всё о любом фильме:

Чекист

год
страна
слоган«The face of death»
режиссерАлександр Рогожкин
сценарийЖак Бэнак, Владимир Зазубрин
продюсерОлег Коньков, Ги Селигман
операторВалерий Мюльгаут
композиторДмитрий Павлов
художникГригорий Образцов
монтажТамара Денисова
жанр драма, ... слова
премьера (мир)
время93 мин. / 01:33
Действие происходит в страшные времена «красного террора», когда без суда и следствия были уничтожены миллионы людей. Кто приводил в действие адскую машину смерти? Психологический портрет революционного палача — в центре фильма.
Рейтинг фильма

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • Фильм снят по повести Владимира Зазубрина «Щепка» (1923).
    Трейлер 08:11

    файл добавилKatuyhaLazareva

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Рецензии зрителей rss-подписка

    ещё случайные

    Александр Рогожкин больше всего знаменит «эпопей» национальных охот и рыбалок, и более серьезными последующими работами над «Блокпостом» и «Кукушкой», а вот «Чекист» — это пожалуй из категории забытой «чернухи» девяностых. Думаю большинство согласится, что российское кино первой половины девяностых шедевральной никак не назовешь. Все было брошено на самотек с ударением на эксперименты. И это как-раз такой эксперимент с зашкаливающей жестокостью, натурализмом и нагнетанием максимально депрессивной, на уровне помешательства, атмосферы. На общем фоне, уже упомянутой выше, чернухи этот фильм — черная дыра, иссиня черная пропасть рядом с которой всё остальное кажется просто бесцветным.

    Рогожкин работает мастерски. Сцены с беспрерывными расстрелами, перемежающимися криками «Давай», глухо звучащими на фоне общего тихого шороха, уже через полчаса создают столь угнетающее впечатление, что хочется, безумно хочется, чтобы все скорее закончилось… Да, именно, просто отказаться от просмотра не получиться. Ведь так будет еще страшнее, если ты не увидишь развязку, звуки выстрелов и шлепанье падающих тел, так и будут звучать в голове.

    Актерский состав и его игра? Вот здесь пожалуй сказать нечего. Серая масса должна оставаться серой масса. Яркая игра кого-либо нарушила бы эту идиллию черной беспросветности.

    В контексте фильма, думаю, не стоит рассуждать об подлинности исторических фактов, тем более здесь прямая отсылка к повести Зазубрина. Но, пожалуй, в наше время, когда многие сомневаются в существовании татаро-монгольского ига, не меньшее число усомниться в существовании красного террора 20-х годов, или в его реальных размерах. Одного отрицать нельзя. То на кого он был направлен. Это не «цвет нации», который в большинстве своем спасался в эмиграции. Это соль нации — та образованная прослойка, мещанство и мелкая буржуазия, которые могли бы составить новый просвященный класс нового общества. Давайте не будем забывать трагических страниц нашего прошлого. И лично я, руководствуясь этой мыслью, считаю фильм выдающимся творением, способствующим размышлениям и переосмыслению некоторых вещей…

    Не рекомендую для просмотра натурам особо-впечатлительным и несовершеннолетним. Смело можно поставить в один ряд с Балабановским «Грузом 200» по степени нагнетания жути.

    9 из 10

    12 августа 2012 | 15:40

    Только что посмотрел картину и спешу поделиться свежеиспеченными впечатлениями.

    На протяжении всего фильма, глядя на реконструкцию всех этих революционных зверств, я задавался лишь одним вопросом: «Неужели человек человеку настолько враг?»

    Как бесчувственно, пылая яростью, и без малейшего зазрения совести красные палачи расправляются со своими соплеменниками, не поддавшимися пропаганде. Страшно, что рука за весь фильм ни у кого даже не дрогнула: людей группами организованно уничтожали возле сгнивших дверей.

    Во главе сюжета находится Срубов, руководящий этой мясорубкой, а также его «партнер» по фамилии Пепел ежедневно принимают решения о расстреле сотен «неугодных революции» граждан. После зачтения каждой фамилии звучит слово «расстрел», и они даже не вникают в суть того, чем именно конкретный человек насолил пролетариату. В какой-то момент чтец ехидно проверяет их бдительность, зачитывая фамилию одного из чекистов, после чего тот «на автомате» приговаривает себя к расстрелу.

