всё о любом фильме:

4 месяца, 3 недели и 2 дня

4 luni, 3 saptamâni si 2 zile
год
страна
слоган«How far would you go for a friend?»
режиссерКристиан Мунджиу
сценарийКристиан Мунджиу, Разван Рэдулеску
продюсерКристиан Мунджиу, Олег Муту, Филипп Аврил, ...
операторОлег Муту
композитор-
художникМихаела Поенару, Дэна Истрате
монтажДана Бунеску
жанр драма, ... слова
бюджет
сборы в США
сборы в мире
сборы в России
$69 897
зрители
Франция  351.8 тыс.,    США  166.9 тыс.,    Италия  142.6 тыс., ...
премьера (мир)
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
рейтинг MPAA рейтинг R лицам до 17 лет обязательно присутствие взрослого
время113 мин. / 01:53
Румыния, 1987 год. Последние годы коммунистического режима Николаэ Чаушеску. Студентки Отилия и Габицэ — соседки по общежитию. Габицэ беременна. Аборты запрещены и являются уголовным преступлением.

Подруги с трудом собирают сумму, необходимую для нелегального аборта. Отилия снимает номер в дешевой гостинице. Днем у нее запланирована встреча с неким господином Бебе. Обеим девушкам предстоит впервые пройти через подобное испытание. Кто из них пострадает от этого больше? 
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
96%
128 + 6 = 134
8.4
в России
2 + 0 = 2
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • В заключительной ресторанной сцене, на фоне звучит песня Адриана Даминеску (Adrian Daminescu) «Si m-am indragostit de tine» (И я так в тебя влюбился).
    • Первоначально фильм задумывался как сатирическая лента под названием «Сказки золотого века».
    • Съёмки фильма были завершены ещё осенью 2005 года. Почти за полтора года до премьеры в Каннах в мае 2007 года.
    • Фильм официально был выдвинут от Румынии на соискание премии «Оскар» в категории «Лучший фильм на иностранном языке» (Best Foreign Language Film).
    • Несколько сцен фильма были сняты в гостинице «Астория» в Бухаресте.
    • еще 2 факта
    Ошибки в фильме
    • Внимание! Список ошибок в фильме может содержать спойлеры. Будьте осторожны.
    • В заключительной ресторанной сцене Отилия просит у официанта бутылку минералки, но ей приносят пустой стакан.
    • В застольной сцене, именинница рассказывает как она для окраски пасхальных яиц добилась синего цвета, смешивая желтый с зелёным. Что совершенно невозможно, потому что синий основной цвет и путем смешивания он не проявляется. На самом деле можно получить зеленый, смешивая желтый с синим.
    • После главной сцены фильма, когда Отилия готовится выйти из комнаты гостиницы, она поправляет шарф под сумочку. Спускаясь по лестницам, шарф уже расположен над сумочкой. В трамвае шарф снова под сумочкой, а выходя из трамвая он опять оказывается над сумочкой. Та же ошибка обостряется в сцене где Отилия поправляет сумочку над шарфом и выходит из квартиры своего парня. При смене кадра телодвижение не прерывается, но сумочка чудесным образом оказывается под шарфом.
    • Действие фильма происходит в Румынии в 1987 году, но в общежитии, в комнате у героинь, висит портрет Кристен Данст из постера фильма «Девственницы-самоубийцы», премьера которого состоялась в 1999 году.
    • Действие фильма происходит в Румынии в 1987 году, но использованные трамваи были введены в Румынии только в 1990 году.
    • Действие фильма происходит в Румынии в 1987 году, но в сцене, где Отилия выходит из такси около грузчика, на фоне видны припаркованные автомобили, в том числе желтый Daewoo Matiz (произведен после 1998) и синий Dacia Logan(произведен после 2004).
    • Действие фильма происходит в Румынии в 1987 году, но в сцене где Бебе и Отилия подъезжают на машине во двор, видны некоторые старые выпуски автомобилей Dacia, у которых передний и задний бамперы вышли в продажу в 1994 году. Зеркала заднего вида у автомобиля Бебе, также поступили в продажу после 1990 года.
    • Действие фильма происходит в Румынии в 1987 году, но в разных сценах фильма можно увидеть на домах современный ПВХ стеклопакет. Эта технология была введена в Румынии после 1990 года.
    • В сцене покупок в общежитии Отилия просит у продавца оранжевый «Tic Tac» (вкус апельсина), но вместо этого получает красный (вкус корицы).
    • еще 6 ошибок
    Трейлер 01:48

    файл добавилZlata---Bondar.

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 317 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Кажется, фильмами социально-чернушной тематики меня перекормило еще отечественное кино в период взросления. Сейчас не смогу пересмотреть ни «Трагедию в стиле рок», ни «Куколку», ни «Маленькую Веру», ни «Дикую любовь». Жутковато мне и брезгливо. Хорошие фильмы, правдивые, но не трогает. Иммунитет выработался, что ли. Может, трагедия моя именно в том, что слишком хорошо и ярко я все это помню.

    4 месяца — срок беременности главной героини, 2 дня — срок, в который две подруги планируют решить эту «маленькую» проблему.

    Румыния, а выглядит как СССР. Атмосфера гнетущая, депрессивная, подчеркнутая каждой деталью, вплоть до времени года. Те же проблемы, те же бардачные общаги, обшарпанные гостиницы с хамоватым персоналом, тот же дефицит. Мне вот что странно — чем это кино зацепило каннское жюри? У них же есть своя «Вера Дрейк». Разве что большинство его представителей — из бывшего соцлагеря. Фильм не об этом, конечно, но фон в данном случае, очень важен для понимания разворачивающейся на экране психологической драмы.

