всё о любом фильме:

Дуэлянты

The Duellists
год
страна
слоган«Fencing is a science. Loving is a passion. Duelling is an obsession»
режиссерРидли Скотт
сценарийДжералд Воэн-Хьюз, Джозеф Конрад
продюсерДэвид Паттнэм, Айвор Пауэлл
операторФрэнк Тайди
композиторХовард Блейк
художникПитер Дж. Хэмптон, Брайан Грейвз, Том Рэнд
монтажПамела Пауэр
жанр драма, военный, ... слова
бюджет
$900 000
премьера (мир)
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
рейтинг MPAA рейтинг PG рекомендуется присутствие родителей
время100 мин. / 01:40
Номинации (1):
К сожалению, двадцатый век лишил сильную половину человечества возможности выяснять отношения между собой в смертельных поединках. Но во времена военных кампаний Наполеона дуэли были традиционным способом для того, чтобы проставить все точки над «И».

Если противники не могли придти к полюбовному соглашению и не находили возможности помириться, проливалась кровь. Эта картина рассказывает о роковом и жестоком противостоянии двух офицеров французской кавалерии, которое возникло по нелепой случайности и длилось многие годы.
Рейтинг фильма

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    Трейлер 02:55

    файл добавилvic1976

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 19 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    По воле рока так случилось, иль это нрав у нас таков… Да, дело определённо именно в особенностях характера и фатум не имеет к этой истории никого отношения. Ведь исключительно благодаря вспыльчивости и невоздержанности лейтенанта Феро и чрезмерной воспитанности и принципиальности лейтенанта д’Юбера один случайный неловкий эпизод обернулся поединком длиной в пятнадцать лет. Узкие улочки Страсбурга сменяли заснеженные просторы негостеприимной России, место продажных женщин занимали юные очаровательные барышни из высшего общества, Наполеон отправился на Эльбу, Людовик XVIII — во дворец, мода наконец позволила отрезать дурацкие косички и надеть брюки вместо лосин, но одно оставалось неизменным. Д’Юбер всегда спиной чувствовал внимательный оценивающий взгляд своего противника, и это вечное присутствие безмолвного преследователя сводило с ума, заставляло забывать себя, оставляя лишь один стучащий в висках вопрос: «Почему?» Мир сузился до единственной, но, увы, недостижимой цели: положить конец мучительной многоактной дуэли, и неважно, придётся для этого умереть или убить самому.

    В своём первом полнометражном фильме Ридли Скотт чётко обозначает интересующую его проблему: пересечение двух множеств с разными свойствами, противостояние полярных на первый взгляд типов личности. Режиссёр будет изучать заявленную тему, ставя своих персонажей в различные условия, сталкивая человеческое с нечеловеческим, увлечённых безграничной властью правителей с разжалованными в рабы генералами, заигравшихся в героев юристов с безжалостными наркодилерами. Он заставит своих героев гнаться друг за другом, чтобы в финале они схлестнулись в зрелищной схватке, исходом которой, конечно, послужит победа условного добра над условным злом. Разумеется, условная победа. Концентрируясь на одном поступке, кардинально меняющем вектор движения персонажей, Скотт подробно выписывает психологические особенности таких разных на первый взгляд характеров, чтобы логическая цепочка причин и следствий привела к единственному возможному выводу и своеобразному единению двух противоположностей, которые не могут существовать друг без друга. И «Дуэлянты» являются лишь своеобразным пробным шаром, пущенным в плотные ряды кеглей. Страйк?

    Определённо, ведь драматическое противостояние двух офицеров французской армии на фоне безусловно ярких исторических событий на поверку оказывается не просто противоборством олицетворений чести и бесчестья. Отчаянный в попытках защитить свою репутацию д’Юбер, это воплощение молодого Эдмона Дантеса, ещё верящего в справедливость, сумел сохранить человеческое лицо почти до последнего. Почти, ведь сражаться ему пришлось с самим собой. Лейтенант, капитан, а потом и генерал Феро являл собой воплощение того, чем может стать человек, одержимый лишь одной жаждой, жаждой мести. Обидчиком мог бы стать любой, и исход схватки совершенно неважен, ведь смысл заключается в самом её существовании. Монте-Кристо, в которого превратился Дантес, так прочно сросся с однажды примеренной маской Немезиды, что забыл о том, кем был на самом деле, подчинившись придуманной им самим интерпретации давно канувших в Лету правил. Д’Юбер, послушно следовавший по заботливо протоптанной для него тропинке, почти дошёл до цели, однако искушение сохранить остатки своей ещё не до конца разрушенной жизни оказалось слишком сильным. Волки станут сытыми рядом с нетронутым стадом только если съедят пастуха, но для героя эта истина так и останется недоступной. Ранив одним только словом, он уйдёт в своё, как ему кажется, светлое будущее, раскрашенное зарёй цвета сладких апельсинов, оставив одиночество, скуку и высасывающую душу пустоту делать своё чёрное дело. Д’Юбер и Феро умерли, сами того не заметив, а из обломков того, что каждый из них называл честью, появилось нечто новое, уже не жертва, но ещё не палач, с рождения искалеченное ущербным пониманием гордости и достоинства.