    Так, наверное, и происходило, но понимать это (не говорю о том, чтобы принять), имея более-менее здоровую психику, — странно. Вот и Срубов в конце слетает с катушек и оказывается у той же самой двери, только в его случае вместо шквала патронов его окатывает шланг санитара.

    В чем-то, кстати, показательно, что кино снято на закате империи, воздвигнутой гнусными силами этих злодеев, ведь стало тому самому пролетариату явно не лучше…

    8 апреля 2015 | 02:58

    Заранее приношу извинения, до этого рецензии писать не приходилось…

    Фильм, определенно, вызывает эмоции. Достаточно сложные и противоречивые. Изначально пугает натурализм — голые мертвые тела, уложенные горой на грязной тележке, конвейерные убийства… Потом эти чувства притупляются. И с ужасом ждешь кульминации этой жуткой истории. Для меня — это эпизод с внезапной милостью Срубова. Признаюсь, навернулись слезы. Даже не из-за сентиментальности, а потому что все к этому шло. Кадр с рассыпающимися в разные стороны белыми силуэтами освобожденных людей поражает. Во-первых, чудовищный контраст: белые пятна на грязно-серой земле, во-вторых, характерный надрывный музыкальный фон — сильнейшие психологические приемы. И, наконец, сама ситуация…

    Вообще, с точки зрения построения кадров, монтажа, на мой взгляд, очень много интересных и сильных моментов.

    Например, сцена общей помывки уборщицы и неожиданно появившегося рядом Срубова.

    Личность главного героя… Вот здесь и возникают противоречивые чувства. Несмотря на растущее отвращение, возникающее с увеличением числа жертв, пропорционально увеличивается и жалость к этому несчастному человеку, подчиненному безжалостной машине. Подчеркну, даже независимо от его изначального безразличия к убийствам.

    В психологическом плане фильм очень тяжел, но рассуждать о допустимости таких фильмов не хочу. Слишком избитая тема. Мне кажется, такие картины должны существовать. В них главное не масштаб события, поэтому и к убийствам в процессе привыкаешь, а трагедия конкретного человека. Главный герой Срубов, а в его лице и все исполнители волеизъявлений вождей, еще большие жертвы. Их судьба очевидна.

    И может, зря в еще одном ключевом эпизоде фильма, первом срыве чекиста, — пуля не попадает в голову рвущегося к двери «на тот свет» героя. Как избавление…

    10 из 10 — за чудовищный психологизм

    13 февраля 2009 | 20:59

    Решил посмотреть этот фильм, уже предполагая, что это очередной кино-выкидыш, порочащий все основы советского строя, а значит и людей живших тогда. Но все же решил, может будет хоть какой-то намек на историчность. А нет, не сложилось. За полтора часа, не было ни одного исторического факта или же намека на историчность. Не будем заострятся на ЧКистах нюхающих кокс с руки, или голых тетках со следами от бикини на загорелом теле (и это в 20ых) В каких архивах раскопал режисСЁР данные о том, что в провинциальных городах ходили толпы Чекистов, а всё населения сотнями сгоняли на убой каждый день.

    Вообще весь фильм построен на одной сюжетной линии, в которой бездушные коммунисты, не задумываясь, уничтожают всех и вся. Ах, простите, в перерывах они еще трахаются (те, кто может) в особо извращенных формах. Все ЧК показано, как сборище сумасшедших ублюдков, которым только что и надо, как перестрелять всех и утопить страну в крови. И в этом, по замыслу автора, собственно и есть, высшая цель революции.

