всё о любом фильме:

Любовники с Нового моста

Les amants du Pont-Neuf
год
страна
слоган«Romance... In a most unlikely place»
режиссерЛеос Каракс
сценарийЛеос Каракс
продюсерКристиан Фекнер, Бернар Артиг, Ален Даан, ...
операторЖан-Ив Эскоффер
художникМишель Вандестьен, Франк Шварц, Робер Нардон, ...
монтажНелли Кветье
жанр драма, мелодрама, ... слова
бюджет
сборы в США
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
рейтинг MPAA рейтинг R лицам до 17 лет обязательно присутствие взрослого
время125 мин. / 02:05
Выйдя из ночлежки для бездомных, где он лечился после наезда, совершенного на него неизвестным водителем, уличный факир Алекс возвращается ночевать на старейший парижский мост Понт — Неф, где кроме своего обычного напарника, снабжающего его наркотиками, обнаруживает молодую художницу Мишель, которая, потеряв зрение, решила оставить дом и друзей. У Алекса и Мишель возникает стремительный и пьянящий, но целительный для обоих роман.
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
83%
15 + 3 = 18
7.2
в России
2 + 0 = 2
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • Для воссоздания праздничного салюта в честь 200-летия Великой французской революции 14 июля 1989 года было потрачено более половины бюджета.
    Трейлер 01:32

    файл добавилDobradinha

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 7.5/10
    Несмотря на разноречивые оценки снимавшегося целых три года фильма Леоса Каракса, несомненным было одно — это самая дорогостоящая (55 миллионов франков) на тогдашний момент постановка во французском кино. Будучи недовольным съёмками на настоящем Понт-Нёф, то есть на Новом мосту в Париже, который как раз был на ремонте в 1988—1990 годы, режиссёр затем потребовал от известного продюсера Кристиана Фекнера (удивительно, что тот начинал успешную карьеру в кино с эксцентрических комедий — с участием группы «Шарло», Пьера Ришара и Луи де Фюнеса) постройки декорации самого моста и даже близлежащего района, причём в натуральную величину, в другом месте — недалеко от Монпельё. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • 8 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Существует категория фильмов, о которых сложно писать какую-нибудь качественно структурированную аннотацию. Возможно, тут более актуален полет фантазии и ощущений, которые передать словами довольно сложно. Каракса нужно смотреть и понимать увиденное, чувствовать то, что чувствует режиссер, возможно тогда понимание фильма будет на достаточном уровне.

    Каракс — художник, который пишет свою картину. Пишет посредством кинокамеры, а также подбора характерных ему актеров, которые наполняют картину специфическими красками. Актеров для своих картин Алекс Дюпон (настоящее имя Каракса) подбирает «под себя». Во всех его картинах главным героем выступает Дени Лаван, персонаж-прототип самого Лео Каракса, женскую же роль непременно играет спутница жизни режиссера. В «Любовниках» ею выступает Жюльетт Бинош. Именно они сделали этот фильм незабываемым и настоящим. Лаван, тренируясь делать всевозможные трюки, не раз получал травмы, из-за которых съемки сдвигали (впрочем, сам фильм снимали 3 года из-за финансовых проблем продюсеров). Жюльетт каталась на бешеной скорости по Сене, температура воды в которой была не более 17 градусов. Но именно режиссер настоял на «настоящей» игре, игре без дублеров. В этом, возможно, и есть фишка фильмов Лео, он их сам переживает совместно со своими персонажами.

    Действие фильма разворачивается на социальном дне огромного Парижа. Первые 15 минут фильма очень сложно воспринимаются непосвященным зрителем. Пропасть, в которой существуют персонажи фильма, показана довольно правдиво. Каракс ведь знает об этом не понаслышке. Сам он был провинциальным босоногим мальчишкой, до того как его не пригрел один из величайших кинокритиков современности Серж Дане. Но вернемся к фильму. Только после того, как зритель ощутил то, чем дышит социальное дно Парижа, и почувствовал, в какой ситуации находятся герои, Каракс переходит к основной линии своего повествования — линии любви. Алекс (герой Дени Лавана) встречает полуослепшую художницу, падшую женщину Мишель на старейшем мосте Франции Понт-Неф, находящимся на реконструкции. Героиня Бинош выглядит довольно безобразной, исхудавшей, с пластырем на левом глазу. Аналогичное по смыслу впечатление производит и Дени Лаван. Вместе на протяжении всего фильма им предстоит пройти многое, судьба им подбрасывает одно за другим множество препятствий. Им предстоит пережить соблазн, измену, длительную разлуку, чтобы снова встретиться. Символично, что после выхода Алекса из тюрьмы встреча между любовниками происходит на достроенном мосту. Жизнь на мосту изменилась, изменилась и Мишель, которая вернула себе зрение и вплыла на поверхность социальной иерархии. Но решительные действия Алекса, борьба за свою любовь в итоге берут свое. Любовникам предстоит соединиться, соединиться для того, чтобы послать все к черту и уехать из Парижа, забыть об этом городе социального неравенства. Забыть и искать поистине райский уголок, где есть место для таких людей, людей, не обремененных жизненными проблемами, людей, жизнью которых управляет любовь.

    Поистине красиво прозвучала последняя фраза Жюльетт Бинош: «Вы скоро заснете в своем Париже». Она подчеркивает прощание героев с прежней жизнью, позволяя зрителю придумывать свой хэппи-энд.

    Фильм великолепен тем, что имеет совершенно нестандартные переходы сюжета, эмоционально очень насыщен, плюс ко всему очень красив, ведь снимается он в самом Париже! В этом весь Лео Каракс, который, сняв всего-ничего фильмов, уже может ставить себе памятник при жизни. У него очень много противников, впрочем, как и обожателей. Для съемки фильмов ему нужно своеобразное вдохновение. Следующего фильма Каракса «Пола Х» фаны ждали 8 лет. Пятого фильма ждут до сих пор, но вскоре на экраны выйдет сборник короткометражек ТОКИО, в котором 30 минут отведено Лео и уже традиционно его альтер-эго Дени Лавану.

    В общем, одно можно говорить точно. Сняв всего 4 фильма, Лео Каракс вошел в историю мирового кинематографа. Вошел как представитель новой французской волны совместно с Бенексом и Бессоном. У него есть свой отточенный стиль, стиль мастера, стиль художника. Большинство из нынешнего поколения кинокритиков считает Каракса несовременным, но, думаю, у него достаточно внутренних резервов для того, чтобы дать им ответ. Ответ в своем стиле. В стиле Лео Каракса!

    10 из 10

    5 апреля 2009 | 20:22

    Мне было любопытно посмотреть фильм, который оказался самым дорогостоящим и самым провальным проектом за всю историю французского кино. Этот фильм оказался роковым для многих.

    «Мы снимали «Любовников с Нового моста» три года. Это был сущий кошмар! — рассказывает Жюльетт Бинош. — Я вложила в этот фильм всю себя, до самого дна. Деньги кончились, когда не было снято и половины, все нервничали, злились, но нас согревала уверенность, что мы снимаем лучший фильм всех времён и народов. И такой провал — и коммерческий, и художественный. Тогда я чуть не ушла из кино.»

    Фильм разорил его продюсеров, Бинош и Леос Каракс, возлюбленной и музой, которого она являлась, расстались, не выдержав испытания этим проектом.

    Посмотрев «Любовники с нового моста», я задалась одним единственным вопросом, почему этот фильм оказался провальным, не смотря на то, что работа над ним была проделана колоссальная, актеры выложились на все сто. Париж был прекрасен. Съемки с праздничным салютом, эпизод, где Бинош катается по Сене на водных лыжах, просто шикарны. Но что в этом фильме не так?

    Что не понравилось мне… На мой взгляд, нельзя было «ставить» на любовь бомжей. Зрители хотят видеть фильм красивым, и особенно, там где любовь. Любовь в этом фильме показана, да, причем самая искренняя, нежная и глубокая, но… показана она как-то, мягко сказать, неэстетично. Мне было неприятно и отвратительно смотреть на этих «любовников» среди их помойки, грязи, немытости, плохой одежды, среди мусора, среди французского дна. Красота Бинош хорошо завуалирована (одноглазая и слепнувшая), но, а Дени Лавас в роли Алекса, при всем уважении к его таланту, внешне и так страшный, а в роли бомжа так вообще «тихий ужас».

    Я, думаю, никогда подобные фильмы, где любовь показана так, не будут пользоваться большим успехом. Все равно, идя на любой фильм, мы хотим видеть то, чего не хватает в реальной обыденной жизни, оторваться от рутины и будней, окунуться в нечто прекрасное, возвышенное, необычное, захватывающее, а грязи и подобных людей «без определенного места жительства», мы видим везде и стараемся на них не смотреть, игнорировать и отойти подальше. Так с какой стати, должно быть приятно смотреть этот фильм, если мы и в реальной жизни стараемся этого осознанно не замечать?

    Если бы Леос Каракс решил снять историю двух влюбленных на фоне праздничного салюта в честь 200-летия Великой французской революции, прекрасной Сены, моста Понт-Нёф, с этим катером и лыжами, но с другими «любовниками», с обычными парнем и девушкой, которые нашли друг друга в дивном Париже, этот фильм, я думаю, имел бы тот успех, на который рассчитывали.

    8 из 10

    1 мая 2010 | 13:51

    У великого писателя Федора Михайловича Достоевского были «бедные люди», которые не умели, но пытались жить. У малоизвестного режиссера Леоса Каракса люди тоже бедные, но жить умеющие и знающие цену своему умению. Хочется сказать, что его Алекс и Мишель — герои спорного фильма «Любовники с нового моста» — «на дне» социальном, но не духовном, однако это не так просто, как кажется.

    После просмотра «Любовников с нового моста» к людям, подобным героям Каракса, сразу начинаешь относиться по-другому. В жизни ты стараешься обойти их стороной, пытаешься игнорировать, а тут — держишь за высших, лучших, избранных, к которым хочется стремиться, несмотря на то, что одним правит эгоизм, своего рода деспотия, а другой — болезненная потребность выживать. И в этом заключена наибольшая сложность. Вроде бы в них есть живительный огонь, сила, но другой ракурс показывает, что поддерживается эта самая сила какими-то гниловатыми, «антигеройскими», но такими жизненными чувствами. Любовь у Жюльетт Бинош, Дэниса Лавана и Леоса Каракса выпадает из-под розовой вуали и показывает свою двуликую сущность: с одной стороны, одухотворяющую, окрыляющую, облагораживающую, исцеляющую, а с другой — болезнетворную, убивающую, изводящую, «с ума сводящую».

    Как правило, картины и истории о любви лишены новых проблем, смыслов, вопросов. Обычно, идеологию таких фильмов можно уместить всего в одну фразу: «Любовь — высшее чувство, которое спасет все и всех». В лучшем случае, наоборот. У Каракса, похоже, есть совершенно иной взгляд. Его любовь — нечто земное, мирское, я бы даже сказал, подноготное. Его любовь спокойно существует в грязи, не тянет к прекрасному и лучшему. Его любовь оставляет животное животным, но делает это животное чуть счастливее и зависимее, подобно наркотику для больного раком человека — единственного помогающего обезболивающего. И, внимание, вот тонкий французский символизм: ампула с наркотическим снотворным. Из рук героев она переходит к посторонним людям, как тонкая ниточка странной любви из рук творцов фильма — к зрителям.

    Действительно, даже сквозь такую социально-бытовую пошлость и обыденность, подробно и правдоподобно воспроизведенную талантливым Караксом, одаренной Бинош и реалистичным Лаваном, сквозь очень спорную и многогранную болезнь «бабочек в животе» к публике приходит нечто «окрыляюще-тяжелое», что будто и поднимает ввысь, однако постоянно тянет вниз. Ты видишь новые эмоции и чувства, они тебя увлекают, заставляют трепетать, манят своей недосягаемостью, и в тоже время давят своей спорностью, наглостью, дерзостью. Тут надо бы сказать, что «конечно же, решать только зрителю, какие чувства выбирать, а заодно и отношения к «Любовникам…», но сказать это невозможно, потому что невозможно выбрать чувства и отношения, слишком уж неоднозначно произведение Каракса.

    Я произнес и повторил очень много однообразных и, заметьте, «отрицательных» слов: болезнь, выживание, грязь, заражение, спор, эгоизм, нахальство и т. д. Но они действительно имеют отношение к «Любовникам с нового моста». Комок несопоставимых и непривычных сплетений чувств, мыслей, импульсов катится два часа по вашему сознанию, меняя представление о «высшем чувстве», которое перестает казаться таким уж «высшим». Хотя, предполагаю, для другого зрителя итог «проката» станет совсем другим, и увидит он совсем другое. Можно спорить, можно сомневаться, можно догадываться. Но нельзя отрицать, что «Любовники с нового моста» Каракса талантливы, интересны, красивы, по крайней мере, не отвратительны, необычны, новы, эксклюзивны. Это богатое кино о бедных… Или все-таки богатых?

    10 из 10

    4 октября 2008 | 23:41

    Этот фильм знаменит несколькими сюжетами. Второй из них — собственно история, рассказанная в нём. На Новом мосту, где обитают клошары, встретились два одиночества — уличный акробат и глотатель огня (постоянный актёр Каракса Лаван, на самом деле научившийся глотать огонь) и слепнущая художница, бросившая свою буржуазную семью.

    Сюжет первый — трёхлетняя история съёмок. Когда в конце 1980-х Каракс, ставший после двух предыдущих фильмов главной надеждой французского кино, растратил десятки миллионов франков на грандиозную реконструкцию старейшего в Париже Нового моста в далеком провинциальном Монпелье. А красавица Жюльетт Бинош в лучшие годы карьеры отказывалась от всех престижных предложений, чтобы в течение съёмок ходить в отрепье и скрывать прекрасные глаза вполне достоверными «слепыми» линзами (из-за чего, кстати, актриса частично потеряла зрение). И сюжет третий, самый главный, случился чуть позже двух предыдущих: «Любовники» стали одной из самых знаменитых романтических киноисторий XX века.

    27 октября 2010 | 00:59

    Несмотря на то, что фильм про любовь, он лишен романтизма. И весь наполнен наждачной бумагой. Как асфальт, о который трется лбом Алекс. В нем практически нет сюжета. Есть главные герои. Герои? Бродяги, отбросы общества. Но они тоже — живут. Быть может даже больше, чем «нормальные» люди.

    Мишель — слепнущая художница — и Алекс — алкоголик, эквилибрист и факир — встречаются в этом другом мире. Он, видимо, там давно. А она просто не знает куда ей податься. Он находит ее спящей у себя дома — на закрытом на реконструкцию мосту, и не дает ей уйти. Заботится и оберегает. На сколько это возможно в том мире. Но у нее есть своя история, есть прошлое. Которое он не знает и это сводит его с ума. Она его тоже полюбит. Неправильного, нелепого, совершенно внутри ребенка, замкнутого, отчаянного, испуганного. В этом страшном мире их теперь двое. Он впервые любит, впервые чувствует, что кому-то нужен. «Мне так надоело, - говорит Мишель, — так надоело, что все, что я вижу — неясные вспышки света, даже сейчас, вблизи, я не могу видеть твоего лица, самых важных деталей. Хочется скорее уже погрузиться во тьму. Мы будем неотделимы друг от друга»

    Но однажды он узнает, что ее ищут близкие, что ее зрение можно спасти. Это значит, что он ее потеряет. Как же иначе. Она вернется в свой прежний мир, в свое прошлое, в свою историю. А он, словно кошмарный сон, останется здесь, на это мосту, с этим треклятым миром, дешевым вином, снотворным…

    И он решает ее не отпускать. Опять. Конечно, можно его винить. Что — разве это любовь?. Но это «тут», расставаясь, мы знает или по крайней мере — надеемся, что встретим кого-то другого. А единственное, что знал он, — что это конец. Точка. И к тому же — что у нее там за мир, который сделал с ней такое??

    Но она узнала. И ночью, пока он спал, ушла.

    Пока смотришь, все время стоит вопрос — любовь или отчаяние — что именно толкает их друг к другу.

    И вот они порознь. И каждый может без другого. Проверено.

    Только в конце они осознанно бросают все, чтобы быть рядом.

    Значит, не отчаяние.

    9 из 10

    10 января 2010 | 20:02

    Настоящая любовь рождается вовсе не с первым взглядом, поцелуем или объятьями. В этот момент рождается только ее проект, ее возможность. Настоящая любовь начинается с расставания. Чтобы сделать прочный мост, нужно сначала его слегка разобрать. Прежде, чем радио сообщит тебе самую важную новость твоей жизни, оно должно быть сначала выброшено, а потом починено. Чтобы создать новую жизнь, нужно сначала подразрушить старую. Словом, пройти через огонь, воду и медные трубы.

    Даже фильм этот в середине как будто специально провисает, скучнеет, и хочется его уже выключить, как в самый нужный момент что-то в тебе срабатывает, как в том радио, и песня возобновляется.

    Милые, чудесные Жюльетт Бинош и Дени Лаван, спасибо за эту беготню, танцы и смех! Отчего же так хочется улыбаться? «Оттого, что это сегодня»

    9 из 10

    23 сентября 2015 | 04:15

    «Любовники с Нового моста» — это слишком много и недостаточно одновременно, это невыносимо — ни смотреть дальше, ни прервать просмотр. Каракс — маятник, швыряющий зрителя от прекрасного к отвратительному, от пустынных улиц ночного Парижа к уродливой, почти документальной реалистичности ночлежки для бездомных, от потрясающей иллюминации в честь двухсотлетия взятия Бастилии к тяжкому похмелью среди мусора и объедков на закрытом на реконструкцию старейшем парижском мосту. Я не сразу поняла, чем цепляет меня Каракс. Не красотой кадров, не интересными визуальными решениями, — нет, у него есть свой секрет. Он все время балансирует на грани катастрофы, выплясывает на парапете, как Алекс, персонаж, великолепно сыгранный Дени Лаваном: одно неверное движение — и сомкнутся над головой холодные воды, из которых не выплыть. Но в том-то и дело, что движения у режиссера мастерски выверенные: он не позволяет сорваться в пропасть, но заставляет зрителя вздрагивать и замирать от страха.

    А еще у Каракса есть Дени Лаван. Муза, альтер-эго и актер, сыгравший в большинстве его фильмов. Человек, на котором держится вся эмоциональность сюжета — уж простите, но Жюльет Бинош в этом плане не впечатляет. Именно Лаван — тот, кто делает кадры пронзительно-живыми, безобразно-восхитительными, откровенными до пошлости и при этом — многослойными, закрытыми, содержащими в себе пока еще не разгаданный зрителем подтекст. Именно Лаван позволяет нам взглянуть на мир глазами Каракса, почувствовать переданные его игрой эмоции режиссера.

    О чем фильм? Можно сказать, что он о бездомном огнеглотателе по имени Алекс и полуслепой художнице Мишель, стечением обстоятельств оказывающихся на закрытом на ремонт парижском мосту. Но это будет не совсем так. Можно сказать, что он о любви, о той любви, которая не для всех, которая один раз и навечно, которая создает из двоих единое и делает расставание физически болезненным, та самая любовь, которая сродни смерти. Но это тоже не совсем так. Как такового сюжета в «Любовниках» нет, потому что «Любовники» — это эмоция. Это ощущение. Это биение сердца и застревающее в горле дыхание, это жар огня и холод воды, это опьянение от нахлынувших чувств и похмелье от дешевого алкоголя, это мучительная бессонница и сладкие грезы, это что-то настолько живое и сильное, что от этого больно. И это прекрасная боль. «Любовники» получились у Каракса расхристанно-бесшабашным танцем на опасном для пешеходов мосту, освещенном праздничным фейерверком, где в каждом кадре смерть переплетается с жизнью, безобразное — с прекрасном, боль — с экстазом. Герои существуют будто в каком-то затянувшемся пароксизме, который вот-вот должен разрешиться — расставанием ли, смертью, а впрочем, у Каракса это одно и то же.

    Фильм вызвал двойственное впечатление. С одной стороны, мне не понятны мотивы главных героев — хотя и второстепенных, пожалуй, тоже, но это мое личное неприятие идеи безумной любви «до гроба и после гроба» именно в том варианте, который преподнес Каракс. С другой — меня не могло не зацепить повествование. Кажется, оно похоже на витки колючей проволоки: истерически неровное, рвущее в кровь эмоциями, но не отпускающее до самого конца.

    7 января 2016 | 03:57

    - Небо сегодня белое.

    - А тучи черные.


    Прошло пять дней, и может показаться, что я начала забывать Алекса — но это не так. Караксу понадобилось пять лет, чтобы не забыть, и сколько нервных клеток было сожжено — ради достойного финала, кого-то обанкротившего, многих разочаровавшего, — об этом можно только догадываться.

    Страстный поклонник немого кинематографа, Каракс уже никогда не будет прежним. Как и жизнь, любовь, кино… Как и Алекс… Но кто он такой?

    Увлеченный притягательностью первых впечатлений парень, с картой своей жизни на стене? Отчаянный искатель любви, верящий в то, что все не случайно, в то, что даже песня на радио, пойманная за хвост, сумеет лучше всего и всех рассказать о том, что внутри? Поверьте, такого Алекса вы больше не увидите. Поток бесполезных слов иссяк. Бежать — некуда. Нет смысла искать то, чего нет. А если и существует — жди. Оно само придет.

    Многие пафосно кудахчут — «великая история любви»… Смешно. Другие — цинично ухмыляются, видимо уж слишком близко восприняв хлопки и восторги первых. Заблуждение в квадрате.

    Из трех картин, «Любовники…» меньше остальных наполнены разговорами — о любви, поисками — любви, осознанием — любви. Всем тем мусором, который вроде и необходим, потому что скучно, но и в итоге — убивающий чувство.

    Если вам важны детали, посмотрите все с самого начала — все три фильма. И тогда вы поймете, что за странная болезнь глаз у Мишель. Почему Алекс важнее Жюльет Бинош… И почему в любви не возможно двустороннее счастье.

    Но это только в том случае, если вам это действительно интересно.

    «Любовники с нового моста» — это не история о любви. Этот фильм вообще трудно назвать историей. Для меня — это кино уставшего от поисков Каракса. Это его попытка удержать любовь. Захлопнуть ее от взглядов, от лишних людей, от прошлого, в котором гнездится первое — то, что сожрало, растоптало и выплюнуло вас на улицу — тихо умирать; от городов, памятников и мостов. От всего, что в конечном счете заставляет вас усомниться — и исчезнуть.

    И единственное, что смог сделать Каракс — злостный ненавистник современного кинематографа (в частности, и своих фильмов), — это оглянуться назад, в далекий 1934. Где под водой еще можно было увидеть образ любимого человека, а спасением от рационального, разложенного по полочкам, мира, могла быть только баржа. Это Поэзия, господа, в мире, где ей самой, Любви и Алексу нет места. Она превратилась в пошлость, в грязную шлюху, в кусок дерьма, в обмен словами и впечатлениями. Она стала стерильна. И потому — пуста.

    8 ноября 2009 | 17:45

    Гайто Газданов, в течение многих лет таксистом колесивший по ночному Парижу и сумевший таким образом досконально изучить жизнь и нравы обитателей местного дна, дал парижскому клошару самое, пожалуй, точное, хотя по крайней неожиданности своей так и не прижившееся определение неудачника в буржуазности. Живая жизнь опрокинула и вывернула наизнанку художественные представления, вращенные на гюголианской романтике бродячих философов и безду/(о)мно-беззаботных сальтинбанков вкупе с гюголианским же острым протестом против жестокости общества, превращающего достойнейших в отверженных. «Нет смысла искать среди здешнего отребья сермяжной правды (истинной свободы, от сердца идущего бескорыстия…)", — говорит нам Газданов, — «они никогда не убьют во имя великой общечеловеческой цели, предел их мечтаний — собственная бакалейная лавка. Это кажется смехотворным, но тем вещественнее (и тем кромешнее) ужас их существования». Мещанская заурядность подавлящего большинства маргиналов в известной степени ослабляет гуманистический укор отвергнувшему их обществу, но и не оставляет ему никаких самооправдательных иллюзий: у социального кошмара бездомности нет и быть не может никаких нравственных компенсаций. Теряя жилище, человек ничего не приобретает взамен. (Как там у Быкова? — «Мы, не способные к работе и к борьбе, умеем лишь просить: «Пусти меня к себе!» — И гордо подыхать, когда нас не пускают.») А потому извлекать эту проблему из единственно подобающего ей социального контекста, и тем более рассматривать бездомность не как нечто навязанное, но как личный свободный выбор — это фальшь и лицемерие, и стыд, и позорное бесчестье.

    Удивительно, но среди всех упреков, посыпавшихся на Лео Каракса после выхода в свет его «Любовников с Нового моста», именно этот — очевиднейший — так и не прозвучал. Избирательная ли это слепота французских бобо от культуры, что богемно шалят и эпатируют — на строго отведенной для этого площадке, но совершенно буржуазно робко прячут тело жирное в утесах (в своих лофтах-донжонах за кодовыми замками, решетками и консьержками), чуть стоит воздуху запахнуть реальным неблагополучием? Или дело в крайней изношенности и, соответственно, предельном оскудении левого дискурса в Европе, так и не сумевшей создать за двадцать постсоветских лет сколько-нибудь убедительной обновленной его версии? Как бы то ни было, содержательно облегченный (почти до комикса) вариант похождений троицы персонажей из «Человека, который смеется» (философ, даже типажно напоминающий античные изображения Сократа, уличный артист, френологически являющий собой причудливую смесь Голема и Гуинплена, слепнущая художница, красавица одновременно роковая и хрупкая) на фоне масштабных празднований по случаю двухсотлетней годовщины Великой Французской революции — не только не вызвал нареканий, но совершенно искренне был воспринят многими как гимн непарадному, «изнаночному» Парижу — по-своему гостеприимному и доброму, единственному в мире городу, где последний забулдыга имеет шанс на счастье. Между тем как — уж давайте без обидняков — Каракс, скорее, использовал забулдыг как фиговый листок дабы прикрыть истинный свой творческий зуд — снять настоящий и полноценный гимн Парижу самому что ни на есть парадному, помпезному, официозному.

    Откровеннее высказаться режиссер, похоже, трусил. Еще бы: для бобо признаться в своем пристрастии к военным дефиле на Елисейских Полях, нарисованному в чистом небе «Конкордами» триколору, народному ликованию на площади Бастилии, великолепному июльскому фейерверку над Сеной — ко всему то есть, что воплощает Республику, традицию, закон и порядок — почти столь же постыдно, как для отечественного творческого интеллигента демонстративно проголосовать за избранного президента. Рискуешь быть затоптанным и отправленным в игнор собственной коллегиальной братией. Однако удовольствие, испытанное Караксом при съемках именно этих общих планов, ощущается безошибочно: если жанровые сцены из жизни клошаров напоминают больше анатомические штудии старательного студента Академии Художеств, то качество готового материала в парижских эпизодах — высочайшее, вполне достойное занять место среди эталонных образцов: уверена, что увидевший раз пылающий плакатами с лицом Бинош переход метро, облобызованный камерой Жана-Ива Эскофье, не забудет его никогда, и влюбится в Париж, и проникнется его красотой лучше, чем за десять турпоездок. Вот за эту деятельную, заразительную любовь Караксу многое можно и должно простить…

    15 апреля 2012 | 22:26

    Он лежал посреди пустого шоссе, уходящего в темное никуда, впрочем, как и вся эта бесцельная жизнь. Девушка стояла и не отрываясь смотрела на его некрасивое, изуродованное лицо, бесстыдно высвеченное бликующими огнями ночного Парижа. А спустя день, на белом листе бумаги, он внезапно встретился взглядом со своей душой — гримасой ужаса и боли, что в одночасье открылась тогда ее слепнущим, но все еще зорким глазам. Так началась история их любви, а вместе с ней и этот сумасшедший, безобразный, неотразимый — странный фильм: не быль и не сказка, но диковинный сплав из вывернутой наизнанку жизни и романтической мечты. Таким французский режиссер Леос Каракс видит мир.

    «Любовники с Нового моста» — картина-оксюморон. В ней всё словно балансирует на грани нервного срыва, резкого, будто режущего контраста. Париж — какой-то полуреальный, точно сошедший с импрессионистических полотен: гротескно-прекрасный, как искусственный блеск ночной иллюминации, и утрированно безобразный, подобно грязным, избитым телам городской ночлежки. Оттуда родом Алекс — нищий акробат и факир, привычно играющий с огнем. Герой Дени Лавана, эдакий экстатик-неврастеник, столь же «невоплощен» в обыденной жизни, как и теряющая зрение бездомная художница Мишель. Она пытается, но все же не может закончить его портрет: и дело даже не в ее почти уже невидящих глазах, а в том внутреннем разладе, болезненной изломанности, которая объединяет этих двух странных существ. Они как тот вышедший из строя мост — символ их союза — полуразрушенный, грязный, но, подобно искаженному лицу героини Жюльет Бинош, все еще сохраняющий следы своей первозданной красоты — той красоты, что Алекс и Мишель безошибочно прозревают друг в друге за коростой отчаяния и испуга. Подобно «Осажденным» Бертолуччи, персонажи Каракса тоже берут своеобразный тайм-аут от жизни, замкнувшись в уединенном пространстве своего каменного убежища над водой, где их «одиночества» на поверку оказываются парадоксальной близостью, а боль — путем к исцелению.

    Для обрекшей себя на нищету Мишель эта жизнь за пределами социальных норм и понятий, будто на краю человечества, открывается как опыт настоящей свободы. Они с Алексом и есть те самые евангельские самаритяне (горящая вывеска над мостом), что в одночасье оказались ближе к истине, чем «правоверные» и успешные представители века сего. Ощущение победы над обыденной суетой и фальшью в картине символически соотносится с памятью о днях Французской революции. Париж отмечает свое торжество ритмичным армейским шагом и однотонным гулом авиации. И как бы в ответ, разрушая всякие правила и ограничения, слышится неудержимый юродивый смех Алекса и Мишель, а их тела изгибаются в причудливых движениях бездумных, экстатических танцев. