всё о любом фильме:

Смерть в Венеции

Morte a Venezia
год
страна
слоган«The celebrated story of a man obsessed with ideal beauty»
режиссерЛукино Висконти
сценарийЛукино Висконти, Никола Бадалукко, Томас Манн
продюсерЛукино Висконти, Роберт Гордон Эдвардс, Марио Галло
операторПаскуалино Де Сантис
композиторГустав Малер
художникФердинандо Скарфьотти, Пьеро Този
монтажРуджеро Мастроянни
жанр драма, ... слова
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
рейтинг MPAA рейтинг PG рекомендуется присутствие родителей
время130 мин. / 02:10
Номинации (1):
Переживающий духовный и творческий кризис композитор Густав фон Ашенбах приезжает весной 1911 года на курорт близ Венеции. Внезапно его поражает и очаровывает красота подростка Тадзио, сына польской аристократки. Смущенный своими чувствами, Ашенбах порывается уехать, но, к несчастью, заражается быстротечной вирусной инфекцией и последние мгновения жизни проводит на пляже, наблюдая за игрой и шалостями юного Тадзио…
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
76%
13 + 4 = 17
7.3
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • В оригинальной новелле Томаса Манна главный герой, в отличие от фильма, являлся известным писателем образ которого был списан автором с Густава Малера. Таким образом, Лукино Висконти в своей работе лишь вернулся к первоисточнику, сделав Густава фон Ашенбаха композитором.
    • Долгое время после выхода фильма в прессе циркулировали слухи о смерти исполнителя роли Тадзио Бьорна Андресена. По некоторым данным ложную информацию об Андресене распространял актер Хельмут Бергер, любовник и протеже Лукино Висконти, который первоначально должен был играть Тадзио и, не получив роль, злился на Андресена.
    • Берт Ланкастер хотел сыграть Густава фон Ашенбаха.
    • Швед Бьорн Андресен в конечном итоге был продублирован другим актером, потому что играл поляка и не имел соответствующего акцента.
    • «Смерть в Венеции» — второй фильм немецкой трилогии Лукино Висконти. Первым была лента «Гибель Богов» (1969), третьим — «Людвиг» (1972).
    • На премьере актер Том Кортни сказал, что Ашенбаха должен был играть Алек Гиннесс. По мнению Кортни тогда бы аудитория поверила, что перед ними на экране великий композитор. «С Дирком вы никогда не чувствовали, кем он был» — сказал Кортни.
    • Марк Бёрнс позже признался, что он никогда не понимал значение диалога своего персонажа и Ашенбаха в середине фильма.
    • Однажды во время съемок Бьорн Андресен спросил у Дирка Богарда, поклонника Beatles, какая у него любимая песня ливерпульской четверки. Богард там и не смог ничего ему ответить.
    • Киноисторик Лоуренс Дж. Куирк в свой книге «Величайшие романтические фильмы» 1974 года написал, что некоторые изображения Бьорна Андресена, взятые из фильма, можно было бы повесить на стенах Лувра или музеев Ватикана. Бьорн по его мнению — это символ красоты, вдохновлявшей Микеланджело и Да Винчи.
    • С именем Лукино Висконти у Бьорна Андресена (Тадзио) на всю жизнь связаны самые тяжелые воспоминания. По окончании съемок «Смерти в Венеции» и триумфальной премьеры на Каннском фестивале, первое, что сделал знаменитый режиссер — это повел юношу в ночной гей-клуб. Завсегдатаям подобного рода заведений был он сам и большая часть съемочной группы. Дирк Богард тоже был широко известен как гомосексуалист. «Они смотрели на меня как на кусок мяса» — вспоминал Бьорн реакцию на него посетителей клуба.
    • еще 7 фактов
    Трейлер 03:40