    Какой же смысл данного псевдо-произведения? Мне предельно ясно. У режиссёра стояла задача (особенно с учетом года выхода) внушить людям, что именно так все и начиналось. Что СССР было ни чем иным, как сборищем ублюдков, которые жаждали крови, и рабов, которые не хотели быть уничтоженными. Что все идеи коммунизма и социализма являются изуверскими. Причем и доказывать ни чего не надо. Такой визуальный ряд отпечатывается в памяти (иначе, зачем показывать одну и ту же сцену по 100 раз), а затем человек будет полностью уверен что это достоверно. И все, основы разрушены. Вся страна создавалась преступниками. Значит и все ее оставшиеся жители тоже преступники или их потомки (ведь всех остальных расстреляли). Значит, какое право имеют преступники решать что им, а уж тем более другим делать и как жить. Это за них будут решать другие, «белые и пушистые» дяди, которые успели избежать участи ххх миллионов (цифру можно вписать любую, все равно всегда можно сказать, что все архивы уничтожили) уничтоженных, или тех кто вообще изначально жил в другой стране.

    Вот именно так и заставили русского (украинского, белорусского и т. д.) человека поверить, что право на самоопределение у них отсутствует. И надо жить так, как говорят из-за океана. Грустно.

    И немного слов о культурной ценности, отвлекаясь от сути фильма. Актёрская игра просто отсутствует. По сценарию актёрам просто нечего и негде играть. Диалоги — бедны и не несут ни малейшей смысловой нагрузки. Операторская работа на троечку для выпускника института кинематографии. Декорации и костюмы — 4-5 съемочных места, сотня костюмов, и все это с такими огрехами, что перечисление займет еще один отзыв. В общем если стоит смотреть, так только для того, что бы понять, кто и как чернит русскую историю и оспаривает сам факт существования всех русских.

    P.S. Слово «русский» я употребляю не в смысле национальности, а в смысле общности людей вокруг русского культурно-исторического наследия.

    Оценка 1 из 10 (поставил бы отрицательную, но нельзя)

    9 июля 2011 | 01:07

    Над красными палачами не было своего Нюрнбергского процесса. Судить выпало потомкам. Этот фильм — своего рода прокурорская речь, точнее та ее часть, в которой обвинитель откладывает на время документы с цифрами и фактами и обращает внимание судей на самих обвиняемых: что они были за люди и как могли творить подобное.

    Перед нами — будничная жизнь губернского ЧК. Канцелярская работа, справки, просители. Только каждый вечер в подвале заводится патефонное «Ехал на ярмарку ухарь-купец», чтобы заглушить звуки выстрелов: расстрельная команда собирает кровавую жатву. 5… 15… 50… Каждый вечер грузовик, полный нагих трупов, выезжает со двора. Там дети, женщины, старики, учителя, офицеры, студенты…

    Главный персонаж фильма — комиссар ЧК Срубов — из хорошей семьи, интеллигент. Он задается вопросами: зачем казни? во имя чего кровь? Поначалу ответ услужливо дает философия, точнее революционная идеология: революция — это заря нового мира, рождение нового человека, а какой же человек не рождается в крови и муках, нагой и беспомощный? Революция это не богиня в белых одеждах, это грязная баба в лохмотьях, кишащих паразитами. Ведь кому-то нужно удалять этих паразитов?

    Но абсурд действительности сводит на нет любую философию. Срубов решает полностью отдаться революционной стихии: не размышлять, не анализировать, только чистое действие здесь и сейчас. Но так абсурд давит еще сильнее: не в силах более держаться, Срубов теряет остатки разума… Надо сказать, не выдерживает не только он: кто-то пробует вешаться, кто-то тайком рисует листовки с надписью «смерть чекистам!», сам Срубов еще и импотент. Авторы фильма словно частично оправдывают палачей, показывая их больными людьми, ущербными, или попросту идиотами. Но ведь в их руках оказалась абсолютная власть…

    Фильм доверху наполнен символами и аллегориями, давая не историческую, но метафизическую картину падения. Вот один из расстрельной команды премило играется с крысами, вот один из членов тройки ради забавы называет имя своего коллеги в списке обвиняемых и получает от него же в ответ машинальное «растрелять», вот вся расстрельная команда с удовольствием плескается под душем на том же месте, где только что они убили сотню-другую людей. Финальные кадры скачущих по полю чекистов напоминают финал другой известной картины о революции: «Свой среди чужих, чужой среди своих». Но там речь шла о романтике революции, о свободе, равенстве, братстве, здесь же представлен другой ее лик: зверский, безумный, алчущий крови и получающий ее. Свобода достается здесь только мертвым, равенство — лишь у жертв в пустых глазах палача, а извращенным «братством» связаны чекисты — бездушные механизмы, тем более страшные, что они все еще считаются живыми.