    И глянет мгла из всех болот, из всех теснин, а мелкие морщинки вокруг безжизненных глаз одного из героев напомнят о потраченном впустую бесценном времени. Но камера не будет останавливаться надолго на этом кадре, и оператор предпочтёт сфокусироваться на передаче счастья мнимого победителя. Сосредоточившись на психологии одного персонажа и детективной составляющей сюжета, заставляющей гадать об истинной причине раздора дуэлянтов, Скотт слишком сгустил атмосферу и забыл о том, что второму герою тоже нужен воздух. Смещение акцентов и очевидная демонстрация авторских симпатий помешала полноценному раскрытию характера антагониста. В результате его история осталась лишь пунктирной линией на ярко раскрашенной карте жизни д’Юбера, а сам он превратился в страшный своей загадочностью призрак, материализующийся только в финале фильма, когда нужно торопиться довести зрителя до катарсиса, а на объяснения времени уже не остаётся. О генерале хотелось поплакать, пока он живой, но Скотт лишил зрителя этой возможности, акцентируя внимание на теплоте счастливых улыбок и свисте летящего с души камня. И в самом деле, ведь Франция снова стала монархией, а, как говорила одна известная фаворитка одного известного Людовика, после нас хоть потоп.

    17 декабря 2013 | 20:44

    «Дуэлянты» — фильм замечательный. Ридли Скотт на высоте. Несмотря на то, что сюжет фильма в общем спокоен и неспешен, когда дело доходит до боевых сцен, просто глаз нельзя оторвать. и дело не в приёмах фехтования, а в напряжённости боевых сцен, их эмоциональной наполненности, драматургии. Хотя боевые сцены недолги, а промежутки между ними заставляют зевать.

    Операторская работа характерно британская, напоминает фильм «Джен Эйр» (по общей цветовой гамме) и… программу канала ВВС «Top Gear», где для эффекта величественности любят зарисовывать небо красным или просто тёмным цветом, который сгущается кверху. Если не ошибаюсь, «Дуэлянты» был первым фильмом, в котором использовался такой эффект.

    9 из 10

    26 ноября 2008 | 21:11

    В первой полнометражной режиссерской работе Ридли Скотта «Дуэлянты» в течение полутора часов зритель может наблюдать увлекательные перипетии пятнадцатилетнего жестокого противостояния двух офицеров бонапартистской армии Габриэля Ферро и Армана Юбера. Причиной его возникновения и последующего развития послужило роковое стечение обстоятельств и патологическая мстительность одного из главных героев. Конфликтные взаимоотношения сопровождают персонажей на протяжении различных этапов их жизненного пути — и в мирное время, и в годы военных походов, а разъедающая сердца обоюдная ненависть выплескивается в кровопролитных дуэльных поединках. Вот только для Ферро стремление свести счеты с обидчиком превращается в некую навязчивую идею, со временем обретающую черты единственной цели в жизни. А для Юбера возникшая ситуация становится похожей на кошмарное наваждение, от которого он и рад бы, но не в силах избавиться, находясь в плену у правил офицерской чести.

    Являясь несколько прямолинейными по форме, «Дуэлянты» в своей содержательной основе компенсируют предсказуемость развития сюжетных линий главной сценарной темы безупречно проработанными образами действующих персонажей, а также ненавязчивой реконструкцией громких историко-политических событий, которые сотрясали Францию в 19 веке (начиная от амбициозных военных кампаний императора Наполеона и заканчивая сокрушительным крахом его империи). Однако общеисторическим деталям Скотт уделяет второстепенное значение, грамотно используя их в качестве сюжетных элементов, дополнительно привлекающих зрительский интерес и сопровождающих происходящий на их колоритном фоне сугубо личностный конфликт центральных персонажей.

    Помимо эффектного действия, картина «Дуэлянты» представляет на зрительское обозрение насыщенные эмоциональными красками и всесторонне раскрытые психологические портреты главных героев. Их фигуры в некоторой степени символичны и на человеческих примерах наглядно демонстрируют зрителю, что значит честь (фигура Юбера) и что — бесчестье (образ Ферро). Режиссер детально обозначает на экране неоднозначные в толковании принципы дуэльного кодекса, в своем содержании имеющие множество тонкостей и нюансов, что, в свою очередь, позволяет понимать мотивацию ряда поступков, совершаемых героями. В частности, Арман Юбер вынужден лавировать между этими «подводными камнями» и на протяжении долгих лет находиться в состоянии заложника указанных формалистских правил. А безрассудно затянувшееся противостояние постепенно начинает превращаться для него в настоящий кошмар. Рискуя карьерой и жизнью, Юберу из года в год, вопреки собственной воле, приходится отвечать согласием на непрекращающиеся дуэльные вызовы своего неугомонного противника.