    О персонажах. Интересно было наблюдать взаимодействие людей в этом социальном муравейнике, систему ценностей, мерило дружбы. Мол, не та подруга, которая будет тебя тащить из бара пьянющую в драбадан, а та, что будет ползти рядом. Но мне более интересна была эволюция героинь относительно друг друга. В начале одна выглядит беспомощной и потерянной, вторая деловито берется за решение ее проблем. Но ближе к финалу фильма оказывается, что на самом деле, несчастная залетевшая подружку свою использует, делает ее руками всю грязную и муторную работу, а та не так уж цинична и пуленепробиваема. После такого совместно пережитого люди либо стараются стереть друг друга из памяти либо остаются друг с другом до гроба. Хотя, жертвами их можно считать обеих. Они находятся в той реальности, существование в которой трудно назвать жизнью и только законченный зомби рискнет в ней размножаться. Кто-то скажет: фигня, жили же! Радости какие-то находили, умудрялись сотворить лимонад из этого кислого лимона, что судьба подсунула. Нет, нет и нет! Слава Господу, это в прошлом! Обидеть это кино может только тех, чья молодость пришлась на то время и кто свободу ценит меньше, чем сытное место у кормушки. Но и они, взглянув правде в глаза, наверняка скажут: трудное было время, лживое, лицемерное. Но тут же встрепенутся и начнут защищать свои ценности: но мы искренне верили и бла-бла-бла…

    Из этой породы родители Ади, парня главной героини, и их гости. Опять же наблюдается пресловутый конфликт поколений. Знали голод и лишения, чего-то добились в жизни — по меркам поколения, страны, боятся, что сына отправят в армию или деревню. «с таким образованием в деревню не пошлют» — рефрен этого фильма.

    Из этой же, в принципе, породы и господин Бебе, подпольный доктор. Для него сделать аборт — это не высокая миссия помощи заблудшим душам, не акт несогласия с режимом, а исключительно способ заработка. Он поможет, все сделает. Его не остановит ни суровость закона, ни поздний срок беременности и вытекающая из него угроза жизни девушки. Предварительно поморализирует и унизит (это естественная сопутствующая компонента при взаимодействии людей друг с другом в условиях социализма), да еще и не преминет воспользоваться затравленностью и безвыходностью положения жертвы.

    Мда, много мыслей пробуждает это кино, они смутно и беспокойно блуждают в голове. Наверное, старушка-Европа, которая склонна скорее придумывать себе проблемы подобного толка, нежели имеет их в действительности, эту смелость и оценила. Смелость в выражении, в подаче, в теме.

    Пара-тройка физиологических деталей присутствует, жутких в своей будничности.

    Вот так и получилось европейское альтернативное кино. Не типичное, но признанное.

    20 января 2013 | 07:17

    Четыре серовато-панельные стены, контрастирующие с парадно-выходной клеенкой, кирпич, приспособленный одновременно для обогревания комнаты и подготовки воска для эпиляции — социалистически надежный общажный антураж чаушескуленда конца 80-х. Апельсиновый «Тик-так», пачка «Кент», кассета с «Поющими в терновнике» — фарцованный капиталистический ширпотреб мечты того же времени. Быт румынских студенток размерен: порадоваться нечастому гостю — горячей воде, прогулять занудные пары в Политехе, диплом которого спасет от распределения в деревню. Только Отиллия чересчур деловита: носится по городу в поисках гостиничных номеров, ждет встречи с подозрительным типом с дурацким именем Бебе, теребит ромашко-робкую соседку Габицэ с напоминаниями о полиэтиленовой простыне. Почему героиня предпочитает вечер в компании этих двоих юбилею будущей свекрови, где можно зорко всматриваться в коммунистическое будущее марксистским взглядом? Она всего лишь разгадывает ребус «Когда четыре месяца, три недели и два дня равны от пяти до десяти лет». Правильный ответ — при проведении нелегального аборта на позднем сроке беременности, и, если кто-то удивлен, отчего Габицэ с ангельским тембром не уберегла подругу-шалопайку от греха, то не стоит. Именно ей тихим голосом тяжело было убедить любовника не кончать внутрь.

    Три «магистральные идеи» фильма (осмысление прошлого, бытовая драматургия и интерес к экзистенциальным исканиям человека) — главные приметы новой румынской волны. Но слишком часто на фоне осуждения режимов или социальных портретов поколения отдельный персонаж рискует потеряться, слившись со стройными ахроматическими рядами. Однако в случае «4-3-2» этого не происходит — несчастье одного преломляется здесь через призму историчности и жанровости. Румыния тех лет — страна, в которой даже замызганный номер можно снять за баснословные деньги и только по протекции за пачку качественного курева. Уже с первого взгляда очевидно, не что иное, как тотальное наплевательство уничтожило государственные порядки по эту сторону Варшавского договора. Коммунистический принцип «от каждого по способностям, каждому по потребностям» стал синонимом лени, равнодушия и безынициативности, а «товарищи» — паразитами, поедающими симбиотического партнера, как, например, это происходит с присосавшейся к Отиллии никчемной пиявкой Габицэ. Противоречащие принципам гуманизма законы лишают человека одного из естественных прав — стремления к счастью, вынуждая приспосабливаться и выживать благодаря беспрестанной изворотливой лжи. Критикуя отмирающую формацию, демонстрируя ее объективные недостатки, но не скатываясь в обличающий памфлет, Муджиу в части бытовой не так категоричен. Поднимая неоднозначную тему абортов, режиссер имеет лишь один выход. Он выбирает отстраненную, бесчувственную, даже немного апатичную манеру съемок, чтобы не удариться ни в патетичность и заламывание рук по поводу нелегкой женской судьбы, ни в «чернушность» басковского пошиба с детальным изображением всех технических подробностей процесса прерывания беременности или половых органов. Ручная камера, используемая от безысходности и безденежья, выступает главным кинематографическим оружием. Этим творческий метод режиссера перекликается с подходом представителя другой новой волны, иранской, Асгаром Фархади. Долгие планы с плавными переходами бесстрастно фиксируют как приготовления Бебе к процедуре и ее отвратительный результат, так и застолье, на котором Отиллия превращается в такого же экстроспективного наблюдателя за чужой «стабильной» жизнью, какими Муджиу и оператор Муту оставались на протяжении ста тринадцати минут для героев.