    Из-за большого количества «обнаженки» «Чекисту» много пеняли за натурализм. Однако это нелепость. Картина, как уже было сказано, полностью метафизична, возвышаясь до интеллектуального обобщения. По правде сказать, добавь туда режиссер еще толику настоящего натурализма, ее смотреть было бы вообще невозможно. К примеру, такого: «Весь … пол большого гаража был залит уже … стоявшей на несколько дюймов кровью, смешанной в ужасающую массу с мозгом, черепными костями, клочьями волос и другими человеческими остатками …. стены были забрызганы кровью, на них рядом с тысячами дыр от пуль налипли частицы мозга и куски головной кожи…" (С. П. Мельгунов. «Красный террор» в России. 1918-1923, М., 1990). В фильме ничего подобного нет: тела жертв не обезображены убийством, как будто чекистам не под силу надругаться над ними. Их аккуратно поднимают из подвала на веревке на свет: «возносят», как говорит один из «грузчиков». Какими пришли они в этот мир, такими и покидают его, оставляя своих палачей наедине с крысами. Это тоже своего рода суд, а точнее судьба…

    14 апреля 2011 | 15:37

    Фильм — типичная для того времени чернуха, к тому же мне он не нравится своей антисоветской идеей. Впрочем, неудивительно, сценарий-то к этой картине написали французы. Так что обычная антисоветская чушь, наглая, лживая и провокационная. Больше как раз удивляет, что подобную дрянь снял Рогожкин, которого я уважал всегда, как режиссёра и сценариста, но зря он скатился до чернухи, хотя для того периода это вполне логично. Да, может кино сильное, заставляющее задуматься, и даже с претензией на какую-то философию, во всяком случае есть какая-то пища для размышлений, но увы, принять «Чекиста» не могу. В расстреле голых людей не вижу ничего интересного, это за искусство я не считаю. Даже обидно, что такой профессиональный режиссёр прикоснулся к данному творению, но видимо, тогда деваться было некуда.

    Радует только то, что после Александр Рогожкин всё-таки не скатился до чернухи и грязи, а наоборот, «отмылся» другими картинами, такими, как «Особенности национальной охоты 1-2/рыбалки», «Улицы разбитых фонарей», «Убойная сила», «Блокпост» и другие…

    1 из 10

    1 декабря 2014 | 00:29

    90-е Время когда новороссийский кинематограф не был таким низкокачественным, как сейчас. Что доказывает например «Чекист» снятый как раз в 1992 году.

    «Товарищи! Товарищи! Революция это не разверстка, не расстрелы, не ЧК. Революция — это братство трудящихся, Революция — это жизнь! Вы свободны товарищи! Революция прощает вас! Вы свободны! Урааа!»

    Сюжет фильма очень простой: 20-е годы XX века, будние дни городского ЧК, все. Показано как всегда с преувеличениями (маленькими, маленькими), но достойно, больше похоже на правду, чем современные агит. фильмы. Этот фильм не плевок в сторону большевиков, не осуждение расстрелов. Как мы видим расстреливаемых: это белогвардейцы-каратели, налетчики, евреи со своими антибольшевическими выкриками, дрянная интеллигенция в виде проституткообразной дворянки, или дворянского сынка, который когда его раздевали выдал фразу: «Я привык когда меня такие как ты раздевали!» показывая неуважение к рабочему классу, церковные служители, промелькивает генерал в «красной» форме, глядишь предатель, да всех вперемешку (тех кто этого заслуживает больше на много), ну что поделаешь? Такое время. Самих бойцов ЧК тоже не показали кровожадными монстрами, а даже наоборот, они сочувствуют, разговаривают, понимают осужденных (кричали обычные солдаты ЧК: «Урааа!» когда отпустили и не расстреляли своих), показаны честными (когда им предлагали взятки, они их не брали), весьма благородными (не стали расстреливать своих солдат, проявили уважение к белоофицеру, ранившему главного чекиста во время войны, не расстреляли его), преданными своему делу (При вынесение приговора, соблюдали все Революционные законы). Фильм очень мрачный, страшный, с некими философскими рассуждениями главных героев о революции, о том что они делают и зачем. Актеры порадовали, все без исключения. Единственное что портит фильм (совсем немного), так слишком много показали расстрелов, можно было просто 3-4 раза повторить в перерывах, но ладно и так сойдет.

