают лишь ласковое тепло утреннего солнца, веселый смех ребенка и тихие будни скоромного быта странников. Сравнивая в заключительных кадрах радостные лица этих путешественников и темные призрачные фигуры спутников рыцаря на гребне горы, которые подобны раскинувшим руки могильным крестам, Бергман делает свой выбор. Разумный, человеческий выбор между нежным светом и тленом тьмы.

    Мы его, конечно, понимаем, безусловно, соглашаемся и вслед за гением также беспечно, непринужденно отказываемся от истины жизни как зыбкого миража, принимая осязаемое счастье взамен пустым скитаниям. И не так уж важно, что Антоний Блок, вместе с идущими по его пятам темными пилигримами, становится незримым укором всей радости мира. Ведь они, словно черные бездны, копят в себе духовную грязь этой жизни, намеренно или вынужденно отказываясь от спокойного благополучия, ибо оно — в сумраке невежества, но эти вечные всадники уже видели призрачное сверкание истины в самой глубокой пропасти подлунного мира и будут идти на обманчивый блеск, прекрасно зная, что впереди лишь смерть, и все тщетно.

    15 мая 2011 | 21:51

    Фильм снят в аляповатой манере европейского кино, но удачно то, что низкое качество плёнки и черно-белость картины добавляют ей немного якобы большей атмосферности конца средневековья.

    Можно ли разглядеть в этом фильме особые философские мысли? Да, если Вы живете в 57 седьмом году прошлого века и Вам 38 лет и зовут Вас, к примеру, Ингмар. Мне тоже сейчас 38, и этот фильм досмотрел до конца только из любопытства, что бы соотнести его с современными философскими картинами такими как, например: «Фауст» Шокурова, «Изгнание» Звягинцева и т. п.

    Мой вывод к сожалению прост, смотреть имеет смысл только, что бы понять насколько некоторые современные режиссеры смогли гораздо глубже раскрыть такие философские понятия как: религия, смерть, любовь, вера и т. д. А работа шведского режиссера вполне достойна и по форме и по содержанию, но только для прошлого столетия. На мой взгляд — этот фильм кандидат на вылет из топа «250 шедевров» уже как несколько лет. При всем уважении к Ингмару нашему Бергману, это картина не актуальна и не вечна, с точки зрения глубины раскрытия темы смысла жизни человека и прочее, не смотря на критическое отношение режиссера к религиозному мракобесию и цитирования библейских апокалипсисов…

    8 апреля 2013 | 16:36

    И когда Он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса.

    Хмурое небо, затянутое тучами, под ним раскинулось бесконечное суровое море, волны с плеском набегают и разбиваются о камни. На берегу лежит рыцарь Антониус Блок, вернувшийся на родину, после неудачного десятилетнего крестового похода из Святой Земли. Здесь, на берегу моря, рыцарю суждено повстречать свою Смерть, которая уже давно ходит за ним по пятам. Но Блок не спешит, есть еще много вопросов, на которые ему нужно найти ответы, и он предлагает Смерти сыграть с ним в шахматы, ставя на кон свою жизнь. Они начинают партию, которая, с перерывами, будет обрамлять весь фильм, партию, которую каждый человек ведет всю свою жизни и в конце всегда проигрывает. Проиграет ее и рыцарь Антониус Блок, но пауза перед концом для него — это еще одна попытка обрести Бога.

    В основу фильма «Седьмая печать» положена пьеса «Роспись по дереву», которая родилась из детских воспоминаний Бергмана. В детстве он сопровождал отца, когда тот отправлялся читать проповеди в сельских церквях, там он погружался в созерцание распятий, фресок и витражей: «Там были Иисус и разбойники, окровавленные, в корчах; Мария, склонившаяся к Иоанну ("зри сына своего, зри мать свою»); Мария Магдалина, грешница (с кем она спала в последний раз?). Рыцарь играет в шахматы со Смертью. Смерть пилит Дерево жизни, на верхушке сидит, ломая руки, объятый ужасом бедняга. Смерть, размахивая косой, точно знаменем, ведет танцующую процессию к Царству тьмы…»

    «Седьмая печать» — философская притча о вере, смерти, людях и о самом себе. Такой маленький, скромный фильм, который отражает в себе все земное и божественное. Режиссер задает вопросы и показывает разные точки зрения. Прежде всего, он противопоставляет Антониуса Блока и его оруженосца. Первый — религиозный фанатик, для которого физические и психические страдания — нечто несущественное по сравнению со спасением души. Блок стремится найти Бога, взгляд его устремлен на некую неведомую нам цель, но Бог молчит, вопрошания рыцаря в молчаливое небо остаются без ответа.

