всё о любом фильме:

Мать и сын

Мать и сын (Mat i syn)
год
страна
слоган-
режиссерАлександр Сокуров
сценарийЮрий Арабов
продюсерТомас Куфус, Александр Голутва, Мартин Хагеман, ...
операторАлексей Федоров
композиторМихаил Иванович
художникЭстер Риттербуш, Вера Зелинская, Эстер Риттерсбуш, ...
монтажЛеда Семенова
жанр драма, ... слова
зрители
Франция  47.3 тыс.,    Португалия  8.7 тыс.,    Италия  5.9 тыс., ...
премьера (мир)
возраст
зрителям, достигшим 12 лет
время73 мин. / 01:13
Номинации (1):
Эта история рассказывает об идеальном союзе — о любви и глубокой привязанности между матерью и сыном. Кажется, что эти двое одни на всей земле, нет ни быта, ни суеты, нет вообще ничего лишнего, а есть только деревянный дом за городом, в котором тихо живут тяжело больная мать и любящий сын.
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
86%
12 + 2 = 14
8.0
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Рецензии зрителей rss-подписка


    Ритм присмиревшей воды, свет спящего солнца, отдаленные звуки, укрытые цвета, нега и сумятица слов (словно вслух творится внутренняя молитва)…

    Всё, чем мы привычно поглощаем кино (глаза/уши), здесь не так уж важно. Сокуров снимает фильмы не для чтения, интерпретации, анализа, постижения, мудрствования. Он снимает кино, в котором нужно жить. ЖИТЬ. Той жизнью, что, быть может, и не по росту многим, не по размеру. Великовата. Но кто мы без жажды роста, без взгляда вверх, без тоски совершенства?..

    «Мать и сын» — кино для осязающих душ. Видеть и слышать им мало-мало. Их влечет БЛИЗЬ ПРИКОСНОВЕНИЯ к Тайне. Они способны выпростать «я» из-под одеялец защиты и покоя, почувствовать всплеск крыла бабочки, уснувшей на мертвой руке, узнать в лице уходящей матери черты сына, угадать в ситуации конца — начало, распознать встречу в вековечном прощании.

    Фильм начинается пересказом сна. Одного на двоих, общего для матери и сына. И послевкусие его тоже общее: «Бог, пролетающий в груди моей, влияет на мое сознание. На общий мир, на ход вещей не простирается его влиянье. Мне тяжко от неполноты такой», — говорят мать и сын в один голос.

    Тягота неполноты, а точнее — неявности, неизреченности откровения, которым тем не менее важно, нужно делиться, — тоска Сокурова, тоска любого художника, который избрал нелегкий путь служения невыразимому, Божественному. Кощунство ли — равнять творческое и Божье? НО верю почему-то, что искусство может быть источником Его познания. И даже подспорьем. Слышали, возможно, как отцы Церкви трактуют икону. Духовный костыль! Вещественный посредник для человека при его восхождении к невещественному, нематериальному, невидимому. К Богообщению.

    Сокуров не просто фильм снял, он выстроил храм истинной любви, а центр иконостаса — мать на руках сына — небывалая инверсия иконописи. Атмосфера поражает избытком доброты, милосердия, мудрости. Их так много, что сердце сжимается от невозможности вместить. Единение двоих превышает разум, время тонет в вечности, пространство — в глубинах духа, душа — в зове небес. Если возможен рай двоих, то сокуровские мать и сын (их первообразы, прообразы) в раю, и их сродные страдания — тоже знак рая, раз заставляют летать души и ангельским волнительным шепотом петь о любви всеобъемлющей. …И отчаянно страдающий сын, держа на руках умирающую мать, выдыхает сердцем: «Божий мир, ты прекрасен!».

    У Сокурова нередко получается редкостное — размывать границу между этим миром и тем. Может, поэтому в кадре (словно кинопленка — это ручей мерцающий) всё дрожит, вибрирует, течет, замирая. Тела и предметы, теряя нормальные очертанья, намекая на райскую бесплотность, влекутся в область, лежащую вне законов физического времени, пространства, мира.