    Не претендуя на высокохудожественность и глубокую смысловую значимость, простая с первого взгляда история двух мужчин, стремящихся убить друг друга, не «потеряв лица» и уважения окружающих, трудами постановщика и талантливых актеров по мере своего развития превращается в историю захватывающего столкновения сильных мужских характеров, принадлежащих неординарным личностям. И в связи с неизбежно производимой на протяжении всего фильма зрительской оценкой главных героев невозможно оставить без внимания Кита Кэрредина и Харви Кейтела, которые с блеском и на ощутимом кураже исполнили свои роли. Созданные ими образы получились запоминающимися, эмоционально яркими, живыми. По всем качественным показателям кинопроизведение «Дуэлянты» явилось серьезной заявкой на успех будущего создателя мировых блокбастеров. А прошедшее вслед за появлением картины время лишь только подтвердило обоснованность заявленных Ридли Скоттом творческих претензий.

    From SuRRender special for Macabre

    8 из 10

    12 августа 2009 | 01:06

    Два прекрасных мужа французской породы, гусарской службы, возраста среднего, славные любовью к напомаженным усикам, искусно завитым косичкам, туго обтягивающим попки штанишкам и аксельбантам, позолоченным не хуже, чем на парадном мундире Бори Моисеева, сталкиваются лбами в аристократическом салоне. Искра страсти, горячей и вечной, мгновенно вспыхивает между ними. Один тотчас тащит другого в свою уютную, жарко натопленную комнатку с разобранной взбито-обширной постелью, бормочет что-то невнятное и, не тратя времени попусту, предлагает прямо здесь скрестить шпаги. И вроде зритель понимает, что речь идет о банальной дуэли, но с другой стороны черт их знает, этих растленных французов, о каких шпагах здесь речь, благо и кружева, и томные перины как бы намекают, и уж не удивишься, если пламенный Кейтель заключит не менее пламенного Кэрредина тут же в комнатке в объятья и скрепит настоящую гусарскую дружбу жарким поцелуем: «Я люблю вас, корнет…».

    Дуэль, однако, состоялась, герои дрались нещадно на шпагах в саду, Харви атаковал Кита и спереди, и сзади, но был бит, как молодой щенок, изранен, и затаил в своих усиках-косичках обиду, ненависть, удивление и толику страстной томительной надежды встретиться со своим недругом снова. Кажется, это начало прекрасной мужской дружбы. А на дворе между тем начало девятнадцатого века, разгар наполеоновских войн, толпы мужчин в красивых военных костюмчиках гоняются на симпатичных лошадках друг за другом по разоренной Европе. В этой сумятице открывается множество оказий для нашей пары не раз еще обменяться яростными ударами и красиво попозировать в кадре на зеленой лужайке с рапирой в одной руке и розой в другой.

    Ясно, что молодой режиссер Ридли Скотт не хотел создавать гей-драму в стиле ампир. Скорее на пленку должна была лечь квинтэссенция многих сюжетов о двойнике, преследователе, Черном человеке, Сильвио из «Повестей Белкина» или Уильяме Уильсоне Эдгара По. История про странную вражду, выросшую из пустяка и затмившую глаза двум людям, про замкнутый порочный круг, выйти из которого одному мешает слепая беспричинная ненависть, другому понятия аристократической чести и приличий, вражду фигур почти символических — учтивого и размеренного северянина-аристократа и нервного, вспыльчивого южанина-разночинца. Однако рваный ритм, невнятная завязка и мотивации персонажей, сбивающийся хронометраж отдельных эпизодов скомкали фильм, обрушив сквозной сюжет, как карточный домик, составив, в итоге, историю про двух великосветских балбесов, страдающих ерундой то ли от безделья, то ли от недалекого ума, то ли из-за сладости отведанного запретного плода.

    И не важна изначальная задумка режиссера, все-равно на экране под всеми наслоениями старинной военной формы, садов и особняков можно разглядеть историю о двух влюбленных, сублимирующих табуированное в мачистском обществе наполеоновской эпохи чувство посредством нескончаемой череды поединков и ссор, скованных воедино щемящим влечением и отказывающихся ради своей потаенной страсти и от женщин, и от незамысловатых походных утех. Потративших жизнь на то, чтобы пробиться в очередной раз через моря и горы к своему недругу только, чтобы сказать, как сильно ты его ненавидишь и влепить пощечину. К вящей иронии финалом и развязкой двадцатилетней вражды служит женитьба одного из дуэлянтов, окончательное вето, знак перехода на гетеросексуальную сторону, своеобразный финиш, когда становятся бессмысленными редкие яростные встречи, после которых откидываешься в изнеможении не на подушки алькова, а на траву-мураву с пробитой, в очередной раз, заклятым возлюбленным, грудью.

    Что же, дебют Ридли Скотта оказался, как минимум, неординарным, снискав овации и призы множества европейских кинофестивалей, которые и поныне стабильно высоко оценивают различные гомосексуальные драмы. После «Дуэлянтов» режиссер не раз возвращался к исторической тематике, да и к своеобразным нестандартным сюжетным линиям — можно вспомнить, хотя бы, весьма специфические отношения императора Коммода со своим преданным генералом Максимусом. Кейтель с Кэрредином разлетелись, каждый в свои родные края и обрели, вернее утвердили, репутацию многогранных актеров. А нам достался спорный, скомканный, странный фильм в котором, как в калейдоскопе, каждый желающий может разглядеть, разгадать и выбрать свою трактовку, как и поступил ваш преданный слуга.