    файл добавилMar.aynaKazakova

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 10.0/10
    То ли с возрастом, то ли от осознания грустной мысли, что такое кино уже больше не снимают, «Смерть в Венеции» становится всё дороже и ближе. И к этому фильму испытываешь самые нежные и застенчивые чувства, словно во времена первой юношеской влюблённости, когда объект твоих несмелых воздыханий, возможно, и не заслуживает подобной чести, хотя в случае с лентой Лукино Висконти следовало бы говорить об идеальном, прекрасном, просто восхитительном предмете влечений. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • 79 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Стареющий композитор Густаф фон Ашенбах приезжает в Венецию — восстановить силы, сменить обстановку, обрести покой и найти вдохновение. Это не седой старик, но возраст — он в душе, во взгляде. Среди отдыхающих его внимание привлекает мальчик Тадзио. Он не может поверить своим глазам — истинная красота существует и она здесь рядом. Густав вспоминает то, что послужило причиной его отъезда — публика не восприняла его новую музыку, назвав ее мертворожденной, а ведь он всего-то хотел создать нечто совершенное. И вот, разуверившись, что идеал можно обрести на земле, он находит его здесь, в Венеции, и невольно начинает следовать за ним по пятам и в то же время мучается от внезапно нахлынувших чувств.

    Попытка покинуть Венецию не увенчалась успехом, сама судьба хочет, чтобы он остался в этом городе. Навечно. А на Венецию тем временем наступает беда. Да и не только на Венецию, вся Европа скоро будет в опасности. На дворе 1911. Но пока виной беспокойства холера — чтобы не терять туристов о ней предпочитают молчать, втихую дезинфицируют город и тайно вывозят деревянные ящики. Но Ашенбаху повезло — он узнает правду. И он хочет спасти красоту — он сообщает матери Тадзио страшную весть. Но самому ему спастись не удастся — Венеция не отпустит.

    Фильм снят по одноименной новелле Томаса Манна. Главного героя Манн писал с немецкого композитора Густава Малера, но в своем произведении он делает из него писателя. Лукино Висконти наоборот возвращает герою произведения Густаву фон Ашенбаху профессию его прототипа. В фильме звучит потрясающая музыка Малера, благодаря которой еще лучше удается прочувствовать драматизм многих сцен. Сам фильм получился необыкновенно трогательным, душевным, чистым и личным. Нельзя сказать, что Густав Малер=Густав фон Ашенбах=Лукино Висконти, однако то, что режиссер фильма пропустил его через себя и что для него он очень много значит — сложно не заметить.

    Апрель, 1970 — первые дни съемок. Белокурый швед Бьерн Андрессен словно специально рожденный для роли польского юноши Тадзио. Ему ничего такого не надо было играть. Достаточно того, что он был — все остальное сделают режиссер и оператор. Светлое лицо, открытый взгляд, чистота и нереальная неземная красота, как на картинах мастеров прошлых веков. Такого просто не могло быть сейчас.

    Другое дело Дирк Богард. Эта роль далась ему не просто, но конечный итог — лучшая награда. Вместо обсуждения роли и режиссерских указаний Богард получил новеллу Томаса Манна и предложение прочитать ее столько раз, сколько он сможет. Пока не поймет своего героя. Слушать Малера и читать Манна — вот и все режиссерские напутствия. Что он и сделал. Необходимо было понять героя, его чувства, чтобы играть взглядом, жестом, тонко, едва уловимо. Все эмоции — на лице героя, в его глазах, уголках губ. Мимика в ленте очень важна, возможно, поэтому в конце фильма режиссер надевает на героя маску смерти — сложнейший грим, при нанесении которого его лицо и правда стало походить на маску, а после снятия — нестерпимо болело и покраснело, как от ожога. Но совершенство без боли невозможно. Те, кто помнит финальную сцену (одну из красивейших в кино), те наверняка понимают, что все было не зря. По словам самого Богарда после этого фильма ему все время предлагали роли всевозможных нечестивых священников и учителей, мечтающих о своих учениках. И все из-за неправильной трактовки его образа.

    1 марта 1971 года в Лондоне состоялась премьера, которую почтила своим присутствием сама королева. Забавно, что незадолго до этого Лос-Анджелесские боссы отказались брать ленту Висконти в прокат, назвав ее безнравственной и «неамериканской». Впрочем, с самого начала продюсеры не были довольны тем, как шла работа над лентой и боялись того, что же в итоге должно было получиться. Основные претензии они предъявляли к сценарию и выбору актера на главную роль. Режиссер решил не обращать на них никакого внимания, в результате чего бюджет ленты был сокращен вдвое.

