Бывают фильмы, которые сложно анализировать по ходу действа. Взгляд не фиксирует отдельные недостатки, или они просто перекрываются чем то более значительным.

Представленный фильм для меня — из такой серии. НА время просмотра мысли не слишком отвлекались на анализ промахов режиссуры или глупостей и даже пафосности сценария. Место всему этому заняли актеры. Советские актеры. То есть старая школа Станиславского, многим из которых по большому счету уже давно не нужно кричать ВЕРЮ! — они сами себе Станиславские.
Ради этого фильм и стоит посмотреть, порадоваться за свою актерскую школу.

А множество недостатков и откровенных штамповок (в первую очередь меня лично вызывал негатив — это подход авторов к фильму с позиции американизма в режиссуре, а также ляпы и недоработки в сценарии (читай повествовании)). После просмотра сложилось общее впечатление что фильм все таки снят не для российского зрителя или точнее даже сказать не для советского зрителя, а для западной прессы — с заголовком «и мы умеем снимать крутые человеческие драмы, основанные на реальных событиях».

Роль Мамы в исполнении Нонны Викторовны как всегда ярка, бесподобна и неподражаема. Раскрытие всех образов (начиная от руководителя музыкального коллектива, жесткого террориста и обычной мамы) раскрыты абсолютно на мой взгляд достоверно и ровно. Это самая сильная роль и наверное стержень всех остальных ролей и актеров на съемках.

Очень Хороши (впрочем как и почти всегда) Миронов, Панин и Суханов. Вот в отношении Машкова и Миронова сложнее. Если последний как-то, на мой взгляд, ну не искренен что-ли, хотя роль неплоха и сыграна на высоком уровне, то Машков не поразил — ну нет тут ничего нового в образах, созданных этим неплохим актером. По крайней мере меня не впечатлил, хотя это чистый субъективизм и он скорее — отголосок сравнения с другими актерами.

Резюмировать картину сложно да и наверное не стоит — посмотреть же рекомендую всем для того чтобы оценить советские столпы актерского мастерства. Жаль, что в последнее время таких все меньше и меньше. Уходят…

8 из 10

Считается, что фильм «Мама» Дениса Евстигнеева «основан на реальных событиях» — которые показывает Герц Франк в документальном фильме «Жили-были Семь Симеонов». На самом же деле эти события в данном случае служат только каркасом, скелетом, на который нарастили мясо — множество отхождений от истории, дополнительных линий, подробностей. Как в стихотворении»… честь безумцу, который навеет человечеству сон золотой» — Евстигнеев не то чтобы приукрасил события и семью, и не то чтобы снял плохой «сиквел» реальности, а скорее показал свой вариант развития событий, занялся своеобразной «правкой» жизни. Возможно, когда он думал об истории с семьей Овечкиных, ему хотелось, чтобы всё сложилось иначе — и он показал зрителю, как могло было быть. Отсюда измененная линия с угоном самолёта, отсюда история с вызволением Ленчика из психбольницы, отсюда хэппи-энд. Евстигнеев хотел сделать в кино лучше, чем было в жизни, в этом нет ничего предосудительного. Другой вопрос, удалось ли это ему.

Образы у Евстигнеева стандартные, шаблонные. Шахтер Юрий — черный, беззарплатный, голодный. Тусовщик Павел — сутенер, наркоман, весельчак. Василий — снайпер в Таджикистане, честный, сильный, благородный. Осеменитель Николай — осточертевшая «работа», утомленность, тельняшка с усами. И Нонна Мордюкова в вечном образе Матери-героини, Матери-Родины — даже внешне она похожа на Родину-мать с советского плаката. Самый разработанный, продуманный характер в картине — это Ленчик. Кажется, на его позицию встает режиссёр. В первом внутреннем монологе Ленчик говорит о том, что они, братья, всегда верили матери. Позже, в финале, он скажет ей: «Знаешь, как я тебя любил? Я всё делал ради тебя…». Любили, верили, делали — всё в прошедшем времени. Какие чувства испытывает Ленчик сейчас? Режиссер не дает ответа. Только фразу -»… ничего мне от тебя не надо, мама».

Что-то похожее, возможно, чувствовал и режиссер Евстигнеев. Сначала он показывает нам красивую цветущую девушку, отличную от других — все красят губы, она сурьмит брови, все кидают цветы, она играет на аккордеоне. А потом мы видим усталую женщину, стремительно превращающуюся в брошенную старуху, и непонятно, как к ней относиться в свете её поступка в прошлом и решения начать новую жизнь в настоящем. В финале она просит прощения — и её прощает и Ленчик, и режиссер — иначе не стал бы заканчивать фильм хэппи-эндом, и, наверное, должен простить зритель.