    Это конечно не совсем исторический фильм, но самый близкий к реальности истории, из всех снятых в новой России. Смотреть стоит. Спасибо за хороший фильм Александру Рогожкину (он же, снял отличнейшие фильмы: «Блокпост» и «Кукушка»), мало кто сможет снять хорошее, настоящие кино. Но не надо быть такими однобокими, пора бы уже снять фильмы и о белом терроре, не менее страшном, и о дореволюционном произволе (чтобы расставить все точки над и), но наверное таких фильмов мы не увидим.

    «Революция и никакой философии» моя оценка фильму

    9 из 10

    2 февраля 2010 | 23:03

    Фильм тяжелый. Камера, видеоряд и звук превосходны. Самая идея потрясающа. Ежедневное, монотонное, как работа на конвейере, убийство. Рутина истребления. И среди этого апокалипсиса — палач, пытающийся найти оправдание творимому им человеческому сенокосу. Провинциальный интеллигент, ищущий опору своему ускользающему разуму то в кухонной философии, то даже в некоторой критике апостолов социализма.

    Рассказать, показать, передать будничную глубину вселенской трагедии — задача сложная. Рогожкин планку поставил себе очень высоко, но высоту не преодолел. Искренне жаль, что не вышло у него в полной мере и, тем не менее — ставлю десятку. За смелость.

    Не портит впечатление даже ощущение, что режиссер не определился с тем, какой фильм он снимает, о чем.. . Проблескивают «Комиссар», «Мой друг Иван Лапшин», «Свой среди чужих» и даже концовка а-ля Тарковский… Но всё равно — 10!

    Работа серьёзная, заслуживает и внимания, и уважения. И просмотра.

    1 апреля 2011 | 00:09

    «-Революция научила русских людей принимать смерть достойно.» (с)

    Уже не однократно приходилось писать о том, что в «перестроечные» годы в нашей стране наконец то могли беспристрастно осмыслить «завоевания Октября», да вообще всю русскую Революцию. В том числе и первые годы Советской Власти, когда в стране была диктатура пролетариата. Нет нечего удивительного в том, что подобную возможность быстро использовало и «важнейшее из искусств». Только если в советские годы кино служило этакой ширмой скрывающей от народа истину, своеобразной рекламой правящего строя; то во время Перестройки взяло курс на обратно пропорциональные цели. Теперь зло некогда творимое большевиками подверглось критике и разоблачению. Один за другим начали появляться «чернушные» фильмы про несправедливость и произвол советской системы. Но если большинство кинематографистов волновали годы сталинских «чисток» и репрессий, то начинающий на тот момент режиссёр Александр Рогожкин (будущий создатель «народных» хитов про «охотников» и «рыболовов»), правда не в Перестройку, а уже в начале 90-ых — снял бескомпромиссного и кровавого «Чекиста». Принятый в год выхода крайне критически, не нашедший ни у «левых» ни у «правых» одобрения, тем не менее — этот фильм стал своеобразной квинтэссенцией «разоблачительного» кино тех лет. Удивительно то, что ставился он на «Ленфильме», а финансировался большую частью на иностранные деньги. Продюсер фильма Ги Селигман помогал также Алексею Герману с его «Хрусталёвым».