    Два распространенных женских типажа, эдакие румынские Розоческу и Беляночкяну, встретятся снова, хоть и под другими именами, когда режиссер вернется к теме разбалансированной женской дружбы в картине «За холмами», где одна из подруг будет рисковать свободой и жизнью ради, как ей кажется, благополучия другой. И, если Отиллия и ее мировоззрение версии 2,0 оказываются выкидышем социалистической системы, то в дальнейшем феминистический мотив творчества режиссера поставит под вопрос состоятельность любой консервативной доктрины. Примечательно, что все персонажи кажутся так или иначе главными для этой истории, способной перещеголять шугейз беспросветностью и безнадежностью. Но на самом деле «мясник» Бебе, бойфренд Ади, даже Габицэ, вокруг которой разворачиваются события, просто исполняют роль рычага, способствующего внутренним изменениям Отиллии. Девушка начинает этот день как любой другой, ведь в условиях законодательства о контрацептивах тогдашней Румынии жизнь студенток проходит весело не от сессии до сессии, а от аборта до аборта. Она не считает происходящее чем-то из ряда вон выходящим, всего лишь плевое дело избавления от нежелательных последствий беспечности своей подруги. Но неожиданно на нее сваливается груз ответственности за синюшный комок, она вынуждена заискивать перед людьми, облеченными мало-мальской властью, ей приходится предлагать тело в качестве оплаты за услуги, что в итоге приводит к душевному перелому, и вот уже оператор в лихорадочном забеге пытается догнать Отиллию, чтобы не упустить момент катарсиса. Трагично? Da. Цинично? Desigur. Депрессивно? Fara indoiala. Но, быть может, только такие личностные кризисы и лепят характер, способный разрушить берлинские стены на всем постсовковом пространстве, и, глядя на постер, на котором измученная героиня пристально всматривается в свое отражение в зеркале, невольно задумываешься, какой силой духа обладаешь ты сам.

    12 апреля 2014 | 21:40

    Румыния, 1987 год. Две соседки по студенческому общежитию собирают деньги, чтобы одна из них совершила аборт. А это, немного-немало, уголовное преступление. Собрав деньги, они отправляются в дешевый гостиничный номер, где им придется провести в кустарных условиях операцию. И не понятно, кто больше пострадает психологически: девушка, делающая аборт или её подруга, идущая на отчаянный акт самопожертвования?

    Пересказывать сюжет не имеет никакого смысла, учитывая, что вся фабула умещается в пару строчек. Куда интереснее в этом фильме следить за бесконечной серостью и грязью, которая повсюду. Унылый социалистический быт поглощает и от него невозможно избавиться. По сути, совершение подпольного аборта воспринимается, как своего рода антисистемное действие, проявление нонконформизма, попытка вырваться из этой мрачной действительности серых коридоров общежития, мрачных тёток-кондукторов из трамваев, сессии после которой распределение в какую-нибудь деревню и бесконечных разговоров на кухнях, да покупки «западных» вещей за завышенные цены у спекулянтов. Но разве можно таким образом убежать от действительности? Ведь и сама коммунистическая Румыния, как и весь остальной соцмир, воспринимается не иначе, как не рожденный ребенок, зародыш, убитый на 4 месяце, 3 неделе и 2 дне, место, которому на помойке истории. А люди всего лишь песчинки, которые перемолоты бездушным водоворотом времени. Потому проще всё забыть, чего бы это не стоило.

    Прошли уже 23 года, как социалистический режим пал, но его наследие живет в сознании миллионов людей, которые не смогли перебороть то, с чем жили почти весь ХХ век. Тем удивительней видеть параллели со вроде бы миром прошлого, давно забытого, с настоящей действительностью. Разве Бухарест 1987 года не является отражением по сути всей восточноевропейской провинции уже ХХI века? Тут стоит вспомнить дебютный полнометражный фильм Мунджиу «Запад». Там звучит старая детская песня, о том, как они будут счастливо жить при коммунизме в 2000 году. Но 2000 год настал, и разве кто-нибудь из них ожидал, что он будет таким? Даже вступление в Евросоюз не изменило ничего, и люди по-прежнему хотят вырваться из этой гнетущей действительности. К слову, и «4 месяца, 3 недели и 2 дня» заканчивается бодрой и оптимистичной ленты социалистических времен.

    Удивительно, но данная лента пользовалась большим успехом на Западе, хотя по логике, оценить её полностью могут только жители бывшего соц. блока. Фильм получил «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля 2007 года, а так же 27 других призов разного значения, а в придачу еще 21 номинацию. Имеет высокие оценки, как у критики (97/100 — средний результат среди англоязычных критиков, сведенных на сайте Metacritic), так и что удивительно среди обычных зрителей (7,9/10 среди посетителей портала IMDB). Успешно прошел в международном прокате для фильма из страны никогда не славившейся своим кинематографом, многократно окупив бюджет в 600 тыс. евро. А вот что ни капли не удивительно, так это тот факт, что почти все западные критики сошлись во мнении, что им показали фильм ужасов. Да уж, ужас самой действительности бытия, где лучше не рождаться.

    17 апреля 2013 | 17:39

    Писать рецензии на подобные фильмы — дело довольно-таки сложное, ибо фильм сам по себе довольно сложен. Но я безумно люблю подобные фильмы, хоть иногда мне противно их смотреть в силу их натурализма, которого здесь очень и очень много. Но я бы не стал смотреть этот фильм (хрен с этим натурализмом), если бы не одно НО: данное полотно умудрилось отвоевать главный приз в Каннах у двух моих самых любимых картин, которые, кстати, ей, ни в чем не уступают: «Скафандр и Бабочка» и «Персеполис». Благо, и эти ленты получили заслуженные награды и признание.

