всё о любом фильме:

Бартон Финк

Barton Fink
год
страна
слоган«What's in his head»
режиссерДжоэл Коэн, Итан Коэн
сценарийДжоэл Коэн, Итан Коэн
продюсерИтан Коэн, Бен Баренхольц, Билл Даркин, ...
операторРоджер Дикинс
композиторКартер Бёруэлл
художникДеннис Гасснер, Роберт С. Голдштейн, Лесли МакДональд, ...
монтажИтан Коэн, Джоэл Коэн
жанр драма, триллер, комедия, ... слова
бюджет
сборы в США
зрители
США  1.5 млн
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
рейтинг MPAA рейтинг R лицам до 17 лет обязательно присутствие взрослого
время117 мин. / 01:57
1941 год. Молодой драматург Бартон Финк приезжает в Голливуд, чтобы писать заказной сценарий для одной из крупных кинокомпаний. Остановившись в ужасном отеле, он приступает к работе. Но дело движется медленно. Бытовые проблемы постоянно выбивают Бартона из колеи. К тому же, будучи человеком закомплексованным, он постоянно терзается муками творчества, отчего настроение ухудшается день ото дня. А все потому что Бартон не знает, чем закончится эта уникальная история, начавшаяся как сотни других.
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
91%
49 + 5 = 54
7.6
в России
2 + 0 = 2
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • Печатная машинка, которую использует главный герой, называется UNDERWOOD Universal.
    • Джоэл и Итан Коэн утверждали, что идея сценария о сценаристе в творческом кризисе пришла им в голову, когда они страдали от творческого кризиса во время работы над сценарием «Перекрёстка Миллера» (1990). Кроме этого, считается, что фильм частично основан на истории, происшедшей со сценаристом Клиффордом Одетсом.
    • Это первый фильм Джоэла и Итана Коэна, снятый не Барри Зонненфельдом (оператором выступил Роджер Дикинс, и фильм стал его безусловной удачей). Сам Зонненфельд появился в камео: он сталкивается с Бартоном Финком в ресторане.
    • Это первый фильм, который выиграл три главных награды (Золотую пальмовую ветвь, Лучший режиссёр и Лучший актёр) Каннского кинофестиваля.
    • Роли Джона Туртурро, Джона Гудмана, Джона Полито и Стива Бушеми — постоянных актёров Джоэла и Итана Коэна — изначально писались именно под них.
    • Основой для персонажа по имени Уильям Мэйхью, послужил лауреат Нобелевской премии Уильям Фолкнер, который в начале своей карьеры писал сценарий фильма о борьбе, и также как его персонаж, имел проблемы с алкоголем.
    • Внимание! Дальнейший список фактов о фильме содержит спойлеры. Будьте осторожны.
    • Концовка с птицей, ныряющей в море, получилась случайно. Джоэл и Итан Коэн рассказывали, что птица неожиданно попала в кадр, и так им понравилась, что они решили оставить.
    • Карл Мундт (загадочный убийца) — это имя бывшего главы комиссии, создавшей «чёрный список Голливуда» во времена маккартизма. Эта комиссия уничтожала карьеры сценаристов, актёров и кинодеятелей, замеченных в социалистических пристрастиях, как, например, Бартон Финк.
    • еще 5 фактов

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 9.5/10
    Нетрадиционное для американского кино, оригинальное по манере, кинематографически изобретательное творчество братьев Коэн (36-летнего на тот момент Джоэла, сценариста и режиссёра, 32-летнего Итэна, сценариста и продюсера), помимо признания у мировой критики, было вознаграждено в 1991 году «Золотой пальмовой ветвью» на Каннском фестивале вслед за фильмами «секс, ложь и видео» Стивена Содерберга и «Шальные» Дэвида Линча. «Бартон Финк» также был отмечен за режиссуру, а актёр Джон Туртурро вдобавок получил приз за главную мужскую роль. В Европе по этому поводу возникли пересуды о чрезмерном восхвалении американцев в Канне, хотя жюри и дирекция знаменитого киноконкурса трижды подряд поддерживали явно европеизированные работы самобытных художников, диктующих современную моду на иронически-интеллектуальный кинематограф. В нём виртуозно, а порой забавно переосмыслены жанры и стили Голливуда, легенды и мифы американского киномира, высмеяны архетипы общества, его подспудные настроения на рубеже 80-х и 90-х годов. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 63 поста в Блогосфере>

    ещё случайные

    Как говорят сами братья Коэн, замысел этого произведения родился у них во время творческого кризиса, когда они работали над «Перекрёстком Миллера». И нет никаких в этом сомнений. Ведь написать о муках творчества может лишь тот, кто сам эти муки пережил.