    А хотели продюсеры изменить две вещи: сделать так, чтобы вместо тринадцатилетнего юноши Тадзио в фильме была девочка, и чтобы вместо Дирка Богарда снимался более популярный актер. Ни с тем, ни с другим пунктом Висконти не мог согласиться. Он выбрал Дирка Богарда на роль Густава фон Ашенбаха еще во время съемок «Гибели богов» (весьма успешно прошедшей в американском прокате). Замена девочки на мальчика с целью избежать невольно напрашивающегося неправильного истолкования ситуации также была неприемлема. В ленте намеренно подчеркивается, что те чувства, которые вызывают в Ашенбахе юный Тадзио никак не связаны с похотью и лишены какой бы то ни было физиологии. Чистая красота — ее нельзя трогать. Видимо, американцам-материалистам понять это было трудновато. Тут же был вынесен на поверхность известный факт нетрадиционной ориентации самого режиссера и пошли слухи…

    Чтобы спасти фильм, Лукино Висконти был вынужден отказаться от гонорара, а другие участники ленты намеренно уменьшают свое вознаграждение, чтобы только появились деньги на фильм. На каннском фестивале зрители очень тепло приняли ленту, но кому-то из членов жюри она все-таки не пришлась по душе. В итоге главный приз достался английскому фильму Джозефа Лоузи «Посредник», что очень расстроило Висконти. Чтобы как-то сгладить ситуацию, а, может, понимая, что объективно «Смерть в Венеции» была сильнее, Висконти дают специальный приз.

    Встреча с абсолютной красотой смерти подобна. Познав неземной идеал, не к чему больше стремиться и нечего ждать. Это и наказание и награда. Дар богов и небесная кара. Это гибель, но в самом прекрасном городе мира. Это «Смерть в Венеции». Сирокко, холера, страх быть непонятым и тоска по прекрасному.

    29 августа 2011 | 19:46

    Не знаю, кто придумывает слоганы, но здесь я бы поставил фразу, которую дословно цитирую из фильма: «Красота принадлежит чувствам!».

    Фильм, прежде всего, о красоте, о любви и смерти, муках и источнике творчества, о бренности человеческой жизни и всего сущего. Все эти вечные вопросы представлены зрителю через мучительные переживания главного героя картины — композитора Густава фон Ашенбаха.

    Второй раз просмотрел в этом году этот гениальный, тонкий, психологический фильм. Удивительно неторопливо, как-то замедленно ведется повествование. Это дает возможность зрителю почувствовать все оттенки эмоций главного героя: потрясение от красоты и пробуждение любви, отчаяние, разочарование, воспоминания о трагических эпизодах в жизни и крахе в творчестве.

    Мы не только наблюдаем за действиями и поступками героя со стороны, но и видим происходящее в его душе его же глазами. На одних эмоциях и почти без слов актер талантливо передает его состояние.

    Ашенбаха постоянно тяготит прошлое, а настоящее безжалостно, болезненно-чувственно обжигает его душу… Убежать? Удовлетворить себя плотскими утехами с продажным объектом любви, похожим на предмет вожделения? Попытаться вернуть молодость и красоту?

    Красоту Висконти талантливо воспроизводит на экране, но и неприглядные стороны человеческой природы и окружающего не остаются без внимания режиссера, чтобы опять же подчеркнуть эротическую волнующую силу красоты и совершенства. Очарование юности и уставшего от жизни Ашенбаха Висконти сталкивает очень тонко и умело, чаще всего одними только мимолётными взглядами героев. Увидим холеных красивых людей и, мягко говоря, не очень симпатичных бульварных шансонье, величественные парадные красоты Венеции и ее мрачные закоулки…

    Лейтмотивом через весь фильм будет звучать исключительно соответствующая духу происходящего лирическая и чуть тревожная музыка Малера. Но также услышим фрагмент из «Веселой вдовы» в не очень стройном исполнении крошечного оркестрика, который словно подчеркивает опереточную атмосферу курортного отеля, незатейливые народные песенки, любительское фортепианное исполнение пьесы Бетховена, как будто задумка режиссера состояла в том, чтобы искусственно «принизить» красоту и этим же доказать, что это сделать невозможно. Очень тронуло то, что услышим и русскую колыбельную, словно сама судьба убаюкивает главного героя.