    Но вернёмся к фильму. Фильм сам по себе довольно сложен. В нём нет чётко выраженной завязки, так же как и концовки. Уже с первых кадров нас втягивают в серость бытия двух молоденьких студенток. Одна из них, Габицэ, беременна. Нам не говорят, как, где и от кого она забеременела. На лишь известен её срок — 4 месяца,3 недели и 2 дня. Мне не знаем, откуда она, кто её родители, на кого она учиться. Мы просто знаем её имя и её «проблему». Другая же героиня, имя которой Отилия, имеет схожую биографию с разницей, что у Отилии есть парень, но это ещё тот фрукт.

    Как я уже сказал, фильм не имеет определённой завязки, какой-либо кульминации и концовки. Мы просто знаем ситуацию, которую попали герои. И вот после этого мы натыкаемся на одну интересную вещь: главным персонажем здесь является отнюдь не Габицэ, которая забеременела, а Отилия, которой придётся расхлёбывать всю кашу. Здесь же Мунджуи делает ход конем, а именно — противопоставляет характеры героинь. Там, где Габицэ не в силах что-либо сделать самой, хотя нечего сложного от неё не требует (кроме аборта), Отилии приходиться брать ситуацию в свои руки, ибо пострадать могут все. После этого в игру вступает другой персонаж по имени Бебе. Его тут мало, но образ его очень яркий и, я бы даже сказал, очень уж реалистичный. Описывать его нет смысл, это надо видеть.

    Вторая интересная деталь, которая есть в фильме — тоталитарный режим. На дворе Румыния 1987 года, когда у руля сидел знаменитый коммунистический деятель по имени Чашеску Николае, которого свергли, обвинили в преступлениях против государства, геноциде против собственного народа, открытии тайных счетов в иностранных банках и «подрыве национальной экономики» + он был ярым сталинистом, но его расстреляли, после чего в 1989 году случилась антикоммунистическая революция. Тоталитарный режим выражен не в том виде, в котором нам обычно его преподносят (пример тому «Голодные игры). Нет, чтобы увидеть его, надо всматриваться. Его можно увидеть в деталях. Вот, допустим, окружающая среда. Что мы видим? По всюду один сплошной серый цвет, а окружают героев — серые люди с кислыми моськами и с глазами, которые смотрят в эту серую пустоту. Это можно заметить в сцене, когда героиня едет в автобусе. Так же можно заметить отсылки тоталитаризма в сценах в отеле, когда героиню каждый раз просят показать документы. Но ярче всего тоталитарный режим проявляется в диалогах, а именно в сцене дня рождения. Если прислушаться, то там не раз повторяют слова «сдать»,«прятаться»,«страшно»,а так же истории побочных персонажей, которых коснулась рука тоталитаризма.

    Многие ошибочно полагают, что фильм как-то пропагандирует аборты. Нет, в данном случае аборт является вынужденной мерой. И вот тут-то мы приходим к вопросу: а как относится автор к поступку героев? С одной стороны, аборт является, по мнению большинства, чудовищным преступлением, но с другой стороны, понять героиню можно и даже нужно. Но чтобы это сделать, надо поставить себя на место героини. Сам автор никоим образом не осуждает поступки героев; напротив, он с таким равнодушием относиться ко всему этому(пример тому диалоги с Бебе и признание Отилии свою парню), ведь другого выхода не существует, кто бы что там не говорил о том, что выход есть всегда; нет, выход здесь только один.

    8 января 2014 | 20:52

    Зрителю предстоит перенестись в 1987 год нашего недалёкого социалистического прошлого. Эта фестивальная лента расскажет об эпохе правления печально прославившегося диктатора Николае Чаушеску. В то время в обнищавшей Румынии средства контрацепции были практически недоступны, а за нелегальные аборты полагалось от 5 до 10 лет тюремного заключения.

    В центре сюжета оказываются две студентки политехнического университета — Габита и Отиллия. Почти половину ничего не поясняющего экранного времени фильма, подруги к чему-то старательно готовятся, занимают деньги, с трудом снимают номер в гостинице, встречаются там с неряшливого вида мужиком по имени Бебе… И только когда будет произнесено слово «убийство», сомнений больше не останется: Габита собралась делать тот самый нелегальный аборт, за который дают от пяти до десяти, а Отиллия ей в этом помогать.

    Внимание в фильме Мунджиу сфокусировано на Отиллии. Есть такая порода людей, которые всегда готовы помочь, и движет ими именно не желание оказать помощь, а какое — то абстрактное чувство справедливости, лишь потому, что «так должно быть», ведь кто-то должен выручать друзей. Отиллия беспрекословно выполняет все просьбы Габиты, искренне переживает за лучшую подругу, одним словом, ведёт себя в непростой ситуации разумно и спокойно, понимая, что это может быть их единственный способ избавиться от ещё не родившегося ребёнка.

    Габита, напротив, персонаж тут чуть ли не второстепенный. Все её наивные фразы «я думала», «я хотела» на деле вроде бы должны вызывать негодование исключительно условиями, в коих юной девушке пришлось очутиться, и поначалу это именно так. Однако, «4 месяца, 3 недели и 2 дня» — фильм не только про нелегальный аборт, да и вообще он куда сильнее и проникновеннее. Ведь, правда, не могла же картина-агитка отнять у престижных конкурентов Золотую пальмовую ветвь только из-за вечно актуальной идеи, что, мол, запрет на аборты тоже не выход. Постепенно за всеми этими наивными «я думала» проступает холодный расчёт, желание взвалить свои проблемы на плечи ни в чём не повинной подруги, использовать её в своих низких целях. Нет, Габита точно недостойна жалости, ибо вся её подлая сущность не является порождением режима тотального контроля, он, этот режим, лишь обнажил в характере девушки то, что было прежде глубоко скрыто.