    16 декабря 2013 | 07:44

    История двух людей, намертво спаянных чувствами, далекими от дружеских, напоминает дуэльный этикет: с виду она безупречно бесстрастна. Она вполне может показаться скучной — где действие, черт побери? Но под обманчивой сдержанностью спокойного течения фильма живет неутихающее голодное пламя: ненависть. Она, не слабея, проходит через годы великих потрясений, оказываясь страстью более глубокой, чем радость побед и скорбь по миру, ушедшему под летейские воды.

    Вражда, начавшаяся с недоразумения, становится наваждением для Феро и проклятием для д’Юбера, но, кажется, мало-помалу и здравомыслящий д’Юбер втягивается в это опьяняющее, разрушающее безумие войны ради войны, боли ради боли, риска ради риска.

    Они равны. Оба — офицеры наполеоновской Великой Армии, не уступающие друг другу ни в храбрости, ни в степени владения воинскими искусствами, ни в чинах, которые получают почти одновременно. Разница лишь в том, что бешеный безумец Феро — однозначно «плохой», а человек спокойной смелости д’Юбер — безусловно, «хороший». Однако за время, что длится этот короткий, точный в каждой детали, ювелирно отточенный, полный внутреннего напряжения фильм, в этом раскладе что-то неуловимо меняется. Не отнимая симпатии у д’Юбера, зритель начинает все с большим интересом и уважением смотреть на его смертельного врага, казавшегося вначале чем-то вроде опасной докучливой собаки. Чем ближе к финалу, тем явственнее проступают в Феро черты трагического героя, и не случайно именно ему — уничтоженному, одинокому и потерявшему всё, безвозвратно утратившему не только молодость, но и время, для которого он был рожден, — ему, крупному плану его лица с упрямыми старомодными усами, доверено взять последнюю ноту в пьесе «Дуэлянты».

    Феро, всеми и вся объявленный де-факто живым мертвецом, одет в нелепые, оставшиеся от иной эпохи, бедняцкий сюртук и треуголку. От преданных полков остались двое нищих друзей — их старые сюртуки и треуголки точно такие, как у Феро, — об их недавнем блестящем прошлом помнит, наверное, уже лишь один д’Юбер. Феро стоит над не волнующим его идиллическим пейзажем, думая о том, что теперь уже все кончено — теперь уже навсегда.

    Феро — осколок иного времени, эпохи, сверкнувшей, как новое Солнце, и навсегда оборвавшейся. Всё, что составляло смысл его жизни, мертво или стало несущественным, мертвым заживо, как он сам со своими нищими друзьями, верными призракам прошлого. Такие больше не нужны. В них слишком много страсти, слишком много одержимости. Великая эпоха, которая была им по размеру, которую они, собственно, и сделали, внезапно стала далеким прошлым. Ни сданный в утиль Феро, ни нашедший себя в этой новой жизни его бывший товарищ по оружию и по ненависти д’Юбер еще не знают, что это была последняя великая эпоха в истории Франции.

    Любопытно, что недворянин Феро и аристократ д’Юбер воплощают в себе два типа менталитета, которые в их случае, согласно примитивной логике, следовало бы перетасовать иначе: Феро с его привязанностью к опасным забавам, с его самурайской верностью Императору — последний обломок феодализма; это к людям его склада когда-то обращали призыв: «Сеньоры, король призывает вас [на войну]». Д’Юбер на подобный призыв («Император призывает нас. Мы все принадлежим ему») может спокойно ответить: «Я всегда думал, что принадлежу самому себе». Это уже логика нового времени. И это фраза, близкая любому современному человеку, обладающему собственным достоинством.

    И все же есть некая горечь в этом пролегшем между этими двумя водоразделе. Феро — это Франция уничтоженная, Франция мужчин, любивших опасность и войну, смеявшихся над смертью, но становившихся крайне серьезными в вопросах чести; д’Юбер — Франция новая, еще не мещанская, еще не трусливая, еще бесконечно далекая от современного конфуза, подменившего собой некогда великую страну, — но это уже Франция более благоразумная, умеющая без крови отдирать от себя старые воспоминания, старые клятвы и старые волнения. Это Франция, обращенная к будущему, и в ней уже брезжит призрак той Франции, в которой, проиграв франко-прусскую войну, будут отплясывать канкан.

    Вины д’Юбера в этой метаморфозе нет ни на гран — он только человек, препочитающий смерти жизнь, ненависти — любовь. Человек, желающий счастья и заслуживший его, сумевший подстроиться под изменившееся время. Человек современного типа. Разве д’Юбер виноват, что нашему времени Бонасье понятны куда лучше, чем д’Артаньяны?

    Но между этими двумя, Феро и д’Юбером, оказывается, было гораздо больше общего, чем думали они сами. Ни тот, ни другой не смогли бы жить в стране победивших Бонасье, в сторону которой история уже сделала свой первый шажок. Д’Юберу еще предстоит почувствовать себя таким же обломком иных времен, каким стал раньше него нетерпеливый Феро. Однажды они сравняются в своей судьбе — но это останется за кадром.