    Молодой драматург Бартон Финк, отпраздновав свой первый успех на Бродвее, принял приглашение поработать в Голливуде. И поехал он туда немного, а точнее много подзаработать, чтобы потом спокойно продолжать свою работу над театром для масс. Однако всё оказалось не так просто, как думал Финк. Кино — это не театр, здесь действуют уже другие законы. И ещё неопытный, а к тому же и закомплексованный Бартон, просто не знает, что и как ему писать. А отель, в котором он живёт, совсем не даёт настроиться на работу. Внешние и внутренние трудности постоянно терзают Финка. А намётки сценария должны быть готовы уже через неделю. Но, кроме пары строчек, он ничего из себя выдавить не может. И тут, он знакомится со своим соседом. Довольно странным, надо сказать. Но он становится Бартону опорой и лучшим другом в новом и незнакомом городе. Ещё он встречает знаменитого писателя Мэйхью, который давно спился и превратился в блеклое подобие человека и его подругу Одри, которая, несмотря на это любит его. И, чем дольше Финк прибывает в Голливуде, тем тяжелее становится его жизнь и, в конце концов, она превращается в настоящий ад. 

    Тема творческого кризиса не нова в кино. Однако Коэны преподнесли её в новом звучании. Сделав помесь чёрной комедии, острой сатиры, триллера, нео-нуара. Сделали они это настолько хорошо, что получили Золотую пальмовую ветвь и приз за режиссуру, ну и ещё один приз отошёл Туртурро. По этому поводу так негодовал Ларс фон Триер, который привёз свой фильм «Европа», получивший тоже три, но второстепенных приза. Он закатил в Каннах скандал и заявил, что никогда сюда больше не приедет. Но своего слова он не сдержал, и в 1996 его работа вновь состязалась с работой Коэнов «Фарго» (но сам Триер на фестиваль не приехал). На это раз Триер Коэнов опередил. Но то поражение во многом сказалось на творчестве датчанина. И, возможно, если не оно, Триер был бы совсем не таким, каким мы его знаем. А Коэны в 1991 праздновали свой заслуженный триумф. И ещё не раз они получат заметные призы на Лазурном берегу.

    Через год в тех же Каннах свой новый фильм представит классик американского кино — Роберт Олтмен. Этот фильм — «Игрок». Который кстати почти повторит триумф Коэнов и получит приз за режиссуру и мужскую роль. «Игрок» рассказывает уже о Голливуде настоящего. И мы видим, что со времён Финка мало что изменилось. Главный герой фильма Игрок — Гриффин Милл, который работает с многочисленными «бартонами финками», наводнившими Голливуд. Но многим молодым сценаристам с их идеями он вынужден говорить «нет». Но так ты можешь нажить себе много врагов. Гриффин, в конце концов, сталкивается с маньяком, который шлёт ему угрозы. Эти две картины великих американских режиссёр очень близки. Они показывают всю изнанку Голливуда. И представляют его, как настоящий ад, который засасывает, как трясина и из которого невозможно выйти чистеньким.

    Тема ада занимает особое место в фильме. И дело не только в невыносимой жаре и мелькающих в разговорах шестёрках. Дело в загадочном соседе. Может быть это — дьявол в людском обличии, который захотел заполучить душу талантливого драматурга. И образ этого соседа напоминает знаменитого Воланда из «Мастера и Маргариты» Михаила Булгакова. А Бартон сильно напоминает Мастера, который, написав свой шедевр о Понтии Пилате, особо никому не нужен. А Голливуд сороковых похож на Москву тридцатых годов. Может быть, Сатана выбрал местом своего нового бала Лос-Анджелес. А ведь его ещё называют городом ангелов, и ад в городе ангелов, это столь противоречиво и не сочетаемо. Но это не единственное противоречие в фильме. И Коэны сплели все противоречия воедино в главном персонаже, имя которого вынесено в название. Что касается произведения Булгакова, то проводит параллели между ним и «Бартоном Финком» можно очень долго.