    Фильм целиком выдержан в рамках известной поговорки «друзья познаются в беде» и прекрасен он, прежде всего, детальным раскрытием характеров подруг. Расплата Отиллии за свою доброту к людям, по магической силе последних секунд картины и сопереживанию главной героине, сопоставима разве что со сценами из какого-нибудь «Рассекая волны» триеровской трилогии «Золотое сердце». Тяжкое осознание всего случившегося приходит к Отиллии куда позже, равно как и к зрителю, нож в спине даёт о себе знать лишь тогда, когда нанесённая Габитой рана уже полна яда, но этого мы уже не увидим, наблюдая, как по тёмному-тёмному экрану медленно ползут титры.

    Первое, что бросается в глаза с первых секунд просмотра картины Кристиана Мунджиу это полная историческая достоверность. На первом плане здесь знакомые, родные для жителей стран бывшего соцлагеря, серость и тотальный контроль. Типовые бетонные коробки многоэтажек, повсюду одинаковые автомобили, невыразительная, некачественная одежда, грубый персонал, постоянный поиск дефицитных товаров, и, конечно, повсеместные взятки.

    Унылую атмосферу тех лет подчёркивает полное отсутствие музыкального сопровождения и новаторская операторская работа. Стоит отметить отличную реакцию оператора на смену настроений режиссёра. В «нужные» моменты ручная камера то слегка отклоняется в сторону, то слегка подрагивает, а в одной из ключевых сцен этот бесхитростный приём удивительным образом получает способность со всей полнотой чувств передать безучастному наблюдателю по другую сторону экрана смятение и страх Отиллии.

    Живая и будто бы движущаяся сама по себе камера лишь на первый взгляд кажется любительским приёмом. На самом деле, именно на передаче настроения с помощью движений камеры (за отсутствием других ярких средств выражения) строится диалог режиссёра со зрителем. Сравнение нервных, полных напряжения эпизодов прогулки по ночному городу с рушащимся внутренним миром девушки, наверное, лучшая метафора.

    У картины «4 месяца, 3 недели и 2 дня» есть всё необходимое, обеспечившее ей безусловный успех: острая социальная направленность, чётко выраженная идея и полное отсутствие отступлений от неё, что проще говоря, называется тем самым форматом Канн. «4 месяца, 3 недели и 2 дня», получивший в Каннах Золотую пальмовую ветвь, в первую очередь — большое открытие для любителей кино, ну а для Румынии, лишь недавно вступившей в состав ЕС — огромное достижение. Необыкновенный фильм Кристиана Мунджиу, снятый без влияния каких-либо посторонних кинематографических традиций, т. е. в стране практически без развитой киноиндустрии вновь напоминает нам о том, как мало нужно для рождения глубочайшего произведения: всего-то ясная голова режиссёра, да тонкое мастерство оператора. Для кинематографистов, небольшими средствами достигших высоких целей в ленте «4 месяца, 3 недели и 2 дня», победа в Каннах, это действительно, торжество содержания над формой, одновременно и неожиданный и как будто бы долгожданный триумф румынского кино.

    25 июля 2009 | 16:58

    Чтобы увидеть звёзды, нужно посмотреть в лужу

    Румынский кинематограф, равно как и румынский театр, к сожалению, малоизвестен. Потому и становятся событием редкие «дефиле» жизненных картин с Карпат, вполне заслуженно обласканные глянцевыми мировыми кинофорумами.

    Студенческое общежитие. Внешне — просто «общага» с плохо освещёнными бесконечными коридорами. Внутренне — именно общежитие, полное доброжелательной атмосферы. Вместе живут, вместе учатся, готовятся к экзаменам, вместе и в радости, и в печали. Улицы провинциального румынского городка Роман. Серая будничность социализма. Начало конца эпохи. Для одних — золотой, для других — кровавой. Но в любом случае — бесперспективной. Вот на таком дождливом февральском фоне и разворачивается эта социальная драма.

    Чем бы дитя ни тешилось… лишь бы не забеременела. Габицэ Драгут (Лаура Василиу) попала в трудную ситуацию. А вот в чём её трудность, определить довольно сложно. Трудность в том, что пришлось бы, судя по всему, воспитывать ребёнка одной, и быть осуждённой «массами», строящими коммунизм или, что там ещё ваяли на костях? Или её трудность в том, что она из этой ситуации не вынесла никакого урока?

    Толи дождик, толи снег… рядом близкий человек. Отлия (Анамария Маринка) именно такой человек. С одной стороны, ей уже поднадоела её неразумная подруга, за которую ей приходится решать большую часть проблем. И ещё как решать… И в тоже время, на фоне уныло благополучных господ Раду и их маменькиного сынка Ади (Александру Поточан), уж лучше «старый друг» в лице Габиты. Вот уж Отилия точно получила хороший урок.

    Гинеколог, занимающийся нелегальными абортами. Первое впечатление от господина Бебе (Влад Иванов) — основательный, уравновешенный человек. Всё у него «разложено по полочкам». Второе впечатление — вспыльчивый… Ну, с кем не бывает, довели доктора студентки. И, наконец, третье впечатление — отвращение. Как резко может измениться мнение о человеке…

    То, что совершили Габита и Олтилия, на мой взгляд, лучше всего характеризуется пословицей: «Дорого, да мило. Дёшево, да гнило». Подвергли себя опасности. Их не остановила ни антисанитария, ни срок от 5 до 10 лет за убийство. Да, они были осторожны. Но осторожность — это ещё не безопасность.