    В кадре же — история, безупречно отделанная. Очень живые, выпуклые герои, в том числе второстепенные, появляющиеся на экране на пару минут (из персонажей второго плана особенно хорош тесть д’Юбера, на роль которого, кажется, был найден настоящий маркиз XVIII века, причем не англичанин, а француз (на самом деле это блестящий актер Алан Вебб), — дворянин, освоивший за годы Революции ремесло сапожника, к которому прикипел, обзаведясь даже профессиональной гордостью честного мастера: «Я никогда не задерживаю заказы»). Редкая визуальная красота: больше половины кадров можно ставить на паузу и получать изысканные картины — пейзажи, жанровые сцены, портреты. Замечательная музыка. И, разумеется, точность мельчайших деталей в показе эпохи (фирменный знак английского исторического кинематографа), позволившая современным британцам так убедительно оживить старую Францию, что она внезапно опаляет зрителя огнем своей великой юности и блеском своей далекой славы.

    История и судьбы отдельных людей сливаются в единый поток, в котором исторический фон лишь тонко оттеняет нелепую, завораживающую, странную историю ненависти двух повздоривших кавалеристов — и в результате получается фильм практически безупречный, который сначала кажется скучноватым, потом затягивает, а позже становится одним из любимых и наиболее пересматриваемых.

    10 из 10

    29 ноября 2012 | 22:59

    Творческие дебюты многих состоявшихся мастеров киноцеха обречены на печальную судьбу — вечное прозябание за спиной более успешных работ, да извлечение с запыленных полок исключительно самыми ярыми поклонниками режиссера. Знакомство с ними обычно проходит под грифом «Чтобы добить уже фильмографию!!!», а впечатления от просмотра скоротечны и мимолетны. Другие же режиссеры срываются с места в карьер, сразу ставя высокие планки качества, и прежде всего — самим себе. Дебютные «Дуэлянты» Ридли Скотта, после своего выхода номинированные на главный приз Каннского кинофестиваля, получив в итоге награду «За лучший дебют», абсолютно точно не являются работой, стеснительно мнущейся где-то за спинами именитых товарищей. Историческая драма, где сама история занимает место на арьерсцене, а сквозной идеей становится 30-летнее противостояние двух мужчин, играет со зрителем с первой до последней минуты. Играет синусоидными скачками темпа и эмоциональной нагрузки, стремительной сменой пейзажей, постепенным умелым расширением проблематики и углублением философского анализа, превращающим двух заклятых соперников из обычных дуэлянтов в символы «До» и «После» эпохи Наполеона.

    Противостояние заядлого бретёра Габриэля Феро и гусара дворянского происхождения Армана д’Юбера, начавшееся с мелкого инцидента, со временем становится для них болезненно-навязчивым синдромом, связывая их в единое целое, образуя в этом организме какую-то циклопическую опухоль ненависти и мести. И с каждым новым десятилетием борьбы первоначальное желание Армана избежать кровопролития растворяется в безудержной ярости Феро, скопившей в себе всё — от банальной обиды за первое поражение в дуэлях до классового гнева на «мальчиков-аристократов, несправедливо находящихся рядом с генералами». В не самом сложном сюжете фильма главную ценность приобретают именно типажи. Образы Феро и д’Юбера, мастерски воссозданные Харви Кейтелем и Китом Кэрридином, с каждым годом, проходящим в фильме, раскрываются с иных сторон, беспрерывно изменяя и изменяясь. Врываясь в повествование двумя лихими гусарами, рубящимися насмерть в маленьком страсбургском дворике, осознавая тщету всего под крепкий треск русского мороза, и приходя к неизбежному финалу двумя уставшими от жизни людьми… Без сил для последнего сабельного поединка, лишь вульгарные пистолеты — чтобы просто быстрее все закончить.

    Конфликт двух эпох — безвременно уходящей, и невовремя явившейся, мелькает искрами меж сабель, горит ярким пламенем незатухающего походного костра. Феро, образ которого очень схож с Михалом Володыёвским из романов Генрика Сенкевича, — последний отголосок эпохи подкрученных усов, красных щегольских штанов, плюмажей и бравирования храбростью, граничащей с безумием. Самоубийство Володыёвского — как символическое начало конца Речи Посполитой, бывший генерал Феро в дырявой треуголке и с двумя опустившимися однополчанами-секундантами — как начало конца той Франции… Разлом сколь трагичный в своей монументальной неизбежности, столь же и завораживаще-пугающий.