    Н. Федоров когда-то разделил все искусство на «искусство подобия» («творение мертвых подобий») и «искусство священное» («художественное воскрешение»). В искусстве подобия изображение подражает оригиналу (копировка по внешнему сходству, буквальное чтение природы), а потому дает иллюзии, миражи, муляжи, симулякры и проч. Искусство священное, «воскрешающее», есть оригинал. Причем не оригинал действительности, так как для религиозного взгляда действительность — лишь образное, символическое изображение Высшей Реальности, сферы Духа. «Мать и сын» — сокуровское откровение именно о Ней, правда столь же чистая, сколь слеза матери о сыне, который остается, чтоб все же уйти. Сколь слеза сына о матери, которая уходит в грядущую встречу.

    Мать: Как грустно. Тебе ведь все равно придется пережить то же, что переживаю сейчас я. Это так несправедливо.

    Сын: Мы встретимся с тобой там же, где и договорились. Жди меня. Потерпи, милая моя. Потерпи.

    15 апреля 2013 | 20:13

    Фильм заставляет о многом задуматься. Как неправильно мы живем… Как отдаляемся от своих родителей… «Поговорить бы с ними — и есть о чем — да все как-то нет времени»… Сравнение с героем явно не в нашу пользу. Ему очень тяжело. А способны ли мы так самоотверженно любить, не раздражаясь, не жалуясь?

    Это фильм не для разового просмотра. До него нужно дорасти. Чтобы его понять, нужно потерять близких. Многим он покажется скучным, потому что сюжет действительно не развивается, видеоряд не завораживает красотой. Всё очень просто, малобюджетно. Но тема настолько глубока, что говорить о технической стороне, на мой взгляд, не стоит.

    26 декабря 2010 | 17:47

    С таким же успехом эта картина могла называться «Муж и жена», «Брат и сестра» и т. п. — Сокуров рассказывает об общении двух самых близких людей, у которых на всем свете никого больше нет. Тема взаимоотношений родителей и детей здесь ни при чем, точнее смысловой багаж, традиционно ей сопутствующий, никак не привязывается. «Изюминка» сюжета в другом — один из этих людей смертельно болен. В жизни такие ситуации зачастую развиваются весьма неприглядно: больной злится на весь мир, становится до абсурда придирчивым, а тот, кто за ним ухаживает, тяготится, черствеет сердцем и втайне мечтает поскорее отделаться от обузы.

    Сокуров же показывает, пожалуй, самый мудрый, деликатный и христианский (не в религиозном смысле этого слова) способ преодоления тяжелейшего испытания, какое только может выпасть на человеческую долю, — расставания с близким. Умирающая мать — сама ангельская кротость и всепрощение, ее сын — безграничное терпение и забота. Перед лицом неминуемого отступает все наносное — недопонимание, недомолвки — и, как в античных трагедиях, остается самое существенное. Ощутив дыхание Вечности, воплощенной в порывах степного ветра (природа здесь вообще выполняет важную декорирующую функцию — это не просто леса и луга, а сам Космос, Безмолвие Безвременья), герои дарят друг другу самое ценное, что у них есть — Любовь. Самих себя. Связующая их нить почти что прочерчена на экране — и можно не сомневаться, смерть ее не разорвет.

    Визуально все передано замечательно — киноязык Сокурова для таких посылов подходит как нельзя лучше. Метафизически-просторные пейзажи, мелодии фортепиано на заднем плане, неторопливое скольжение камеры, ритмическая статичность эпизодов — все это как будто видишь во сне. Правда, считать полновесным опусом 68-минутную ленту (которая могла быть еще короче, если б так не растянули прогулку героя в финале, ничего, в сущности, не добавляющую к уже сказанному) все-таки сложно — чего-то ощутимо не хватает; но как поэтичная зарисовка, своеобразная киноэлегия она смотрится очень достойно.