    Великолепно, очень скрупулезно передан быт 1911 года: пляжная жизнь отдыхающей элиты, костюмы, быт… Одним словом «ретро».

    Когда снимался фильм, домашнего видео еще не существовало, однако считаю, что его лучше смотреть в одиночестве. Слишком уж в потаенный внутренний мир героя, полный нюансов и переживаний, погружает нас Висконти.

    Меня поразила тщательность, с которой продумана композиция каждой сцены. Один маленький пейзажный фрагмент фильма меня просто ошеломил своей лаконичностью и обескураживающей простотой, но при этом просто невероятной информативностью о нашем земном мире! Нажав на «паузу», я около 10 минут любовался неподвижной картинкой на экране, буквально погрузившись в нее, в полной тишине…

    … фильм закончился. Я снова вернулся к этому фрагменту, и начал его воспроизводить в покадровом режиме. Так вот, наивысший пик выразительности, ощущения полной гармонии, занял всего 28 кадров, а ведь это чуть больше одной секунды экранного времени из нескольких десятков секунд эпизода. Браво, Висконти! Ювелирная работа не только кинорежиссера, но и живописца!

    А как Вы думаете, чтобы условно отобразить продукт человеческой цивилизации, какой всем известный предмет, символизирующий бренность нашего существования, режиссер поместил на передний план в этом эпизоде? Не догадываетесь? Звучит интригующе? Смотрите этот шедевр, и всё сами узнаете…

    10 из 10.

    3 августа 2006 | 10:21

    Буду краток, и не расскажу сюжет, для тех, кто читал рассказ Томаса Манна, огорчу, что не немного, а совсем не то, что вы прочитали.

    Безусловно, лучшая роль в кино Дирка Богарда, сыгранная на пределе человеческих возможностей.

    Плюс, затертое до дыр, адажиетто из пятой Малера, не выходит у меня из головы, вот уже третью неделю.

    Лукино Висконти — гений, что смог вложить в нехитрую историю кучу восхитительных, не связанных с основным действием эпизодов.

    Для охотников до клубнички — вам смотреть нечего.

    Решаются проблемы смысла и причин творчества.

    Решение неординарно, и ответа на вопросы — нет.

    Болею этим фильмом уже третью неделю.

    7 мая 2015 | 17:24

    Такой фильм, как «Смерть в Венеции», понравится далеко не всем. Он затянутый, да и гомосексуальный подтекст понравится не каждому. Честно говоря, даже неоправданную двухчасовую длительность кино мне было перенести легче, чем перемигивания Ашенбаха и объекта его внимания. Ладно, композитор — он постепенно затухает, ему нужен определенный стимул к существованию. Но парнишке то что неймется? Старался бы не обращать внимание и не распалял бы бедного героя Дирка Богарда.

    Но есть в фильме детали, за которые Висконти хочется поаплодировать.

    Это и пренеприятнейшие уличные певцы, которые символизируют морально прогнивших венецианцев, не желающих из-за перспективы потери туристов признавать наличие холеры.

    Это и завуалированный показ скуки, царящей в семье мальчика Тадзио. Где бы он со своей семьей — матерью и тремя сестрами — не находился — на обеде, на концерте, на прогулке, всегда он грустен и задумчив. Ему не о чем поговорить со своими родными! Только на пляже он оживает. Может быть, поэтому он втянулся в эту странную игру с Ашенбахом?

    28 июля 2010 | 18:44

    Фильм вряд ли рассчитан на зрителей, что привыкли к понятному и разжеванному кино. От того, многим он и кажется «нудным, растянутым, скучным».