    При всей сосредоточенности на беспримерной жестокости внутреннего конфликта героев, Скотт не задвигает на задний план заботу о внешнем виде картины. Визуалист, коих еще поискать, он делает из каждой сцены дуэли рельефное произведение искусства, обладающее своей выпуклой индивидуальностью, особенностями и сопутствующими творческими находками. Вступая в чувственные отношения с безупречно поставленной фехтовальной хореографией, в коей нет места длительным «махачам на шпаго-дубинках», а есть предельно реалистичные бои, картинка насыщается до предела, стремительно возводя кино на ступень выше различных исторических драм. Разрушительное буйство очарования от длительных сцен, чередуемое с невыносимым удовольствием от мелких штрихов, полунамеков, тщательно взвешенных и продуманных Скоттом, заставляет каждый нерв дрожать в ожидании решающей развязки. Финала, выходящего за рамки привычной обыденности, ванильной хэппиэндовости, либо современной циничной разнузданности. Конца, являющегося таковым действительно из-за конца, не имеющего ничего общего со смертью физической…

    20 декабря 2012 | 10:06

    «- Надеюсь, вы понимаете, что это уже — дело чести…» (с)

    Сэр Ридли Скотт славен своими размашистыми историческими полотнами, с большими массовками, звёздами в главных ролях и компьютерными эффектами. Но помимо них, в его биографии имеется богатый список остросюжетных лент, некоторые из которых даже являются фантастикой. Есть среди них несколько по — истине выдающихся произведений, быть авторами которых, посчитал бы за честь любой кинорежиссёр. Это такие шедевры как: «Чужой», «Бегущий по Лезвию Бритвы» и «Гладиатор». Первый из них, по сути совершил настоящий переворот в жанре кинофантастики, возведя спецэффекты докомпьютерной эры на немыслимо головокружительную высоту. Второй — практически моментально стал культовой лентой киберпанка, которую зрители почитают до сих пор. Ну а третий фильм, без преувеличения — реформатор жанра «пеплум», настоящая классика современного «блокбастерного» кино. На их фоне его дебютный фильм, разумеется несколько теряется. Но отнюдь не в плане качества постановки — просто снятые в середине 70-ых, за несерьёзные 900 тысяч долларов «Дуэлянты» — скромная и элегантная лента о временах наполеоновской Франции. В центре сюжета затянувшийся на долгие годы поединок двух офицеров, который подчёркивается камерностью постановки. Но не смотря на то, что при воссоздании атмосферы начала 19 — ого века, Скотт обошёлся без тысяч статистов и шикарных панорамных съёмок на широкоэкранную плёнку — эпоха Наполеона передана безупречно. Не даром же фильм имел успех как у зрителей, так и у критиков, которые писали о нём лишь хвалебные отзывы. Помимо всего прочего, дебют Ридли Скотта участвовал на нескольких престижных кинофестивалях, где заработал не только номинации, но и награды. Среди которых: Приз Каннского Кинофестиваля за лучший дебютный фильм, а так же почётная премия «Давид ди Донателло» — за режиссуру.

    Главные роли в картине исполнили на тот момент практически некому не известные артисты — Харви Кейтель и Кит Кэрредин. Первый сыграл вздорного гусара Феро — отъявленного бузотёра и дуэлянта. Второму достался образ рассудительного, не склонного к пустым ссорам офицера гвардии — Д’ Юбер. Волею случая они сталкиваются друг с другом, и пустяковая ссора, затеянная как можно догадаться взбалмошным Феро — приводит к дуэли растянувшейся почти на два десятка лет. Летят годы, герои получают всё новые звания, становятся из лейтенантов капитанами, майорами и даже получают генеральские чины, но не смотря на это их вражда не имеет завершения. А дуэли всякий раз переносятся на «потом», в веду ранения одного из них. За это время проходят несколько войн, случается не одна революция во Франции, происходит низвержение Наполеона, судьба не раз сводит соперников лицом к лицу, не только на родине, но и в заграничных походах. Феро и Юбер окажутся даже в занесённой снегами России! Но не общественное мнение, ни угроза ареста, ни элементарные разумные доводы не в силах примерить дуэлянтов. Не лишним заметить, что всякий раз провоцирует поединки именно Феро, в то время как Д‘ Юбер всегда старается схватки избежать. Не по причине трусости разумеется, а потому только, что не понимает их смысла. Не видит его и Феро, хотя это не мешает ему всегда разыскивать оппонента, и бросать ему вызов. Причём постоянно в самый не подходящий для того момент: либо Юбер занят амурными делами, либо устраивает свою военную карьеру или попросту намеревается уйти в отставку… В этом плане, симпатии зрителей конечно же на его стороне, в то время как герой Харви Кейтеля — ближе к середине картины вызывает смех, а к её окончанию — сожаление. Поскольку принявший отставку Юбер, сохранив благодаря лояльности к «реставрированной» династии, как репутацию, так и свой капитал — переехал в имение сестры, которая нашла ему выгодную партию для женитьбы. В то время как генерал Феро — ярый приверженец «самозванца», после так называемых «Ста Дней» — впал в немилость Двора, и даже был арестован. Но неожиданное ходатайство со стороны Юбера спасло ему жизнь, и выйдя на свободу бывший офицер и джентльмен оказался «бесхозным» оборванцем, которому близкие товарищи лишь из уважения продолжают обращаться «генерал»…

