Сегодня нельзя не восхититься прозорливости и гражданскому мужеству одного из крупнейших советских режиссеров Сергея Герасимова еще 40 лет назад во всеуслышание заявившего о том, что строительство целлюлозно-бумажного комбината у озера Байкал — чудовищная ошибка, чреватая самыми пагубными последствиями.

«У озера» — фильм-диспут о человеке и природе, снятый в те времена, когда слово «экология», ныне известное любому первокласснику, было почти ругательным. «Мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее — наша задача» — этот сомнительный во всех смыслах лозунг упрямо претворялся в жизнь многие годы. Фильм Герасимова подверг эту «истину» критической оценке, причем в мастерской форме, свойственной этому талантливейшему кинорежиссеру.

В жанре киноромана о воспитании чувств и взрослении юной Лены Барминой (Наталья Белохвостикова), чья судьба неразрывно связана с уникальным озером и которая, после смерти отца, всю жизнь оберегавшего Байкал, продолжает его благородное дело, наталкиваясь на непонимание и раздражение окружающих людей.

Картина замечательна по всем компонентам. Многие эпизоды, снятые почти в документальном, репортажном стиле, поражают своей достоверностью, и дают представление современному зрителю о том, как и чем жили советские люди в конце 1960-х гг. И, конечно же, благодаря фильму, мы до сих пор имеем возможность смотреть и наслаждаться замечательной игрой так рано ушедших от нас Василия Шукшина и Николая Еременко-младшего. Еще совсем молодых и таких красивых.

Мега фильм, к сожалению, сейчас нет большого интереса понимать (или поминать) старое, нет времени на спор по техническому развитию, если уже и приближать себя к природе, то вперед и только вперед, не задумываясь, рубить и отдыхать так, чтобы не только щепки летели…

Рассказ идет от молодой, своенравной девушки, но действительно, это повесть от другого, неизвестного автора, который видит происходящее чужими глазами, живет своим умом, не передает всех подробностей, сохраняя долю неизвестности и недосказанности, но не пускаясь в сплетню. История освоения Байкала, взаимоотношений человека, и природы, и вообще важного. Глубина тем социальных, нравственных, проблем экологии, личного, задета глубоко, но намеренно не раскрыта полностью. Не легкий разговор, как нельзя доброе превращать в злое, про красоту и работу, о счастье и лишнем куске, и как не мешало бы над всем этим хорошенько подумать.

Фильм авторитетного человека, с участием серьезных и мыслящих людей, молодого поколения. Обратите внимание на сцены в поезде, как мимо проезжающих мыслей, возникающие у промелькнувших людей, когда едешь и видишь, как например, девушка с книжками идет… и там, за окном, целая жизнь. Наталья Белохвостикова и Шукшин, может лучшие их роли, в отрезках другой жизни. Запомнил его слова о счастье, как ясной живой цели, её шаг решить свою судьбы, словами отца: где главная сила — в развитии мира, борьба. И каков человек, таким и мир откроется ему.

Добавлю. «Нравственность всегда есть правда…» Никогда не поздно увидеть и правду, и кривду, и «как бы дело не обернулось, этот разговор был не в пустую».

Фильм, главное действующее лицо которого — режиссёр.

Сценарий и постановка захватывают с первых минут, держат в невероятном напряжении каждым кадром, каждой репликой, и кажется, что игра актёров — это только фон, задний план, который может быть тем или иным, которого может и не быть, — настолько сильно влияние художественного замысла режиссёра и его воплощения на экране.

Но актёры играют хорошо. Хорош пассажир (Кузьменков) — бывший зэк, хороша тройка, влюблённая в Наташу Белохвостикову, по-своему хороша корреспондент Королькова.

Какой нестандартный подход!

Здесь Вам не классический любовный треугольник, а совсем неклассический четырёхугольник.

Сколько мы видели и слышали признаний в любви, начиная c Татьяны Лариной к Онегину!

Но такого признания, каким нас попотчевал Сергей Герасимов, не часто увидишь.