    Неторопливость и меланхоличность этой ленты, обусловлены характером данного героя, обстановкой, атмосферой.

    На мой взгляд этот фильм явно перекликается с другой лентой режиссера «Семейный портрет в интерьере». Грядущая смерть и кусочек жизни, за который герой отчаянно хватается.

    В «Семейном портрете..» символом жизни выступила семья, поселившаяся сверху, семья, которой у героя никогда не было. В «Смерти в Венеции» — молодой прелестный мальчик. Перед тем, как угаснуть, композитор, вспыхивает страстью к жизни, воплощенной в белокуром подростке. Тадзио — воплощение жизни, молодости и красоты. Всего чего главный герой лишается, всего, за что исступленно держится.

    То самое кино, то самое в котором можно и нужно искать символы. Не пустое, а глубокое, не плоское, а многослойное.

    Ставлю высокую оценку

    8 из 10

    24 октября 2013 | 22:29

    Читая интересную книгу Бидиши «Боже, храни Италию» полную саркастических замечаний, вижу знакомое название «Смерть в Венеции», я тут же понимаю, что обязана закрыть это белое пятно в моём списке must see.

    Фильм в моём любимом жанре — философские размышления главного героя о сущности его бытия, а если конкретнее, то как создаётся красота. Густав, известный композитор, после непризнания его новой мелодии публикой, решил поехать в Венецию отдохнуть и подлечить своё здоровье.

    Композитор считал, что создание красоты-духовный акт, что художник (здесь в более широком смысле) должен приложить много труда, чтобы создать шедевр. Это действительно так в большинстве случаев, но иногда красота появляется внезапно и ты понимаешь, вот оно и есть воплощение красоты. Им или ей стал Тадзио. Я пишу именно два рода, так как он воплощение двух начал в себе- обаяние женского начала и тело будущего мужчины. Да, здесь умесно говорить об андрогинности и трансексуальности или, как сейчас модно, пансексуальности. Но есть одно но. Собственно здесь нет никаких прямых сексуальных контактов, а только намёки на это, что делает фильм непошлым, а мальчика воплощением идеала Красоты человека как создания.

    С другой стороны, откровенные подразнивания Тадзио навеяли мне образ Лолиты. Я бы сказала, что Тадзио был бы не против стать в некотором роде мужской нимфонеткой. Посмотрите, как он заигрывает с Густавом, кружась вокруг столбов на пляже, бросая смелые и немного язвительные взгляды на старого душой человека. Однако Тадзио не предпринимает никаких действий, чтобы начать более тесный контакт с Густавом, хотя мальчику -это явно было бы интересно. Ответ на это я вижу в его внутреннем конфликте. Он пытается решить вопрос самоидентификации, кто он мужчина или женщина.

    Возвращаюсь к Густаву. Почему он не тронул мальчика или хотя бы не попытался познакомиться? Думаю, что композитор принял этого мальчика как священный дар и он не хотел, как человек искусства, портить этот истинный шедевр.

    Коротко о фильме. Безусловно красив, философичен, музыкальный, тягуч и размерен.

    Особенно мне понравились житейские сцены пляжной жизни начала 20 века, а также светские вечера. Игра Дирк Богарда и Бьорна Андерсона заслуживает аплодисменты.

    Многим этот фильм может показаться скучным и аморальным, так что Минздрав РФ предупреждает, что фильм может оказаться вреден для вашей неподготовленной психике.

    26 сентября 2015 | 01:24

    Удивительно красивое, мягкое, нежное и грустное кино. Любить того, кто недоступен любовью, которую никто не поймёт и не примет — такой жребий выпал композитору Ашенбаху на пляжах Венеции. Невольно возникают ассоциации с самим Лукино Висконти, в это же время встретившим Бергера. В этом фильме — вся тоска Висконти по несущемуся вперёд времени, по красоте и неизбежности конца, по самому слову «любовь», полному безнадёжности и боли. Этот фильм для меня никогда не был заумным элитарным кино, я вижу в нём лишь искреннюю историю любви, которая пришла слишком поздно. И остаётся несчастному композитору лишь издали смотреть на предмет своих чаяний, красить волосы, малевать лицо, чтобы в последние предсмертные минуты понять всю бесполезность своих усилий «догнать красоту». Совершенный в своей красоте мальчик недостижим, как всякий идеал.