    Артисты снимались в кино на тот момент не известные, но это только способствовало созданию необходимой атмосферы картины. Сценарий фильма написал французский писатель — историк Жак Бэнак, которого долгое время занимала русская Революции. Он в те годы часто сотрудничал с нашими кинематографистами — по его сценариям ставили свои картины Александр Муратов и Павел Чухрай. За основу сюжета был взят малоизвестный, ранее не публиковавшийся рассказ репрессированного в 30-ые годы советского писателя Валерия Зазубрина «Щепка» — повествующий о работе провинциального ЧК в первые годы после Гражданской. Бессмысленные расстрелы происходят каждый день. Проходят казни сотен людей, проходят как то рутинно и буднично. Осуждённых до того содержащихся в застенках «чрезвычайки», заставляют спустится в сырой подвал, где приказывают раздеться и встать к прибитым к стене дверям. После пятеро чекистов из револьверов стреляют осуждённым в затылок. Потом тела грузят на стоящую на рельсах телегу и отвозят в другой конец подвала, откуда верёвками подымают на верх под выкрик «-Давай!», погружающих их в грузовик, который сверху укрывается брезентом. Затем из шлангов смывают кровь с тех самых «дверей на тот свет»… Вся эта процедура ритмично и монотонно повторяется несколько раз на дню, и происходит под одну и ту же весёлую песенку «Ехал на ярмарку ухарь-купец…» — играющую на патефоне. Главный герой — молодой интеллигент Андрей Срубов, явно дворянского происхождения. Остальное от расстрелов время проводит сидя в своём кабинете и философствуя с сослуживцами об основах марксистско-ленинской науке. Его товарищ — образованный еврей Исаак Кац — как становится позже ясно, отдал приказ о расстреле его отца. Но это несколько не смущает Срубова, более того — когда сам Кац хочет поговорить на эту тему, сам герой его перебивает прося завести разговор о чём то серьёзном. Другой участник «тройки» — неприятный и совершенно безразличный ко всему Ян Пепел (кстати, сыгранный Алексеем Полуяном — маньяком из «Груза 200»). Вместе они прочитывают списки арестованных гражданских: кто то является родственником белогвардейца, кто то укрывал во время Гражданской раненных «беляков», кто то служил у них сестрой милосердия, а кто то имел наглость ругать Советскую Власть. И приговор для каждого, вне зависимости от степени его «вены» всегда один — расстрел. Причём уже в вынесении смертного приговора виден зачаток будущей бюрократии: казнят только тех, кто имеется в соответствующих списках. Прочих — будь это хоть бывший противник, едва не убившей тебя в своё время на поле брани — свободно отпускают из мрачных застенков…

    Удивило то, что в свободное от работы время к отдыхающему, например пьющему в ресторане чай Срубову, запросто могут подойти критически относящиеся к работе ЧК молодые идеалисты и не только оскорбить, но так же ударить по лицу. На что практически постоянно отрешённый начальник местных чекистов совершенно не как не реагирует! Если честно, то в такое как то слабо верится, тем более что некоторых запросто арестовывали и приговаривали хотя бы за то, что они срывали с госучреждений красный флаг. А тут прямое оскорбление власти в лице красного комиссара — и в ответ нечего! Возможно режиссёр хотел сказать этим то, что карающая система была беспристрастна. Но ведь в фильме имеется эпизод, когда один бывшей юнкер на распоряжение раздеться, усмехнулся в лицо палачам и сказал «-Я привык, что б меня холуи раздевали!» — за что молодого человека конечно же жестоко избили. Другой смельчак и вовсе плюнул одному из красноармейцев в лицо, за что был тут же застрелен… Но в целом, если не обращать внимание на подобные нелогичные эпизоды — фильм производит впечатление холодного, бесчувственного как и сам главный герой, созерцания произвола. Правда в финале рассудок товарища начальника Срубова «даёт течь», и его отправляют в психушку, не смотря на то, что тот скорее предпочёл бы встать за место пятого к «расстрельной» двери…