…Она после демонстративного визита к ней в библиотеку жены директора целлюлозно-бумажного комбината Черных, не вызывающего сомнений в её цели, звонит Черных и назначает встречу у сломанного дерева на дороге в Танхой.

Никаких Вам длинных разговоров о любви, — не сказано ни одного слова при-знания — это не 178 серий мыльной оперы: «А шо он сказал?», «А шо сказала она?», «А шо — он?», «А шо — она?»…

… Дует сильный холодный ветер. По Байкалу рвутся пеной волны — «неспокойно синее море».

Она торопливо полуидёт-полубежит на встречу с ним.

Сколько в ней стремления!, правды!!! А какой ошеломляющий текст, рвущийся из груди: « Девчонкой я видела сон, который не хочу вспоминать. Когда проснулась, я сказала себе: «Если б что-нибудь подобное случилось со мной в жизни, я пере-стала бы жить». И вот это случилось, а я живу. Я никогда не думала, что можно так ненавидеть человека, пережить такую боль и унижение… И вот я живу».

Какое полное возмущения лицо ещё девочки, юной Натальи Белохвостиковой! В этот момент она играет две роли: роль героини, и роль «голоса за кадром». Такое придумать!, так сыграть!, — мороз по коже.

Подбегает, увидела его, — он стоит под огромным корнем опрокинутого дерева, — остановилась… Их лица серьёзные, решительные, — что сейчас будет?, — предугадать невозможно до последнего мгновения, — а он прост, как всё гениальное, — ни слова не говоря, она подходит к нему и бросается в его объятия. Её лицо в слезах. И он с трудом сдерживает слезу. По-прежнему — никаких слов, никаких жадных поцелуев. Только взгляд её больших глаз — глаза в глаза. Он по-отечески вытирает слёзы с её лица, и лишь в самом конце этой сцены — нет, не целует, — а только касается губами её виска. Вот и всё признание в любви.

Но советские моральные устои не дали развиться этой любви. Положительная советская героиня не должна отбивать мужа у советской семьи.

Режиссёром было сказано очень дерзкое слово:

«Счастье, — это не построение коммунизма. И женатый советский человек, положительный со всех сторон герой оставляет за собой право быть счастливым с любимой, которая не его жена».

Вот этот текст с экрана.

Бессонной ночью в преддверии разлуки с любимой встречаются Кеша и Черных.

Ч: Ну что стоишь?
К: Так ведь вот… Вот смотрю. Понаработали мы здесь изрядно. Понарушили, что смогли, понаставили, что сумели, — а счастья нет.
- Это как?
- Да вот так: счастья нет!
- Э-эх, куда тебя повело.
- Куда? Туда же, куда и тебя.
- Счастья ему, видите ли, нет. А это что? (показывает на построенный завод)
- Это завод. (Герасимовский юмор)…
Ч: … Ходит по улице, счастье ищет.
К: Слушай, так ведь каждому нужно.
- Нужно-то нужно.
- Ну!
- Так надо разобраться в этом.
- Разобраться…
Ч: Штука сложная, каждый понимает по-своему… Что такое счастье? Я бы сказал так: Счастье — это ясная, осознанная и общественно-полезная цель. Цель — вот, что такое счастье…
- Только цель-то у нас была одна.
- Что-что-что? Что?!
- Да я говорю: цель-то у нас была одна, — во как!
Черных делает паузу и спокойно и ясно даёт знать:
- То есть, как это «была»? Она, ведь, как была, так она и есть. Вот так вот.
- Ну, ты силён!
- А ты как думал?
- Слушай, Василий Васильевич, ты же интересный человек!
- В этом мире, Кеша, всё интересно. И много неожиданного. Учти.

Мораль: умудрённый жизнью Черных оставляет за собой право иметь счастье любить не свою жену, а молодая Белохвостикова с идеализированным сознанием такого себе не может позволить.

Конец фильма поставлен так, что зритель не может не осуждать (правда, не всякий зритель) поступок главной героини: «Что же ты делаешь, глупышка?!»

Но она сделала это.

И сейчас не могу сказать, что бы сделало картину лучше: тот финал, который есть, или тот, который мог бы быть, если следовать мудрости Черных.