    Сценарий картины написан Джерардом Воэн — Хьюзом, по мотивом опубликованного в 1908 -ом году рассказа Джозефа Конрада «Дуэль». Режиссёр — дебютант Ридли Скотт, бережно обойдясь с текстом сценария, перенёс его на экран. При этом, как я уже говорил — обойдясь без лишнего пафоса в виде тысячных массовок, дорогостоящих декораций и широкоформатной съёмки. «Дуэлянты» — это камерная, не слишком длинная, разыгранная малым, зато безупречным актёрским составом история. Весь драматизм которой держится на противостоянии персонажей Хейтля и Кэрредина, их диалогов и грамотно рассчитанных мизансцен. Аромат эпохи передан достоверными историческими костюмами, отобранными локациями и манерой актёрской игры. Некоторая серость картинки обусловлена погодными условиями сюжета. На экране действие происходит либо осенью, либо зимой. Понятное дело, что снималась лента в ураганном темпе — отсюда и возникает впечатление о том, что на протяжении почти что 20 — ти лет, герои выясняли отношения только в эти времена года. По сути, это можно счесть единственным недостатком картины. Хотя я в этом не согласился бы, поскольку серость и осеннее уныние, как нельзя более кстати подходят такому сюжету. Операторская работа Фрэнка Тайди, и саундтрек Ховарда Блейка — стоят друг друга, являя пример настоящего мастерства, как в съёмке кинофильма, так и в написании для него музыки… Назвать лучшим фильмом Скотта, при всём уважении к столь первоклассному дебюту, «Дуэлянтов» — я не могу. Однако соглашусь с тем, что это одна из его творческих удач, и в том, что посмотреть эту ленту должен всякий увлекающийся историческими драмами киноман. Подобные фильмы являются примером того, что высокое качество и увлекательность постановки, не всегда измеряются затрачиваемыми на съёмки денежными ресурсами.

    19 октября 2015 | 02:32

    Фильм Ридли Скотта «Дуэлянты» является адаптацией рассказа Джозефа Конрада «Дуэль» и предлагает нам окунуться во времена наполеоновских войн.

    Конфликт двух офицеров французской армии на фоне дуэли наций явился основой динамично развивающегося сюжета. Действие картины зачинается в Страсбурге в 1801 году, когда Наполеон пришел к власти, и продолжается в течение ближайших 15 лет, на протяжении взлета и падения императора.

    Габриэль Феро, раздосадованный несправедливой, но закономерной попыткой ареста генеральским курьером Арманом д’Юбером, провоцирует скандал на пустом месте. Несмотря на весь аристократизм д`Юбера, неугомонное безумие будущего арестанта побеждает и спонтанная обида перерастает в кровавую вражду, агонизирующую мгновенным поединком буквально впопыхах на том же месте.

    Хотя Феро опьянен жаждой мщения, нет никакого способа, при помощи которого протагонист мог бы избежать проблем с кодексом чести, определяющим профессиональную жизнь каждого из них. В Страсбурге они сражаются на саблях, в Аугсбурге — на палашах, а однажды они мчатся навстречу смерти и вовсе на лошадях. Каждый раз все происходит будто по-новому и кто-то обязательно получает ранение, катализирующее реваншизм. Судьба сводит их друг с другом вплоть до последнего вздоха, несмотря на окончание, которое является идеальным финалом, демонстрирующим, что одержимость Феро оказала влияние на закалку духовных сил его вечного оппонента.

    Один из них, с огрубевшим, навсегда застывшим обсидиановым взглядом, будет обречен наблюдать почти неописуемой красоты пейзажи на рассвете под чудесную музыку за кадром…

    20 июня 2012 | 17:14

    В своей дебютной работе Ридли Скотт повествует нам о необычной и длительной вражде двух кавалерийских офицеров Наполеоновских времён. Арману Д`Юберу было поручено передать незначительное послание о домашнем аресте Габриэлю Феро в салоне одной светской львицы, чьё присутствие придало посланию иной, оскорбительный для вспыльчивого Феро характер. Но вспыльчивость эта оказалась не обычной преходящей человеческой слабостью. Она скрестила шпаги между судьбами совершенно незнакомых людей, вынужденных по воле злого рока ещё не раз сойтись в жестоком поединке.

    Фильм представляет из себя набор вырванных из истории Франции начала девятнадцатого века кусков, которые, впрочем, совершенно лишены окраски военных или политических событий. Внимание уделяется исключительно встречам двух офицеров, происходившим как бы случайно в ходе военных компаний, но для нас выстроившихся в цельную историю. Поначалу пренебрежение исторической повседневностью жизни офицеров и почти всеми прочими отношениями между героями даже режет глаза. Голос рассказчика сообщает самый минимум сведений о происходящем, а режиссёр настойчиво продолжает строить лишь небольшие сюжетные зарисовки, чтобы хоть как-то наполнить фильм. Но постепенно смысл этого приёма становится понятен и вообще начинает казаться единственно верным для серьёзного рассказа о противостоянии двух дуэлянтов, без ненужных отступлений и излишеств. Ведётся он с явным намерением от лица Армана Д`Юбера, который является жертвой гипертрофированного чувства оскорблённой чести Феро и который вынужден вступать в смертельную схватку всякий раз, как попадётся тому на глаза. Годы пролетают, как минуты, меняется мода на причёски и одежду, лейтенанты становятся капитанами, а капитаны — генералами, политическая карта мира постепенно окрашивается в цвета французского флага, а вражда так и не утихает.