    У каждого из персонажей драмы режиссёра Кристиана Мунджиу своя жизнь. Почему кто-то другой должен отвечать за чужие поступки? Этот другой/другая в этом же не виноваты. Как это не страшно звучит, но какой бы выбор они не сделали, он будет правильным. Всё в жизни бывает… Кого они убили? Разве что себя.

    26 июля 2009 | 13:26

    Посмотрев этот фильм, я пришел к интересному для себя выводу: Чтобы снимать фильмы про эпоху должно пройти время, память должна оставить от прошедших дней только самое главное — состояние души, погруженной в атмосферу той жизни.

    К сожалению, правила написания отзыва запрещают применять громкие эпитеты. Скажу просто — для меня фильм почти идеален. Кристиан Мунджиу сумел очень точно создать образ мрачного времени, в котором многие из нас пребывали и это, на мой взгляд, удалось ему на много лучше чем всем восточно-европейским и российским режиссерам.

    Главными фильмами России про эпоху застоя стали — «Интердевочка» и «Маленькая Вера», но как мне кажется, актеры, исполнявшие роли в этих фильмах подсознательно пытаются сделать пародию на то время, а не точно его передать, слишком недавнее прошлое давит тяжелым грузом и воплощать эту правду в роли — не получается.

    У румынского режиссера — получилось! Получилось и у молодых актеров.

    Фильм не про аборты — это сюжетная линия. Одиночество и дружба, безысходность и смелость, готовность пожертвовать собой ради, почти единственного, близкого человека и все это в атмосфере тоталитарной политической системы.

    Нет отрицательных героев. У каждого героя фильма своя правда, своя жизнь и режиссер сумел это показать. Даже к врачу, который зарабатывает «частной практикой» и берет оплату «натурой» нет отвращения, он настоящий, живой характер, а дома больная мать за которой приходится ухаживать и еще постоянное чувство страха — его самый близкий спутник в жизни. Режиссер любит своих героев и заставляет сопереживать им. 

    Настоящий кинематограф, настоящее «большое кино». Об этом фильме можно говорить не только с позиций что снято, но и как!! Замечательные крупные планы, великолепная работа художника, который сумел, довольно ограниченными средствами, создать атмосферу «серого уныния» и подчеркнуть с помощью света ключевые сцены фильма. А кадр за столом, когда главная героиня в гостях у своего парня — просто находка режиссера.

    Что не понравилось, так это сцена, в которой Кристиан Мунджиу показывает окровавленный плод в ванной, когда камера начала двигаться вниз, я очень хотел чтобы этот план прервался и не испортил почти идеального впечатления, на мой взгляд, не показать было бы эффектнее. Пожалуй это единственный момент, который мне не понравился.

    Рекомендую смотреть любителям европейского кино и людям старше 30 лет. Особенно, мне кажется, понравится поклонникам Годара.

    9 из 10

    19 января 2009 | 12:10

    Как известно, друзья познаются в беде. Поговорка есть такая. Правда, можно не дожидаться неприятностей и самим организовать тестирование личностей, прибегнув, по совету Владимира Семёновича Высоцкого, к совместному участию в каком-нибудь (не обязательно альпинизм) экстремальном занятии.

    С двумя подругами по студенческому общежитию, Отиллией и Габитой, кажется, случилось и то, и это. Беда — это нежелательная, оказавшаяся запущенной сверх всякой меры, беременность Габиты, а экстрим — это проведение организованного совместными усилиями подпольного аборта.

    В современной Европе, такого вообще не должно было случиться. Контрацепция избавила бы от первого, а цивилизованное законодательство — от второго. Однако ж в Румынии эпохи Чаушеску, когда за аборт дают от трех до десяти лет тюрьмы, прерывание беременности сродни экстремальному виду спорта, когда неизвестно как повезёт и куда вывезет.

    Вряд ли Габита слышала что-нибудь о Высоцком, да и не собиралась она испытывать свою подругу на прочность, просто, знаете, есть такая категория людей, которые любят паразитировать на хороших отношениях с товарищами, эксплуатировать дружбу в своих личных интересах, организуя для себя дорогу с односторонним движением. Габита как раз субъект такого рода.

    А что Отиллия? Из той категории людей, что ввязываются в дело, не представляя себе, чего это будет стоить и какой ценой достанется, оказываясь перед жёстким выбором, когда выбора уже нет, а отступать некуда. И что тому виной: беспечность девушек или кондовый социализм с нечеловеческим лицом?

    Кристиан Мунджу, по всему видно, отдаёт первенство человеческому фактору. Персонажи его фильма сжились с системой, адаптировались к специфическим отношениям, когда пачка импортных сигарет помогает решать сложные проблемы, когда за всем глаз да глаз и тотальный надзор. Они успешно преодолевают бытовые трудности, знают, как достать, у кого можно взять, к кому можно подъехать и как подвалить. Кризис обнажает их личность.

    Отиллия, в горячке и суете не сразу понимает, что к чему. Габита некоторое время выглядит полной дурой со своими «я думала», «я слышала», «мне сказали», пока за этими недоумениями не проступает спокойный и выверенный расчет лицемерного циника, эксплуатирующего доверие своей подруги.

    Отиллия шокирована холодным равнодушием подруги к процессу и его последствиям, но настоящий ужас у неё вызывает мысль о том, что на месте Габиты завтра может оказаться она. Да, да: «Если завтра залёт, если завтра аборт — будь к аборту такому готов!» Отсюда следует выговор и выяснение отношений со своим беззаботным другом, обнаруживающим не то растерянность, не то здоровый инфантилизм.

    Картинка вырисовывается такая: они были знакомы, но мало друг друга знали. Случай открыл им глаза, но это не значит, что у них есть шанс исправиться. У кого-то есть, у кого-то нет, а кто-то и вовсе не собирается. Всё ведь вышло. И надо забыть. Суть в том, что все здесь заботятся о себе, и никто при этом не задумывается о том, что выброшенный в мусоропровод плод — суть плод их жизни, случайной, бессмысленной и бесцельной.