    7 из 10

    8 февраля 2014 | 13:40

    Вы хотите символов? Их есть у меня. Перед нами типичный пример дурно понятого и дурно пахнущего киномодерна. Мать и сын. Это просто двухмерные персонажи, сценарист не утруждает себя ничем, чтобы хоть какой-то одной чертой конкретизировать образы. А зачем? Кажется, уже само название картины должно настолько настроить на «архетипический» лад, что дальнейшие шатания призраков двух героев на фоне природы также должны вызывать в зрителях что-то очень глубокомысленное. Природа… Скольких режиссеров она спасла и будет спасать! Природный фон исключительно условен. Тут тебе и березки и не березки. Дорога (видимо, «дорога жизни»), железная дорога (видимо «дорога смерти»), некая рощица (видимо, «сумрачная рощица», в которой блуждает не вызывающий никаких эмоций условный сын). Чего еще не хватает? Моря? Будет вам и море. Неба? Так оно почти все экранное время в кадре. Да, забыл, на дворе осень. А чего еще? Не лето же, тут несоответствие получится. Умирание — это осень, а не лето, вдруг еще зритель не то подумает. Да, чтобы зритель не думал, что мать и сын что-то связывает, здесь максимально не присутствует такое содержание разговоров, что хоть как-то оживят мумиеподобных героев. Правильно, они говорят о жизни и смерти в духе примеров силлогизма из стандартного учебника по логике. Короче говоря, перед нами что-то настолько одиозно эмблематичное, как регалии всякого короля, которые всегда остаются при нем, даже если он голый, потому что иначе ничем не докажешь свой статус.

    26 сентября 2010 | 00:22

    «Мать и сын» — это фильм о Смерти, Любви и Милосердии. Та любовь, которую мы наблюдаем между сыном и матерью, совсем непохожа на обычную, земную любовь, потому что очищена неизбежностью смерти. Смерть ожидает обоих с невероятной точностью: мать обязательно умрет, сын останется один. Похоже, что даже время уважительно и медленно делает шаги вперед, для того, чтобы не помешать этому заботливому пристанищу любви: все действия неторопливы, каждое неверное движение подгоняет смерть.

    Характеры наполнены эмоциональностью и духовностью. Создается впечатление, что у них нет прошлого, связанного с их окружением, что они живут над миром, вне его. Это сквозит во всем: в жестах, заботе, мягкости, нежности. Сын расчесывает матери волосы, поправляет ей одеяло, кормит из бутылочки с соской. Мать отвечает заботой и лаской: насколько позволяют ей уходящие силы. Это действительно отношения, это чувства, которые не должны бросаться в глаза. Священные, духовные, не тронутые занудными навязчивыми аналитиками двадцатого века. Это настоящая человечность, которая ставится выше всего; хотя Сокуров не делает акцента на трагичности смерти.


    Диалоги также выглядят странными, как будто любовь и понимание главного героя делают разговоры необязательными. Когда они беседуют, слова кажутся лишенными всякой цели и намерения. Они никогда не пытаются выстроить удобную и понятную фразу, все, что звучит — это знание, которое проявляется в каждом жесте. Слова психологически сложны и пронизаны болью. Лучше всего это видно в последней сцене, где речь идет о жизни и смерти. Диалог выглядит поверхностным и мучительным, и служит лишь для того, чтобы приоткрыть завесу горя.

    Мать: «Так печально. Ведь все эти мучения тебе тоже придется перенести».
    «Поспи немножечко, мама, — отвечает сын. — Поспи, я скоро вернусь».

    10 из 10

    20 июля 2007 | 19:19

    История любви и глубокой привязанности двух родственных душ. Событийный ряд определяют два коротких путешествия. Первое — совместная прогулка, во время которой сын носит мать на руках, будто большую подбитую птицу. В тот момент, когда мать засыпает, сын покидает дом. Но после обхода ближайших окрестностей, своего рода инициации, он возвращается в одинокое пристанище. Последнее прикосновение к материнской руке — это и просветление, и обретение благодати…

    Программная смена манеры письма и интонации наметилась у Сокурова ещё в начале 1990-х, когда один за другим в чёрно-белом колере им были сняты три фильма: «Круг второй» — «Камень» — «Тихие страницы». Их отличала приглушенная речь (или почти полное её отсутствие как, например, в «Камне», где, по сути, прозвучала только одна фраза) и размытое изображение — без чёткой оптической фокусировки.

    Вместе с героями зрителю предлагалось погрузиться в своеобразную медитацию, некую пограничную зону между жизнью и смертью, сном и явью. Режиссёр не пытался скрыть именно метафизического взгляда на быт, в котором ещё брезжили проблески чего-то земного, меж тем уже готовые уступить место неопределённым фантомам инобытия.

    Не в первый раз обращаясь к теме прощания с близким человеком, Сокуров остаётся верен себе и придаёт фильму трагическое звучание. И вместе с тем обезоруживает простотой интерпретации, которая не оставляет права на существование потребительскому восприятию. Первая сцена долгого пробуждения сына и больной матери, ожидающей приближения смерти, в обоих случаях будто бы выходящих из векового оцепенения, задаёт непреодолимо тягучий темпоритм всему фильму.

    В «Матери и сыне» наряду с наметившейся тенденцией к минимализации слов и действий обозначился отход автора от апокалиптических мотивов и траурных ритуалов. После приглушенных цветов чёрно-белой трилогии Сокуров и оператор Алексей Фёдоров обрушили здесь на экран буйство природных красок. Казалось, ещё чуть-чуть и застывшие пейзажи, будто с нарисованными персонажами, станут смотреться как инопланетные.

    Знатоки творчества режиссера наверняка обратили внимание, что исполнитель роли сына Алексей Ананишнов вновь появился у Сокурова спустя девять лет после того, как снялся у него же в главной роли в «Днях затмения». А в немке Гудруг Гейер можно разглядеть будто постаревшую мадам Бовари из одноименной версии Сокурова, вернее типаж сыгравшей её француженки Сесиль Зервудаки.

    14 декабря 2012 | 12:26

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>








    Нашли ошибку?   Добавить инфо →
    Мнение друзей
    Найдите друзей, зарегистрированных на КиноПоиске, и здесь появятся оценки, которые ваши друзья поставили этому фильму...

    Сиквелы & приквелы

    подробнее
    Кинокасса США $ Россия
    1.ЛюсиLucy43 899 340
    2.ГераклHercules29 800 263
    3.Планета обезьян: РеволюцияDawn of the Planet of the Apes16 767 260
    4.Судная ночь 2The Purge: Anarchy10 482 760
    5.Самолеты: Огонь и водаPlanes: Fire and Rescue9 529 656
    25.07 — 27.07подробнее
    Кинокасса России руб. США
    1.ГераклHercules397 510 070
    2.Планета обезьян: РеволюцияDawn of the Planet of the Apes116 825 157
    3.Домашнее видеоSex Tape92 500 000
    4.Шаг вперёд: Всё или ничегоStep Up All In35 929 829
    5.Король сафариKhumba23 702 253
    24.07 — 27.07подробнее
    Результаты уик-энда
    Зрители2 697 303296 854
    Деньги711 833 817 руб.99 645 623
    Цена билета263,91 руб.8,88
    24.07 — 27.07подробнее
    Лучшие фильмы — Top 250
    115.Легенда №178.241
    116.Самый быстрый IndianThe World's Fastest Indian8.239
    117.Девчата8.235
    118.Малышка на миллионMillion Dollar Baby8.234
    119.Жизнь Дэвида ГейлаThe Life of David Gale8.233
    лучшие фильмы
    Ожидаемые фильмы
    11.Хоббит: Битва пяти воинствThe Hobbit: The Battle of the Five Armies94.56%
    12.Прометей 2Prometheus 294.50%
    13.Город грехов 2: Женщина, ради которой стоит убиватьSin City: A Dame to Kill For94.27%
    14.Звездные войны: Эпизод 7Star Wars: Episode VII94.07%
    15.Человек из U.N.C.L.E.The Man from U.N.C.L.E.94.07%
    ожидаемые фильмы
    Новые рецензиивсего
    Стражи ГалактикиGuardians of the Galaxy7
    ПревосходствоTranscendence106
    ГераклHercules32
    Прибытие делегатов на фотоконгресс в ЛионеNeuville-sur-Saône: Débarquement du congrès des photographes à Lyon3
    Хотел бы я быть здесьWish I Was Here20
    все рецензии
    Сегодня в кинорейтинг
    Планета обезьян: РеволюцияDawn of the Planet of the Apes7.495
    Стражи ГалактикиGuardians of the Galaxy8.675
    ГераклHercules6.311
    Домашнее видеоSex Tape5.858
    Король сафариKhumba5.826
    афиша
    о премьерах недели с юмором
    все подкасты
    Скоро в кинопремьера
    Черепашки-ниндзяTeenage Mutant Ninja Turtles07.08
    Неудержимые 3The Expendables 314.08
    Город грехов 2: Женщина, ради которой стоит убиватьSin City: A Dame to Kill For21.08
    Кавказская пленница!21.08
    Если я останусьIf I Stay28.08
    премьеры