Наверное, — каждый из них. Ведь главное действующее лицо фильма — не актёры и сценарист, а режиссёр!!!

Я знала, что есть такой фильм, но просмотр как-то откладывался, забывался. А тут прям торкнуло. И настроение было подходящее.

В этом фильме Сергей Аполлинариевич Герасимов бесподобно снял весь свой курс, всех своих любимцев — Белохвостикову, Еременко, Спиридонова, трех Наташ: Аринбасарову, Бондарчук, Гвоздикову… Великолепные, запоминающиеся роли у Шукшина и Жакова. Валентина Теличкина в роли журналистки Вали. С первых кадров поняла, что напишу про это кино — обязательно! Так велико желание и впечатления.

Иркутская область — моя Родина. Я всё-всё про нее знаю! Всё мне здесь близкое, понятное. В начале восьмидесятых мой дядя был кем-то вроде администратора на базе одного из научно-исследовательских институтов в Прибайкальском национальном парке.

Несколько лет назад наткнулась по телеку на документальный фильм, снятый москвичами о Байкале. Минут двадцать сидела, открыв рот — ну до чего картинки красивые! А потом слух споткнулся о фразу и поняла: люди совершенно не знают и не понимают того, о чем они снимают. Интерес иссяк, осталось разочарование. Фраза была такая «буряты — земледельцы». А Герасимов знал и любил эти места! Меня потрясла эта дотошность, с которой режиссер подошел к материалу, этот восторженный трепет, который вложили авторы в уста главной героини — Леночки Бурминой. Очень верные картинки быта — будто вернулась во времена детства. Узнаваемые места, верные детали, то, чем люди жили, как отдыхали, во что верили. Диалоги обалденные! Вся квинтессенция жизни в этих диалогах. И благодаря им фильм получился каким-то совершенно не советским по духу, будучи абсолютно советским по атмосфере. Я бы определила этот фильм в одну категорию с «Человек родился» с незаслуженно забытой чудесной актрисой Ольгой Бган и «Весной на Заречной улице». Какой-то веет над всем этим дух свободомыслия, цельности, подлинности — свежий отголосок хрущевской оттепели.

Мне понравилась одна из ведущих тем фильма, которая еще более актуальна в эпоху глобализации: человек и природа. Полемика между так называемыми «цивилизаторами» и теми, кто радеет за сохранение природы. Показателен в этом смысле диалог руководителя крупного промышленного предприятия и молодого научного сотрудника исследовательской лаборатории:

-Вы что же, вообще против освоения Сибири? Это, знаете, даже как-то удивительно.

-Откуда Вы это взяли? Речь идет о сохранении природы.

-Давайте сразу уточним: человек для природы или природа для человека?

-А вот это демагогия… я только хочу сказать, что человек — тоже часть природы. К тому же зависимая часть.

-Но мыслящая, что весьма существенно!

Прелесть юности — режиссер с этими ребятами будто переживает вторую молодость: прощание со школой, первые влюбленности — придуманные и настоящие, первые взрослые прически вчерашних школьниц, первые взрослые проблемы, с которыми приходится столкнуться, выбор гражданской позиции. Собственно, любовь — это и есть вторая, параллельная линия фильма.

Чудная картинка: идет молоденькая, стройная как березка, Белохвостикова, а за ней Еременко с топором. Турист-студент из славного города Ангарска. И она по нему даже немножечко страдает, а потом влюбляется — молниеносно и незаметно — в героя Шукшина. И как она все это анализирует, как здраво рассуждает, вызывает одновременно и улыбку, и щемящее чувство в груди. И живет такая девочка — сначала под крылом отца, потом одна. И все вокруг в нее влюбляются. Потому что действительно нереальная, необыкновенная. И для нее все действительно начинается. Я верю, что она все преодолеет и вернется к истокам, к своему озеру.

Сейчас мы уже знаем, чем закончилась история с БЦБК. А Байкал, слава Богу, и ныне жив, величественен, катит свои древние воды и все мы — песчинки на дне его.