    А Бартон Финк действительно невероятно противоречив. Он говорит, что пишет о народе и для народа, но, похоже, что делает он только первое. Куда простым людям душевные муки борца, им бы лучше драки этого борца посмотреть. А Финк всё хочет создать великое произведение. Но голливудскому боссу Липнику этого не надо. Ему подавай простое, как три копейки, развлекательное кино для работяг. Финк же думает о мыслящем пролетариате, чем он напоминает Чернышевского. Но Бартона никто не понимает. Не зря нам показывают сцену на танцах, где Финк кричит солдатам и матросам, что он писатель и творец, но вместо понимания, он получает по лицу. Народу подавай зрелищ, а не философские размышления.

    Особое место занимает финальная сцена. Где картинка, висящая на стене номера Финка, как бы материализуется. И вот, когда он видит девушку на пляже, в воду врезается птица. Братья говорят, что это случайность, но в это не хочется верить. Птица расшибается о воду, так же как и мечты Бартона расшибаются о «Фабрику грёз». И вообще финальная сцена наводит на размышления о, том, что всё или почти всё это сон Бартона, причём кошмарный. Но вот, когда начинается этот сон, а когда заканчивается непонятно.

    Гениальная сцена и когда Финк хлопает комара на теле Одри, и кровь растекается сначала на теле, а потом…

    Про этот фильм можно ещё много сказать. Можно говорить о великолепной игре Туртурро, о колоритный образах Гудмена и Лернера, о блистательной режиссуре Коэнов, о замечательной операторской работе Дикинса. Но лучше снова его посмотреть и окунуться в потрясающую атмосферу этого шедевра братьев Коэн.

    9,5 из 10

    25 октября 2009 | 12:48

    Перед нами, наверное, самый лучший и однозначно самый странный фильм братьев Итэна и Джоэла Коэн. Хотел посмотреть его давненько, но сомнения оставались, многие говорили, что фильм скучный, глупый и вообще не стоит тратить на него времени, другие же наоборот твердили, что это шедевр всех времен и народов, но чего-то внятного сказать не могли. Теперь после просмотра могу понять и тех и других, хотя у меня сформировалось несколько иное мнение.

    В первую очередь стоит отметить сценарий. Даже если не заглядывать в смысловую часть (но о ней чуть позже), то перед нами все равно прекрасная драма. Ритм повествования несколько медлительный, но нет ни одного лишнего эпизода и смотреть все равно очень захватывающе во многом за счет превосходной драматургии, отличный пример того, как сделать фильм, целиком построенный на диалогах чудовищно интересным. Великолепно прописаны персонажи (и опять же очень хороши диалоги между ними).

    Также стоит отметить превосходную режиссуру, этим фильмом братья перешли на качественно новый уровень (и, по мнению многих, до сих пор не зашли выше). Есть невероятная атмосфера, оставляющая очень долгое послевкусие. Вообще фильм какой-то очень ассоциативный, запоминается хорошо, но отдельные сцены просто напрочь въедаются в память (особенно последние двадцать минут повествования) и постоянно вспоминаются. Очень хорош видеоряд, особенно работа оператора Роджера Дикинса (между прочим, это его первый фильм у братьев Коэн) и стильный монтаж (его делали уже сами братья). И как всегда очень хорош саундтрек от Картера Бёруэлла.

    Приятно удивили актерские работы. Окончательно поразил Джон Туртурро, мне он последнее время все больше нравится, но тут окончательно добил (в хорошем смысле). С совершенно иной стороны открылся Джон Гудмен, это его самая лучшая роль в карьере. Отлично сыграли Джон Полито, Майкл Лернер, Джон Махони и Джуди Дэвис.

    А вот что со смыслом? И вот тут начинается самое интересное. На первый взгляд, фильм действительно «ни о чем», вроде бы кому какое дело до очередной истории из разряда «в фабрике грез все очень плохо». На второй же, более углубленный взгляд, начинаешь замечать огромное количество подтекстов, отсылок, метафор и аллегорий на самые разные темы, от литературы (практически сразу в голову приходит Франц Кафка) и кинематографа (кроме отсылок к различным фильмам есть и сатира на голливудскую киноиндустрию) вплоть до религии (недаром очень часто говорится о национальности главного героя) и аж устройства мироздания. Все это дело перемешивается в безумный коктейль с примесью здоровой порции сатиры, осилит не каждый. Но вот что самое интересное, на еще более углубленный взгляд замечаешь не более глубокие смыслы а «улыбающуюся рожицу» автора, насмехающегося над желанием зрителя познать нечто большее и говорящего что жить надо проще и не заморачиваться на всякую ерунду.