    Лишь только раз рукодел от медицины произносит слово «убийство», которое не останавливает никого из трёх участников этого процесса. Одержимость женщин, помноженные на азарт и предприимчивость мужика, согласного участвовать в мокром деле за натуральную оплату телом своих клиенток — делайте выводы.

    Кино из серии «О времена, о нравы!» Обычное европейское кино, в Америке подобные работы часто проходят по линии независимого кинематографа, обнажающего и шокирующего, открывающего лицо и вскрывающего подноготную. Это нормально: плеснуть с экрана немного едкого калия, заставить зрителя зажмуриться и вспомнить о разных там «общечеловеческих ценностях», существующих независимо от политического строя.

    У Кристиана Мунджу так и вышло. Добавьте к этому умение режиссёра нагнетать напряжение и регулировать темп действия, замедляя и даже растягивая события, концентрируя внимание и обостряя зрительские рефлексы, а также обученность оператора напрягать изображение дрожью от трясущейся камеры — вот вам и доморощенный представитель жанра.

    Европа это заметила и оценила. Для Румынии, лишь с января 2007 года ставшей членом Евросоюза Каннская золотая пальмовая ветвь, которой удостоился этот фильм, стала знаковым событием: теперь румынские кинематографисты могут гордо сказать: «Нас приняли!»

    4 ноября 2007 | 20:42

    Две подруги в Румынии времен Чаушеску нашли для себя приключений, пытаясь совершить незаконный по тому времени аборт. Читая критические статьи про этот фильм, невольно ловишь себя на мысли, что при просмотре тебя ждет нечто совершенно вышибающее из седла. Не сказать, что это не происходит совсем, но не в той мере, в какой ожидаешь. Даже странно, что это приглянулось европейским критикам, если только не большинство их из Восточной Европы. Только нам, знатокам «реального социализма» под силу понять содержание того, что снял Мунджиу.

    По манере режиссуры — это близко к братьям Дарденнам — сливающаяся с героем камера, минимум диалогов. Впрочем не только к Дарденнам, эта тенденция европейского кино в целом, открытая датской «Догмой».

    Не хочется лишний раз говорить о том, что главной героиней является не та, которой делают аборт, а ее подруга, о том, каков сюжет, чем начинается и заканчивается. Это вроде бы и не очень важно. Действительно важно то, что все описанное (сюжет) не так ужасно на экране, как на бумаге. Все противозаконное, даже аморальное, совершенно нормально для большинства присутствующей в фильме молодежи.

    Тот самый «реальный социализм» сдвинул «норму», но ощущаешь это, только поднявшись над ситуацией, делая за другого то, что должен делать он (она) сам, как это делает главная героиня. Ударный эпизод отнюдь не сцена аборта, а мирный, бесчувственный ужин в ресторане с раскуренной не дрожащими пальцами сигаретой. Но до него надо прожить весь фильм.

    8 из 10

    27 августа 2012 | 23:42

    Едва ли найдется более безоговорочный победитель каннского кинофестиваля, чем картина Кристиана Мунджиу «4 месяца, 3 недели и 2 дня», воистину ставшая сенсационной. Задумав ее как часть трилогии «Сказки Золотого века», название которой сама по себе грустная ирония, Мунджиу обратился к тому периоду своей страны, когда социализм вконец обрел чудовищные черты диктатуры, а маленькая Румыния обрела своего проклятого лидера Николае Чаушеску, обанкротившего страну, предварительно сформировав культ личности и политику массовых расстрелов. В какой-то мере, Мунджиу первым опубличил страшные страницы европейской истории, длившиеся вплоть до конца XX века, и ни учебники, ни документальные фильмы, как доказал режиссер, не способны передать атмосферу тоталитаризма лучше чем искусство. Что ж, очередной суд над историей был запущен.

    Обостренный социальный реализм, прорвавшийся из Румынии, в первую очередь характерен именно для «4 месяцев, 3 недель и двух дней». Под датированным названием кроется случай несостоявшейся беременности студентки Габице, продлившийся ровно этот срок. Знатоки, наверное, заметят, что девушка затянула, и если припомнить, как рассматривались аборты в СССР, то драматургия нехитрыми выводами будет, вроде бы, предельно ясна. Габице рискует свободой, чтобы избавиться от нежелательного ребенка, ей, конечно, должно выпасть несколько неприятных приключений и, возможно, какая-то локальная драма, но для Мунджиу все гораздо сложнее. Сквозь призму нелегального аборта он рассматривает не только нравы и юрисдикцию той эпохи, но и отношения между людьми, лежащие в основе социальной системы. Отношения, извращенные и предательские, как и сама система.

    В Бухаресте все пронизано страхом. Серыми улицами топчутся неулыбчивые люди, а со стен государственных университетов то и дело сыплется штукатурка. Нудный смутный сюжет, постепенно начинает проясняться во всем своем ужасе, когда Габице и ее подруга Отиллия, договариваются с акушером об операции. В грязненьком номере отеля в течение двадцати-тридцати минут разворачивается в глубь трагедия, и не чистый на руку Бебе, махая зондом, требует от девушек то, что ни одна порядочная и бедная девушка выполнить не в состоянии. Кульминация словно сведена к середине фильма, и зритель, под потоком убийственных многочисленных смыслов, внезапно осознает, что этот скучный фильм, пожалуй, как никто другой поразил его воображение. Да и режиссер подстегивает желание удивляться манерой съемки, при которой создается полное ощущение, будто ты смотришь в монитор, транслирующий пространство далекой от тебя комнаты, и там в данный момент сидят люди, которым ты, увы, ничем не можешь помочь.