    Картина сменяющих друг друга незначительных событий постепенно превращается в нешуточную драму. И более всего поражает смертельная серьёзность и безумная одержимость Феро в желании убить своего заклятого врага. Уже, казалось бы, забыта первоначальная причина ссоры, но для кого-то дело чести — дело всей жизни. Можно усомниться, бывает ли такое в реальности, но, смотря фильм, никак не усомнишься в твёрдости намерений Феро. И злой рок, что свёл впервые двух дуэлянтов, не даёт им умереть ни на войне, ни на дуэли, чем бесконечно мучает Д`Юбера, пытающегося завести семью и жить мирной жизнью. Таким образом, мы неизбежно чувствуем, как шаг за шагом подходим к логическому завершению истории, которая должна закончиться победой или поражением одного или другого. И тут охватывает опасение, что конфликт может разрешиться банальным концом с примирением противников, но не менее напряжённо ожидаешь, что выживет всё-таки кто-то один. Но финал оказывается не самым предсказуемым, хотя и гармонично накладывающимся последним слоем всей сюжетной конструкции. Нам даже показывают великолепную панораму — ранее утро, холм, внизу блестит под первым солнцем река. Почти по Пушкину, но только утро скорее всего не зимнее. И неожиданная красота природы приносит некоторое облегчение и умиротворение.

    Общее впечатление от фильма — небольшое, размеренное и неглупое кино, не претендующее на зрелищность, а больше на одиночный просмотр как-нибудь тихим вечерком, оставляющее чувство завершённости и убедительности увиденного.

    8 из 10

    31 января 2015 | 20:24

    Первая работа Ридли Скотта «Дуэлянты», которая была удостоена награды в 1977-ом году на Каннском кинофестивале. Оказывается, не прогадали, а этот дебют стал действительно открытием ворот в мир большого кинематографа и фильмов, которые позволят Скотту войти на ступень лучших режиссеров современности. Уже здесь заметно страстное влечение режиссера к прошлому. В большей части его кино не включает в себя демонстрацию какого-то важного события, происходившего на самом деле, а Ридли в целом охватывает атмосферу, добавляет колоритных актеров и создает кино, способное окунуть в прошлое. Но принято, что у Ридли Скотта главный жанр — научная фантастика, хотя и все начиналось с истории.

    Его «Дуэлянты» — кино о мужестве и чести, о реалистичном и здравом противостоянии двух офицеров французской кавалерии, чья неугосающая борьба основалась из-за мелочных проблем, но эта проблема превратилась в дуэль, а за дуэлью в другую дуэль, но и дальше идет череда схваток и проявлений вражды, которые даже с годами неспособны уйти на покой. Рассматривая «Дуэлянтов», понимаешь, что раньше жизнь была намного суровее и жестче, ведь в те времена именно на дуэлях решались все проблемы. Слова не играли никакой роли, а только сабля могла навсегда загладить эту проблему. Но случай, окутавший главных героев вовсе необычен и любопытен. Габриэль Феро и Арман д’Юбер — два дуэлянта, две по-разному сильных личности, за которыми нам предстоит наблюдать в течение ста минут. Ридли Скотт и сами актеры довольно точно рисуют границы добра и зла, немногословно заставляют понимать кто «хороший», а кто «плохой». Кит Кэрредин и Харви Кейтель, будучи основавшимися актерами, перенесли на экран сложнейшие и ярчайшие образы, которые способны служить эталоном. Арман д’Юбер — справедливый, сильный мужчина, живущий на более современных принципах, а его соперник Габриэль Феро — настоящий дуэлянт, мастер своего дела, неспособный контролировать себя и тот человек, который ни за что не откажется от дуэли. Его принципы старее, он человек прошлого, нежели настоящего в отличие от Армана, чью роль прекрасно исполнил Кит Кэррэдин. И два человека одного и того же чина сходятся на дуэли, представляющую из себя жесточайшую битву характеров и времен.

    Кино не насыщенно действием, но способно затянуть внутрь живописной атмосферы Франции. Стоит уделить особое внимание невероятным пейзажам, той самой красоте полей и в целом природе. «Дуэлянты» не смотрятся бравурно, а присутствие монотонности в какой-то мере радует и успокаивает, разрешая прекрасному саундтреку «вставить свое слово», да и схватки вовсе и не настолько эффектны и оживленны, ведь ставка стоит скорее на эмоциональной борьбе, происходящей в сердцах героев, а никакие сабли не способны ужесточить эту битву. Довольно качественное, выверенное авторское кино, предназначенное для ценителей погружений в прошлое, а также обязательное для фанатов Ридли Скотта, который дал старт с сильнейшей картиной. Звание мастера уже принимает свои очертания в «Дуэлянтах», выделяющегося среди других картин своей искренностью и эмоциональностью.

    12 марта 2013 | 18:31

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>