    Вывод: очень интересный и атмосферный фильм с хитрой смысловой составляющей. Понравится далеко не всем, но это уже классика кинематографа.

    10 из 10

    7 февраля 2011 | 20:27

    Бартон Финк — прославившийся в своих землях драматург. Благодаря удачно написанному сценарию и как надо поставленной сцене на одном из театров Нью-Йорка, сценарист был замечен одним голливудским продюсером, предложившем Финку подписать контракт на несколько лет вперёд. Так и произошло. Писатель перебирается из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, и, не смотря на крупное повышение, считает нужным себя вести тем же ничем не примечательным человеком: он снимает комнату во второсортном отеле и сразу сталкивается с несколькими проблемами: творческий кризис, комариный писк по ночам, а с обеих сторон номера то любовная пара занимается своим делом, то таинственный незнакомец то ли плачет, то ли смеётся.

    Бартон Финк не таинственный человек. Его легко понять, он излагает свою мысль ярко, правильно, придерживается не законам морали, а скорее философским критериям. Бартон Финк — это не великий философ, и не преданный муж, это обычный человек, который умел писать настолько блестяще, что Голливуд не смог принять такую галиматью, которую не сможет проглотить общая масса. Как сказал Джек Липник: «Это тоже самое, что собаку, приманивать морковкой: чуть погрызёт и выплюнет». Чертовски верно сказано, относительно общих масс. Бартон Финк не великий человек, но со своими принципами он смог выехать на планку выше, но вот только об этом человечеству не дадут узнать, а если бы и дали, то поняли бы его единицы.

    Бартон Финк никогда не хотел писать о великих людях. Его цель была показать жизнь обычного человека… самого обычного, который зарабатывает обычным образом, который имеет кучу однообразных особенностей, которыми владеет чуть ни каждый человек. Суть не в оригинальности и не в заезженных абстрактных драмах, которые сегодня уже устарели, а в выдавливании из обычных историй не сверх-истин, но как ни крути, мелких истин.

    В том то и дело! У каждого есть свои истории, надежды и мечты простого человека, такие же благородные, как у любого короля — ткань жизни… почему она не может быть тканью театра? © Бартон Финк

    И пока другие писатели отделяют себя от простого человека, от того, где они живут… так что естественно их работа страдает и превращается в пустой формализм © Бартон Финк

    Бартон Финк понимает проблематичную суть. Может она не всегда верна, это уже «в зависимости от…», но понимая это, он духовно возвышается над другими, не смотря на провалы в глазах масс и провалы в глазах Джека Липника, заставляющего писать и писать для Голливуда что-то голливудское, а не зарисовки для интеллектуалов. Бартон Финк попал в сущий ад…

    Почему-то я постоянно представлял на месте Бартона Финка одного из братьев Коэнов. Такое ощущение охватило, что они сняли фильм о человеке с их мыслями. А мыслят они не для масс, и, слава Богу, потому что к ним я себя относить никогда не буду, ибо противно мне смотреть, как люди смеются над глупыми шутками и живут благодаря адреналину в боевиках…

    «Бартон Финк» понравится людям, которые понимают суть глобальной глупости. Тут далеко не надо копать, тут просто надо понять. Не понимающие и живущие по принципу не Бартона Финка могут смело этот фильм пропустить, ибо их «философия» и понимание не смогут подружиться с этой картиной.

    Но я говорю — Молодцы Коэны! Не смотря на не глубокий, но чертовский правильный смысл, которым приятно делать пощёчину белой перчаткой противной массе, я снимаю шляпу и кричу: «Браво!», ибо фильм для размышлений, до которых хоть и не глубоко копать, но которой приятно делать пощёчину… ой, я повторяюсь. Наверное, мне просто чертовски нравится эта тема, про массовую примитивную похлёбку, которую они зачерпывают с разноцветных фарфоровых тарелок, когда можно было черпать полезные витамины с деревянных чашек.

    Не удивляюсь, что Каннскому Фестивалю понравилось, как людям указывали на их примитивность. Не сдержались, и вручили «Золотую пальмовую ветвь». Конкурентов не знаю, но уверен, что у них оказалась менее приятная тема, для питательного обеда.