    Оруженосец Йонс, напротив — атеист, человек с душой борца, он испытывает жалость и сострадание, ненависть и презрение. Йонс говорит: «Мы живем в мире призраков». Показательна сцена казни юной ведьмы, приговоренной к сожжению заживо. Рыцаря не волнуют физические страдания девушки, ему важно знать, видела ли ведьма дьявола. Он хочет знать, существует ли Сатана, ведь тогда существует и Бог, а значит все не зря. А вот атеист Йонс переживает, видя страдания девушки.

    Человека всегда преследует страх смерти. Но пугает не сама смерть, а то, что нас ждет после нее. Трудно примириться с мыслью, что ты вдруг превратишься в небытие. И каждый по-своему отвечает на этот вопрос. Быть атеистом требует большой смелости — жить, зная, что дальше, после жизни тебя ничего не ждет очень трудно. Ингмар Бергман писал: «Мысль о том, что я умру и тем самым перестану быть, что я войду в ворота Царства мрака, что существует нечто, чего я не способен контролировать, организовать или предусмотреть, была для меня источником постоянного ужаса».

    Но и вера требует немало мужества в нашем жестоком мире. Все лучшее в этом мире покупается лишь ценой великого страдания. Верить всем сердцем, а взамен никаких доказательств, лишь обещание Вечной жизни после смерти. «Вера — это тяжкое страдание».

    И наконец, Бергман противопоставил религиозному фанатизму и нетерпимости Святость человека. Два важных персонажа в картине: Юф и Миа — бродячие артисты, молодые супруги. Юф — добряк и поэт, а Миа — воплощает в себе женскую красоту и природную мудрость, радость материнства и верности. Юф и Миа, это, разумеется, Иосиф и Мария. Они олицетворяют радость бытия и любви. Когда рыцарь знакомится с Мией, та угощает его земляникой с молоком. И здесь перед рыцарем открывается картина истинного счастья… Встреча с Юфом и Мией для Блока, конечно, не способна разрешить его сомнений, но она напоминает ему об утраченном рае, когда он был счастлив в своем родовом замке с любимой женой. Это придает рыцарю сил и дает ему возможность достойно завершить свою жизнь. Блок спасет Юфа, Мию и их маленького сынишку от всепожирающей Смерти.

    Если все несовершенно в нашем несовершенном мире, то любовь само совершенство в своем совершенном несовершенстве.

    18 февраля 2009 | 23:40

    Во все времена человек задумывался о смерти. В чем смысл бытия, и что ждет нас за гранью, там, откуда нет возврата? Что есть смерть — конец бытия, пустота, или начало нового бытия, возможность прикоснуться к Истине, к Богу? «Седьмая печать» — философское размышление Ингмара Бергмана о смерти и, возможно, некая попытка ответить на эти вопросы или хотя бы приблизится к ответу.

    Фильм глубоко символичен. Действие фильма перенесено в Средневековье, в разгар страшнейшей эпидемии чумы — «Черной смерти». Разочаровавшийся в жизни и в своей вере рыцарь Антониус Блок и его оруженосец возвращаются с крестового похода на родину, охваченную ужасом чумы и апокалиптическими предзнаменованиями. Их сопровождает таинственный ангел смерти, с которым Антониус заключил сделку, решив сыграть с ним последний шахматный поединок, чтобы отстрочить момент смерти и попытаться в последние минуты жизни постичь Истину, найти ответ на терзающие его вопросы.

    «Вера — это такая мука, все равно, что любить того, кто во мраке и не являет лица.»

    Антониус жаждет найти истинные доказательства существования Бога. Он хочет верить, и он верит, но вера для него — страдание и вечный крик в пустоту. Встретив у входа в церковь ведьму, осужденную на сожжение, Анониус спрашивает у нее, видела ли она дьявола. Ведь если есть дьявол, то есть и Бог, и его вера, его жизнь имела смысл, имела конечную цель. Но рыцарь так и не находит ответа. В её глазах он видит только страх — страх перед неизбежным.

    Черно-белый фильм Бергмана во многом построен на контрастах и противопоставлении. Так, рыцарю Антониусу ярко противопоставлен его оруженосец Йонс, который не принимает безграничной веры своего хозяина. Йонс — скептик, он критически оценивает и веру в Бога, и веру в жизнь после смерти. «В подлунном мире только пустота», пытается убедить Йонс своего господина, но рыцарь отчаянно хочет верить в другой смысл.

    «Если все несовершенно в нашем несовершенном мире, то любовь само совершенство в своем совершенном несовершенстве.»

    Смерть не щадит никого, ни актера, ни рыцаря, никого, всему рано или поздно приходит конец. Но за концом всегда следует новое начало — в фильме олицетворением продолжения рода служит семья бродячих актеров — Юф, Миа и их маленький сын. Они радуются жизни, словно не замечая окружающего их хаоса бытия, и глядя на их жизнь, на их счастье, Антониус понимает, что именно в простых маленьких радостях вроде земляники с молоком, в любви и гармонии и заключается смысл человеческого бытия. Но этот смысл для него давно утерян, и поэтому он ощущает лишь усталость и стремление обрести покой.