    История об аборте становится историей, о страхе, о дружбе, о выгоде и попросту, о выживании, когда несвобода настолько пронизывает все существо людей, что они теряют способность и повод доверять лучшим друзьям и любимым. Подобные люди долга, как Отиллия, в процентном соотношении, судя по фильму, составляют подавляющее меньшинство, и едва ли не более мерзкой выглядит сцена, в которой Отиллия, в прострации от свалившихся на нее неприятностей, все же приходит на семейный ужин к своему молодому человеку. В пространной светской беседе Кристиан Мунджиу выводит более общий образ людей своей эпохи, законсервированный и выставленный на обозрение потомкам. Только вот их беседа, ничем не отличается от беседы в любом другом европейском фильме. За столом взрослые люди говорят примерно одни те же вещи, независимо от политического режима. Фокус в том, что нам высвечивают. Ведь светскую болтовню мы рассматриваем сквозь туманную поволоку холодной румынской атмосферы 1987 года, и начинаем обращать внимание на то, чего раньше даже и не замечали. Тоталитаризм, как оказывается, лишь ключик к той клоаке, которую за всю жизнь накапливает человек. Правда, стоит признать, при подобном режиме, клоака может быть более, либо менее заполнена. Смотря, с какой стороны, опять же, смотреть, и чьими глазами видеть.

    В этом румынском реализме, наконец, мы видим даже больше чем реалии. Это как психоанализ, как фрейдизм. Режиссер ретранслирует нам образы той эпохи, отзывающиеся в нас, запуская тем самым механизм осознания и понимания, а удачный сценарий погружает в это сложное произведение даже самого легкомысленного человека хотя бы тем, что формально «4 месяца, 3 недели и 2 дня», близок к триллеру. Внутренняя борьба и напряжение успешно передаются зрителю, и он безусловно покоряется скромности и невиданной мощи этого произведения искусства.

    10 из 10

    21 декабря 2010 | 22:27

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>








    Нашли ошибку?   Добавить инфо →
    Мнение друзей
    Найдите друзей, зарегистрированных на КиноПоиске, и здесь появятся оценки, которые ваши друзья поставили этому фильму...

    Новости


    1 октября — последний день для представления фильмов на иностранном языке к рассмотрению их Американской киноакадемией. Дания выбрала «Охоту», Израиль отдал триллер «Вифлеем», Гонконг — эпик «Великий мастер», Иран — драму «Прошлое», а Россия — «Сталинград». КиноПоиск рассказывает, как проводится голосование в этой номинации и что изменилось по сравнению с прошлым годом. (...)
     
    все новости

    Статьи


    «Летят журавли», «Сладкая жизнь», «Апокалипсис сегодня» — эти и другие картины, многие из которых уже стали классикой кино, начали свою жизнь в качестве призеров Каннского кинофестиваля. Обладатели «Пальмовых ветвей», о которых стыдно не знать киноманам, объединены в подборке КиноПоиска(...)
     
    все статьи
    Записи в блогах

    Лауреат Каннского кинофестиваля Кристиан Мунджиу рассказывает о том, почему ждал семь лет, чтобы снять «За холмами», и почему это история о любви, а не о религии. (...)
     
    все записи »

    Кинокасса США $ Россия
    1.Планета обезьян: РеволюцияDawn of the Planet of the Apes36 254 310
    2.Судная ночь 2The Purge: Anarchy29 816 675
    3.Самолеты: Огонь и водаPlanes: Fire and Rescue17 509 407
    4.Домашнее видеоSex Tape14 608 152
    5.Трансформеры: Эпоха истребленияTransformers: Age of Extinction9 845 720
    18.07 — 20.07подробнее
    Кинокасса России руб. США
    1.Планета обезьян: РеволюцияDawn of the Planet of the Apes346 038 489
    2.Шаг вперёд: Всё или ничегоStep Up All In95 410 829
    3.Поддубный41 780 386
    4.Трансформеры: Эпоха истребленияTransformers: Age of Extinction33 994 705
    5.Оз: Возвращение в Изумрудный ГородLegends of Oz: Dorothy's Return29 236 297
    17.07 — 20.07подробнее
    Результаты уик-энда
    Зрители2 400 449518 580
    Деньги612 188 194 руб.165 495 572
    Цена билета255,03 руб.17,66
    17.07 — 20.07подробнее
    Лучшие фильмы — Top 250
    200.Билли ЭллиотBilly Elliot8.119
    201.ПсихоPsycho8.118
    202.Последний самурайThe Last Samurai8.117
    203.Покровские ворота8.117
    204.СтолкновениеCrash8.116
    лучшие фильмы
    Ожидаемые фильмы
    6.Доктор СтрэнджDoctor Strange95.32%
    7.Магия лунного светаMagic in the Moonlight95.20%
    8.Исход: Боги и королиExodus: Gods and Kings94.85%
    9.ЛюсиLucy94.83%
    10.БёрдменBirdman94.77%
    ожидаемые фильмы
    Новые рецензиивсего
    СкарлеттScarlett43
    Поддубный20
    Планета обезьян: РеволюцияDawn of the Planet of the Apes40
    Я плюю на ваши могилы 2I Spit on Your Grave 252
    ЭкспатErased11
    все рецензии
    Сегодня в кинорейтинг
    Планета обезьян: РеволюцияDawn of the Planet of the Apes7.564
    Поддубный7.676
    ПревосходствоTranscendence6.585
    Оз: Возвращение в Изумрудный ГородLegends of Oz: Dorothy's Return5.266
    Миллион способов потерять головуA Million Ways to Die in the West6.177
    афиша
    о премьерах недели с юмором
    все подкасты
    Скоро в кинопремьера
    ГераклHercules24.07
    Стражи ГалактикиGuardians of the Galaxy31.07
    Черепашки-ниндзяTeenage Mutant Ninja Turtles07.08
    Неудержимые 3The Expendables 314.08
    Город грехов 2: Женщина, ради которой стоит убиватьSin City: A Dame to Kill For21.08
    премьеры