    8 марта 2008 | 14:38

    Моя 50-тая юбилейная рецензия, посвящена фильму Братьев Коэнов, который в далёком 91 году получил «Золотую пальмовую ветвь» — Бартон Финк. Надо сказать, что я очень страстный поклонник, может даже фанат их творчества, ведь эти братья делают кино не похожими ни на какие другие, их фильмы просты, но в тоже время с философским подтекстом, их истории, которые могут произойти или уже происходили со всеми, их стиль непоколебим и не повторим, их юмор всегда искромётный и чёрный, они любят детализировать.

    В их 4 по счёту фильме мы наблюдаем придурковатого драматурга еврея, которого зовут Бартон Финк (Джон Туртурро). Успеху его спектакле в Нью-Йорке сулило большое продолжение его писательской карьеры в Голливуде, куда его пригласил один из владельцев крупной компании «Кэпитал Пикчерз» Джек Липник, человек, который родом из Минска, а это по его словам, не далеко от Нью-Йорка.

    Поселившись в мрачном отеле, который можно сопоставить с помойкой — по словам одного из героев фильма, Барт начинает писать сценарий к фильму о борце Уолли Бирри, но услашав за стеной протяжный рёв, муза его улетела из его головы надолго. Только одно утешало Барта в этом далёком от его дома месте, это Чарли из соседнего номера, габаритный дядька, который всегда готов выслушать товарища и помочь в трудную минуту. Но действия поворачиваются совсем в другую сторону, когда Барт тихонько шлёпает комара на теле спящей рядом с ним девушки Одри, которая «помогала» ему в написании рассказа…

    Братья написали этот сценарий, будучи сами в творческом ступоре над фильмом «Перекрёсток Миллера», как и герой этого фильма Бартон Финк, муза к которому всё таки вернулась. Джон Туртурро завсегдатай коэновского арсенала актёров, сыграл наверное самою свою лучшую роль, ведь Бартон Финк в его исполнении стал такой культовой фигурой, как Индиана Джонс — Харрисон Форд или Терминатор-Шварценнегер. Застенчивый, немногословный, скромный и в тоже время взрывной, уверенный. Джон Гудман, ещё один коэновский актёр, тоже как всегда на высоте, мне этот актёр, чем-то напоминает дядьку из «Бриллиантовой руки», которому принадлежат слова: «Дурик, ты чего усы сбрил?!». Также стоит выделить и Майкла Лернера, того самого из Минска.

    Конечно в фильме порадовали всякие эпизоды: как Липник целовал ногу Финку, отклеивающиеся обои, как Финк комара убил… Также остался открытым вопрос: Что же лежало в коробке?!

    Фильмы Братьев Коэнов для меня как нирвана или дайвинг в которые погружаешься по уши, данный триллер не стал исключением.

    10 из 10

    22 июня 2011 | 23:54

    Плюсы и минусы. Очаровательная, завораживающая картинка буквально каждого эпизода, каждого кадра, каждого движения или мимики. Это неповторимый сказочный мир фильмов Коэнов. Он особенный.

    Весь фильм «пропитан» миром звуков, очень тонко и правильно подобранных.

    Главный герой рассуждает о своём творчестве очень здраво и метко. Это не просто рядовой писатель, использующий банальные книжные штампы, это открыватель нового жанра в творчестве — творчества о простых людях и для простых людей. Именно благодаря этой свежей струе он и стал знаменит, но вдруг источник вдохновения иссяк…

    Бартон кажется постоянно заторможенным, унылым, находящимся в прострации. Очевидно, что у него творческий кризис, и автор фильма очень удачно это отразил. С другой стороны возникают сомнения, а есть ли у него вообще талант? Ведь за долгое время исканий он не может найти нить, дёрнув за которую начнёт распутываться клубок интересной истории для его нового произведения. Став знаменитым благодаря своему творчеству в одном городе, он почему-то никак не может сосредоточиться для следующего рывка на новом месте. Но кризис ли это, или зритель видит унылую бездарность? Фильм не даёт ответа на этот вопрос. Творческие муки — вот весь фильм.

    Но наконец — случилось! «Фонтан» заработал, хотя по сценарию и остался неоценённым… Главное тут в том, что именно послужило толчком, — это уже чисто коэновское.