    В финале фильма становится понятным его название — «Седьмая печать», ведь именно за чтением Откровения Иоанна Богослова к героям приходит смерть. Герои уходят в тот таинственный мир, откуда нет возврата. Лишь там, за гранью жизни, оставив земную оболочку, главный герой, возможно, сможет найти ответ на терзающий его вопрос, и после этого обрести долгожданный покой. А может быть, ответа нет. Никто не знает.

    - И ты раскроешь свои тайны?
    - У меня нет никаких тайн.
    - Так ты ничего не знаешь?
    - У меня нет знаний.

    25 марта 2011 | 15:28

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>








    Нашли ошибку?   Добавить инфо →
    Мнение друзей
    Найдите друзей, зарегистрированных на КиноПоиске, и здесь появятся оценки, которые ваши друзья поставили этому фильму...
    КиноПоиск в Каннах

    Индекс популярности

    Новости


    Результаты опроса режиссеров, которые недавно опубликовал британский журнал Sight & Sound, выявил, что величайшим фильмом постановщики считают «Токийскую повесть» Ясудзиро Одзу. Какие именно картины называли Мартин Сксорсезе, Майкл Манн, Квентин Тарантино, Бела Тарр, Апичатпон Вирасетакун, Вуди Аллен и их коллеги, стало известно сегодня. (...)
     
    все новости

    Статьи


    Кинематограф обращался к литературе с первых лет своего существования. Разумеется, однажды появилась и обратная связь: имена режиссеров оказывались в авторских строках на обложках книг, будь то издание сборника фотографий, автобиография или эссе о любимом аниматоре. По случаю выхода «Молодости» Паоло Соррентино — как на экранах, так и на книжных полках — КиноПоиск поинтересовался, что пишут режиссеры. (...)
     
    все статьи
    Записи в блогах

    На набережной Круазетт появляются люди с привычным к концу фестиваля грузом: мешками под глазами и чемоданами. Многие покидают Канн до церемонии закрытия, но на самом деле в этот день принято подводить итоги и писать об уже врученных наградах. (...)
     
    все записи »

    Кинокасса США $ Россия
    1.Angry Birds в киноAngry Birds38 155 177
    2.Первый мститель: ПротивостояниеCaptain America: Civil War32 939 739
    3.Соседи. На тропе войны 2Neighbors 2: Sorority Rising21 760 405
    4.Славные парниThe Nice Guys11 203 270
    5.Книга джунглейThe Jungle Book10 944 350
    20.05 — 22.05подробнее
    Кинокасса России руб. США
    1.Люди Икс: АпокалипсисX-Men: Apocalypse417 087 247
    2.Angry Birds в киноAngry Birds157 229 791
    3.Экипаж40 352 730
    4.Первый мститель: ПротивостояниеCaptain America: Civil War39 340 516
    5.Любовь не по размеруUn homme à la hauteur9 142 052
    20.05 — 22.05подробнее
    Результаты уик-энда
    Зрители2 543 964102 969
    Деньги686 544 097 руб.10 608 672
    Цена билета269,87 руб.14,50
    20.05 — 22.05подробнее
    Лучшие фильмы — Top 250
    180.Бешеные псыReservoir Dogs8.131
    181.УраганThe Hurricane8.128
    182.МандариныMandariinid8.128
    183.АмелиLe Fabuleux destin d'Amélie Poulain8.127
    184.Корпорация монстровMonsters, Inc.8.126
    лучшие фильмы
    Ожидаемые фильмы
    21.Иллюзия обмана 2Now You See Me 293.57%
    22.Человек-муравей и ОсаAnt-Man and the Wasp93.28%
    23.Кингсман 2Kingsman: The Golden Circle93.26%
    24.Стражи Галактики 2Guardians of the Galaxy Vol. 293.21%
    25.Стартрек: БесконечностьStar Trek Beyond93.17%
    ожидаемые фильмы
    Новые рецензиивсего
    Ниндзя из Беверли ХиллзBeverly Hills Ninja5
    МалышThe Kid57
    Я – началоI Origins75
    Люди Икс: АпокалипсисX-Men: Apocalypse75
    Физрук83
    все рецензии
    Сегодня в кинорейтинг
    ВаркрафтWarcraft8.788
    Алиса в ЗазеркальеAlice Through the Looking Glass
    Люди Икс: АпокалипсисX-Men: Apocalypse7.615
    Angry Birds в киноAngry Birds6.548
    Экипаж8.178
    афиша
    о премьерах недели с юмором
    все подкасты
    Скоро в кинопремьера
    Черепашки-ниндзя 2Teenage Mutant Ninja Turtles: Out of the Shadows02.06
    Иллюзия обмана 2Now You See Me 209.06
    Славные парниThe Nice Guys16.06
    Дочь БогаExposed16.06
    День независимости: ВозрождениеIndependence Day: Resurgence23.06
    премьеры