    Блестящая музыка, минимум слов, гениальный актёр Дирк Богард и стареющий режиссёр, простонавший на весь мир о своей боли.

    Идеальное кино.

    30 декабря 2009 | 12:53

    «Ты не должен так улыбаться! Пойми же ты, никому нельзя так улыбаться!», — про себя укоряет Тадзио «манновский» Густав фон Ашенбах. Вслед за ним эти же слова, только 60 лет спустя, будет шептать «висконьтьевский» герой. Эту «странную улыбку красоты» Висконти (тут Бьерн Андерсен ни при чём) пронёс через всю свою ленту, запечатлев её, изменяющуюся и едва уловимую, на хрупкой киноленте, которая и по сей день смотрится как некое «личностное откровение».

    Есть в «Смерти в Венеции», нечто до такой степени «скрытое», тоскливо завораживающее, то, что старался всеми силами донести до зрителя великий итальянец. И у него, «красного аристократа», это получилось. Получилось «соткать полотно» столь тонкое, что вплетённые в его основу нити, состоящие из желания, красоты, воспоминаний и смерти, не перегружать картину. А, лишь добавляют, фильму ту особую «чувственную» атмосферу, самодостаточно царствующую в каждой работе мастера.

    У Дика Богарта, исполнителя роли композитора Ашенбаха, есть интереснейшие воспоминание, относящиеся к подготовительному периоду съёмок, в которых он приводит слова самого Висконти о связи новеллы Томаса Манна с фабулой будущей ленты: «Будем снимать прямо по книге, как написано у Манна, — никакого сценария (…)
    Слушай музыку Малера — все, что он написал. Слушай не переставая. Нам надо проникнуть в это одиночество, в эту бесприютность; будешь слушать музыку — все поймешь. И еще надо читать, читать и читать книгу… Манн и Малер тебе… все скажут».

    В «Смерти в Венеции» сошлось всё — великий создатель, талантливейшие исполнители, непревзойденная музыка знаменитого австрийца, пропитанные южным солнцем кадры, мастерски снятые Паскуалино Де Сантисом, и, конечно город, где смерть проста и лукаво-невинна, будто случайно пойманная улыбка стройного, белокурого мальчика.

    11 июня 2007 | 18:26

    Сказать честно — смотрел этот фильм практически принудительно. Сначала был минимальный интерес, затем меня начало тошнить от затянутости фильма, от абсолютно непонятного сюжета, а особенно — от гомосексуальных идей, скажем так. Как фильм, в котором описаны гомосексуальные, да ещё и с жутким запахом педофилизма отношения может тянуть на признание и уважение со стороны вменяемых зрителей?

    Что хотел до нас донести автор сего ужаса? Главный герой — Лукино Висконти — непонятно откуда взявшийся мужчина, который приехал непонятно куда ради того, чтоб побегать за молодым мальчиком? Мда, бедный Тадзио, хотя, судя по всему ему нравилось такое внимание от мужчин. Отвращение…

    Концовка фильма — полный бред.

    В целом фильм показался бесполезным и не несущим никакого смыслового посыла.

    Моя личная субъективная оценка — 2 из 10.

    30 августа 2010 | 22:35

    Что отличает отвратительное от прекрасного? Гармония с одной стороны и хаос другой?

    Нет. наше отношение к ним. Это мы наделяем реальность оттенками. Мы видим разное в одинаковом. Поэтому так по разному понимаем эту картину. О том же, но по другому рассказал нам Пазолини в Теореме. Или даже в Декамероне.

    А что объединяет доброе и злое? Мы. Да в нас есть и то и другое. Но фильмы подобные этому фильму Висконти дают нам смелость думать, что мы лучше, чем есть.

    17 сентября 2010 | 22:35

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>