    Одна из финальных сцен — «единение с народом» на танцах. В ней неплохо отображена та пропасть, которая отделяет «творца для народа» от самого народа. «Творец» и народ — разные субстанции, не понимающие и не знающие друг друга на самом деле. Народу нужны хлеб и зрелища, а «творец» хочет преподать ему высокое…

    … Какая-то странная, необъяснимая эпопея с маньяком, никак не вяжущаяся со смыслом фильма. Зачем она?.. Странные детали, безусловно, являются коронными «фишками» Коэнов. Но вдруг такое… Я не понял. Хотя, в некотором смысле благодаря этому картина с особенной силой подчеркнула одиночество простого человека, его беззащитность перед миром акул бизнеса, перед власть имущими. Да и без этого не было бы криминальной составляющей, без которой Коэны — не Коэны.

    Детали бытовой неустроенности, на мой взгляд, могли бы быть более выраженными. Возможно, для американского обывателя они и так уж слишком неприемлемы, но номер гостиницы мне вовсе не показался невыносимым (Коэнам бы в наших коммуналках или общагах пожить с месячишко, вот где открылся бы кладязь материала!). Отклеивающиеся обои? — какая мелочь, закрепи их кнопками! Тех денег, которые Бартон получал за недельную работу, вполне могло хватить для найма лучшего жилья. Почему он остановился в дыре, где его всё отвлекало от работы? Тут как-то нарушена логика.

    … Сцена с горящим коридором — это что-то!

    Вывод. Смотрел с интересом, как и любой коэновский фильм. Но в целом он мне не понравился. Пустой какой-то.

    23 октября 2012 | 12:20

    Конечно в Америке 40-х можно было быть чудаковатым, идеалистически настроенным, простодушным евреем, мечтающем о создании нового театра для масс, можно было даже написать и поставить пьесу о торговцах рыбой, и получить свои 15 минут славы на Бродвее, но соваться на волне сиюминутного успеха в Голливуд не стоило.

    А все, потому что, сколь бы неадекватен и чудаковат не был ты сам, твое безумие покажется мелкой речкой в океане безумия «фабрики грез». Реальность превратится в кино, кино в кошмар, и в результате ты окажешься комичным персонажем картины в собственном гостиничном номере.
    Не стоит писать сценарии о душевных муках героя, если от тебя ждут картину о борце в тесном трико. Да и вообще писать не стоит, потому что все великие романы великих писателей-пьяниц уже давно написаны их самоотверженными секретаршами-любовницами.

    Голливуд это место, где хочешь-не-хочешь расстанешься с иллюзиями и остатками разума одновременно, оказавшись среди персонажей самого дурного нелепого и непредсказуемого фильма — реальности.

    «Этим сумасшедшим домом управляют конкретные сумасшедшие, а не кто угодно с улицы» и «туристу с пишущей машинкой» жить «на этой помойке» никак невозможно.
    Великий фильм, самых великих после Люмьеров братьев. Дальше писать бессмысленно, нужно просто смотреть, потому что если бы кино было бы возможно описать словами, то снимать было бы уже незачем.

    Туртурро, Гудман и все прочие не просто великолепны а гениальны. Фильм сделан талантливо и профессионально начиная с режиссуры и заканчивая титрами. Образец стиля и мастерства приправленный завидной долей гениального безумия.

    Беспрецедентный в истории кино случай — три главных приза Каннского фестиваля, лишь скромное признание его достоинств.

    27 мая 2008 | 02:40

    Не в первой меня разочаровывают братья Коэны. Будем откровенны, «Intolerable Cruelty» и «O Brother, Where Art Thou?» — второсортные фильмы, которым можно официально дать новый жанр: «без названия». Что может быть хуже не смешной, даже без вложенной идеи смеха, комедии? То же, примерно, касается и фильма «Barton Fink». Отдалённо напоминающий «8½" Федерико Феллини фильм Коэнов пошёл дальше — от прелюдия к сексу. Выжав максимум из идеи о сценаристе, который не пишет, Коэны плюхнулись в любимый, для себя, жанр криминала, в котором у них, бесспорно, получаются замечательные вещи.

    Печальные времена требуют печальных мер. Столь острую тему, как сценаристы, которые хотят писать для людей, а не для хрустящей, в заднице у продюсеров, бумажки — нельзя не затронуть. Особенно, если сами создатели являются такими же. От части, мне так кажется, братья послужили прототипом своему герою. Герою, который не смотря ни на что — оставался таким, каким был. Некое проявление внутреннего патриотизма.