    Операторская работа, на удивление неплохая. Даже качество поздней советской киноплёнки не слишком удручающее. Видно, что над фильмом трудились настоящие профессионалы, а не любители случайным образом попавшие в кинобизнес. Как это зачастую случалось в начале 90-ых, когда через съёмку картин главным образом «отмывали» деньги жулики всех мастей и бандиты. Правда в шедевры отечественного кинематографа «Чекист» не попадает. Как бы не старался Александр Рогожкин копировать стилистику «революционных» советских лент (например «Своему Среди Чужих…»), у него получилось антисоветское кино в полном смысле этого слова. С лишёнными харизмы персонажами, кровью, насилием и большим количеством обнажёнки — типичное «перестроечное» кино. Сегодня этот фильм мало кто помнит, и мало кому он интересен, ибо на тему красного террора в последствии были сняты более умные, и менее «чернушные» фильмы. В отличии от «Чекиста», в котором убийства на минуту экранного времени просто зашкаливают. Но если вы интересуетесь ранними российскими (имею в веду — появившимися после 91-ого года) фильмами, спокойно «перевариваете» весь этот негатив захлестнувший отечественные экраны во время Перестройки, то лента известного ныне, в основном своими «народными» комедиями Рогожкина — будет для вас весьма занятной. Если же вы — бабушка пенсионерка, то вам это кино противопоказано. Лучшим в таком случае для вас будет пересмотреть советскую картину 60-ых, название которой иронически выведено в заглавие данной рецензии.

    26 сентября 2015 | 13:37

    «Сотрудники ЧК: Андрей Срубов, Ян Пепел и Исаак Кац, зачитывают длинные списки врагов советской власти: тех, кто служил у белых или помогал им, тех, кто на кухне ругал большевиков, тех, чья вина состоит лишь в неподходящем социальном положении. Для всех приговор один — расстрел, других мнений не бывает. Заключённых выводят из камер и отправляют в подвал, где приказывают раздеться, ставят по пять человек к стене, и расстреливают в затылок. Потом трупы выволакивают наверх. Каждый день грузовик, наполненный трупами, выезжает из ворот ЧК. Срубов и его товарищи убеждены, что все эти жертвы необходимы во имя Революции. «Революция — никакой философии» — вот девиз тройки… . ежедневные приговоры и расстрелы приводят Срубова к сумасшествию. Как-то раз он сам раздевается и незаметно становится к стене среди расстреливаемых, однако его замечают и помещают в сумасшедший дом».

    Это описание фильма, предложенное Википедией, в целом, очень точно описывает все то, что в фильме происходит. Собственно, ничего иного, кроме расстрелов, грузовика с трупами и чтения списка врагов с неизбежным «Расстрелять», в фильме и нет. Все предельно четко, словно по плану — суд (если это можно назвать судом), расстрел, погрузка трупов на грузовик, снова суд, снова расстрел, снова грузовик — и так по кругу. Иногда этот конвейер разбавляется короткими размышлениями главного героя на тему революции. Можно сказать, что фильм не кажется пустым именно благодаря этим размышлениям. В них, что примечательно, нет никакой попытки оправдать то, что происходит, нет никакого морализаторства, это своеобразная философия вне философии, констатация необходимости расстреливать снова и снова просто потому, что революция не может остановиться, если началась — она должна продолжать существовать бесконечно, день за днем, повторяя, словно ксерокс, одну и ту же «картинку-событие» до той поры, пока не исчезнет сам мир, в котором революция случилась. Интересно, что чекисты в фильме сходят с ума вовсе не от бесконечной череды убийств, а, как кажется, именно от этого несчетного повторения, в котором нарушается сам принцип динамики сущего. Идея красного террора доведена в фильме до абсолюта — если бы было возможно, чекисты перестреляли бы весь город, потом всю страну, а потом все человечество, и лишь затем друг друга. И в этой абсолютизации нельзя не отметить того, что если революция сама по себе и есть процесс, противоположный эволюции, то эта противоположность воспринимается Рогожкиным не как обычный регресс, а именно как тотальное уничтожение бытия, его сворачивание в обратную сторону, словно назад прокручивается некая пленка, на которой запечатлено онтологическое время мира. Революция — никакой философии, никакой онтологии, никакого существования… И это уже не девиз, не метафора, а практический метод.

    Одним словом, никак не ожидал того, что автор фильма «Особенности национальной охоты» и пр. способен снимать такое неоднозначное кино.

    8 из 10

    27 января 2013 | 17:58

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>