В «Маме» каждый из сыновей в какой-то момент понимает, что затея матери почти обречена на провал. У Николая и Юрия это диалог о тундре и следующая в его конце фраза: «Да никуда она без Ленчика не поедет. И мы не поедем». И здесь непонятно, то ли они без Ленчика не поедут, то ли вообще никуда — скорее, второе. У Юрия это также обращенный к зебре вопрос «Зачем?» — вопрос, не требующий ответа, но не риторический. Потому что Мама. Потому что «мы всегда ей верили». На татуировке младшего сына, Павлика, шестеро братьев, включая умершего Никиту, и самолет, но нет мамы. Она не нужна ему на татуировке — а нужна ли в жизни?

Самая светлая сцена в «Маме» — кадры встречи Полины Юрьевой с мужем после войны — резко контрастирует с последующим черным титром названия и сценой «приёма» в психбольнице. В начале картины Полина улыбается, вокруг светло, ярко, громкая музыка, множество цветов. И уже через несколько мгновений — постаревшее печальное лицо усталой женщины, серые, сизые, грязно-кирпичные тона. Первое, что узнаем о героине, это высказывание начальника лечебницы для душевнобольных: «Упорная баба. Только такие и выживают». Двумя фразами он характеризует героиню, женщину, которая пойдет на всё ради достижения цели — счастья для своих детей и себя; только вот какое из желаний первично — сделать счастливыми сыновей или осуществить свою мечту об Идеальной жизни всем вместе, мы можем только догадываться.

«Мама», как начиналась титрами на фоне деревенских пейзажей и сценой встречи с войны солдат на станции Шуя — так и заканчивается. Та же Полина Юрьева, измазавшаяся сажей, та же деревянная станция Шуя, совсем не изменившаяся за 50 лет, та же атмосфера ожидания начала «новой жизни». Только вот жизнь в сорок пятом, как и в «Жили-были семь Симеонов», создавалась общими усилиями, а в девяносто девятом — в одиночку, матерью. «Новую счастливую жизнь затеяла, ни у кого ничего не спросив…».

Я не увидела в фильме историю семьи Овечкиных.

Только история о матери. О женщине, которая пытается собрать целое из рассыпавшихся кусков, измученная муками совести. Она сама, собственными руками разрушила жизни своих детей, погубила всё, что можно. И теперь пытается воссоздать семью из чужих (по сути) людей. Ей надо растопить их сердца, и научить их заново любить и прощать.

Безумная история. Кажется, что утопичная, и нереальная. Но человеческая жизнь иногда бывает фантастичнее кино.

Почему-то никогда не пыталась найти в этом фильме чего-то сверхъестественного… фильм прост и необычен одновременно. Все здесь о Маме. Даже произносится это слово как-то само собой нежно и трепетно.

Кино про живых людей и живую семью, на долю которых выпали тяжелые испытания. Пока они вместе — они могут все! Фильм прежде всего о целостности семьи, о несчастной и натерпевшейся женщине, которая изо всех сил старается объединить всех, потому что только когда они вместе — им ничего не страшно!

Момент, когда четверо ребят возвращаются к Маме, вызывает у меня какую-то трепетную радость. Взрослые парни тихонько входят в квартиру, будто боятся спугнуть кого-то… а она там, она ждет их. Ребята смотрят на нее, она на них — момент очень трепетный, что сам боишься его спугнуть. Они похоже даже не дышат, младший Павлик осторожно выглядывает из-за плеча старшего брата и жмет в руках букет.

Первый — Вася (Леша Кравченко), трепетно и вызывающе смотрит на маму своими большими, глубокими глазами… будто хочет что-то сказать или сделать, но не может, он просто хочет видеть ее, наблюдать за ней, дать ей возможность самой налюбоваться им.

Юра (Михаил Крылов) — который смотрит на маму, еле сдерживает слезы и подавляет в себе клокочущую в нем радость.

Коля (Владимир Машков) — неизвестно, что переполняет его в душе? Он как будто казнит себя за то, что произошло… но держится, потому что он уже взрослый, нельзя давать волю эмоциям, мама не должна видеть, что у него в душе!

И наконец Павлик (Женя Миронов) — перестает прятаться и стоит перед мамой, любимым и дорогим человеком. Он весь на поверхности, не поддельный. Она его обнимает, а он даже не может пошевелиться… он еще ребенок, он возможно не понимает всех чувств мамы, но он ее любит, просто любит…

Этот момент в фильме один из самых трепетных и чувственно болезненных для меня.

Про Ленчика (Олега Меньшикова) — можно говорить много, но я думаю это не нужно. Человек борется в себе и с собой, а это страшно. Меньшиков силен в этой роли, и я думаю, это видели все!

Еще раз говорю о том, что не нужно искать в этом фильме чего-то запредельного!

Это фильм-душа, его нужно чувствовать, а не понимать. Ведь он о том, что дорого каждому из нас — о Маме…!

10 из 10