    Но вся эта колесница с глубокой мыслью движется очень медленно, что заставляет зрителя, в прямом смысле этого слова, засыпать. Возможно это и не вина создателей, возможно такой уж зритель попался — вредный, который ни капли не сопереживал персонажам фильма, а уж когда случилось первое убийство без промедления понял, кто тот самый маньяк. Бывает.

    И что интересно — вроде бы и сценарий не так уж ужасен, но что-то есть в этом фильме отталкивающее. Очень-очень мне не понравились образы в фильме. Без объяснений. Какой-то стереотипный еврей-писатель, весёлый толстяк, продюсер-подстилка, шовинисты-детективы. Так же — не впечатлил финал фильма. Мне совсем не интересно, что лежало в коробке — мне интересно, почему не было интересно Бартону, что лежало в коробке.

    Псевдо-фильм, наверное так. Ибо, по другому «Бартон Финк» — не воспринимается. Фильм на любителя, однако этих любителей, как оказалось (исходя из оценки), очень много. Я не один из них. Я не увидел в фильме ни чего, что могло бы каким либо образом, хотя бы, не заставить уснуть меня.

    21 декабря 2010 | 15:20

    Слово — одно из величайших изобретений человечества, позволяющее не просто обличать свои мысли в нечто более материальное, но и замещать поток сознания в своей голове складным набором звуков играя оттенками значений. И кому какое дело, что они не отражают действительности бережно хранимой в черепной коробке или в грудной клетке или в чем-то вечном и бессмертном. Весьма занятно, что реальный страх показать себя идет бок о бок с одержимостью в поиске откровенности в окружающем пространстве. Слово «настоящий» самый явственный маркер популярности и является лучшей похвалой чему бы то ни было. И наверное поэтому он-лайн дневник умирающей девушки бьет рекорды по посещаемости, хотя кому какое до нее было дело всего за минуту до оглашения диагноза, приговора если угодно, а теперь есть шанс присосаться и напиться откровений вдоволь, поскольку этому человеку прятаться уже не имеет смысла.

    Бартон Финк — начинающий писатель, стремящийся передать хоть толику реальности, ключевым словом в описании которой является термин «простота», своего рода идеалист, который пытается не продать свои авторитеты за расширение зоны комфорта и повышение социального статуса. Благородная позиция, которая, впрочем, недолговечна и так легко оттеняется ошибочным мнением, что ты все еще можешь успеть. Просто чуть позже. И оказавшись в чужеродной среде, связанный словом и чернилами, оставленный вдохновением, не имея дружеского плеча и воочию наблюдая крушение кумиров, оказавшихся колоссами на глиняных ногах, работающих на сорокаградусной «социальной смазке», он неожиданно обретает удивительное количество свободного времени для саморефлексии. Не удивительно что элементарное проявление доброты и участия воспринимается на этом фоне как манна небесная.

    Весьма занятно наблюдать за развитием ситуации глазами того, кто находится по ту сторону прозрачной стенки, емкости с водой, поставленной на медленный огонь — градус неуклонно приближается к критической отметке, а вокруг видимость повседневности и обманчивое впечатление локальной безопасности, до того самого момента пока дверца ловушки не захлопнется с характерным звуков взводимого курка и не появится ощущение скользящего узла на лодыжке. Но, право, что делать когда щелчок пальцами, по количеству выделяющейся энергии, сопоставим с разрывом оборонительной гранаты? Шок. Вязкая жидкость красного цвета уже впитывается в матрац, под аккомпанемент «соль» третьей октавы в твоем исполнении, а рассудок в этот момент обгоняет кванты света на пути в бесконечность.

    А вокруг уже XIII круг ада, и твоими усилиями в том числе. Бежать поздно. Спасать некого. Осталось одно — бесплодные поиски умиротворения.

    9 из 10

    14 декабря 2009 | 00:39

    Фильм является смесью реальности и сна. В первой части происходят реальные события: известный в Нью-Йорке писатель переезжает в Голливуд, дабы заработать неплохие деньги за написание сценария для фильма. Бартон попадает в гниющий изнутри противный отель, который, как мне кажется, является символом Голливуда. Писатель знакомится с дельцами кинобизнеса, которые ничего не смыслят в кино и искусстве, но умеют делать деньги в короткие сроки, не всегда честным путем. Критикуется массовая культура снятых на конвейере низкопробных фильмов. Глубокие произведения здесь не ценятся, ибо они плохо продаются и не воспринимаются публикой. В Голливуде Финк знакомится со своим кумиром, писателем Уильямом Мэйхью, который отгораживается от реальности либо творчеством, либо «плотиной из спиртного». Бартон симпатизирует его секретарше, которую затем наделит во сне даром писателя и отнимет его у Мэйхью, в котором он разочаровался. В отеле Финк узнает Чарльза Мэдоуса, «простого парня», который показывает ему прием борьбы, о которой Бартон пишет сценарий.

    Затем происходят необычные и нереальные события, которые легче всего, по-моему, понять, приняв все происходящее за сон. Механизм сна таков, что психика человека успокаивает себя, создавая желаемые визуальные образы, которых не достает в реальности. Именно поэтому к Бартону Финку во сне приходит желанная им секретарша Уильяма Мэйхью, которая к тому же написала несколько книг для Мэйхью. Также во сне он заканчивает свой сценарий, который оказывается лучшей работой всей его жизни и то, что она не нравится Голливудскому боссу, только доказательство тому. Нередко нам снятся кошмары, именно так и можно трактовать убийство любовницы Финка, деятельность его соседа-маньяка, который все же наказывает полицейских-антисемитов, унижавших писательский талант Финка. Также очень красноречива сцена, когда Джэк Липник целует ему ноги и всячески хвалит писателя. На самом деле к нему относились скорее пренебрежительно, как и к сотням таких же сценаристов второсортных фильмов. Но во сне ведь возможно все. В финале главный герой оказывается на пляже с девушкой, которую он видит на картинке, что могло случиться только во сне.

    Один из тех фильмов, которые сложно трактовать однозначно. Важно, что фильм побуждает к работе мысли по воссозданию целостной панорамы происходящего в картине.

    9 из 10

    19 июля 2010 | 18:10

    To be honest, uh,
    I`m never really comfortable
    discussing work in progress.
    I got it all worked out in my head,
    but sometimes,
    if you force it into words prematurely,
    the wrong words,
    well, your meaning changes in…
    Changes in your own mind
    and you never get it back.
    So I`d just as soon as not talk about it.


    Это прекрасно! Посмотрел очередную замечательную картину от братьев Коэнов, и тут просто невозможно удержаться от написания рецензии.

    Что мы видим в этом фильме?

    На первом плане Джон Туртурро. Замечательно исполненная роль внезапно обретшего признание писателя, который находит компромисс между своими принципами и потенциальными возможностями влекущими многих амбициозных сценаристов в эту знаменитую долину города грехов. Писатель видит искусство в простых людях, в их незамысловатых рутинных делах, но не может придумать ничего возвышенно нового. Желая обрести приток творческих идей, он поселяется в обветшалом отеле, в комнату расслаивающуюся от жары, которая становится последним пристанищем его здравого рассудка.

    Ключевым моментом нам предстает непримечательная картина над рабочим местом в этой комнате. Пытаясь выжать из себя желанный сюжет, писатель постоянно обращает свой взгляд именно к ней. Режиссеры отражают этот образ в конце фильма, возможно символизируя своеобразную точку отсчета медленно нарастающего безумия.

    Джон Гудман как всегда заслуживает особых похвал. Этот человек создает в себе удивительные образы, прекрасно передающие характер персонажа и за которыми всегда приятно наблюдать.

    Стив Бушеми безупречно исполнил роль служащего гостиницы. Его непродолжительное экранное время определенно добавило фильму своеобразной атмосферы.

    Говоря о смысле вызывающих вопросы эпизодов, можно долго углубляться, и так и не дойти до сути. Так вот мое мнение, что не столь важен сам смысл, а скорее ощущение и мысли, которые возникают во время просмотра этих эпизодов. В них раскрываются непередаваемые ощущения человека с нестабильной психикой и эмоциональным расстройством. Как будто мы глазами психически больного человека видим всё происходящее в его палате.

    Что же было в коробке? Конечно же голова! Что же ещё.

    Или нет. Никто не узнает, пока не откроет эту чертову коробку. Может быть и не было никакой коробки…

    Отдельное внимание Коэны как обычно выделяют звукам. По-моему звук — основа их фильмов, одна из деталей на которых ставится сильный акцент, и придающая их работам непревзойденную атмосферу, позволяющую немного (а иногда очень даже много) вжиться в происходящее на экране.

    Не знаю чем закончить этот текст. Хороший фильм получился.

    25 сентября 2015 | 23:45

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>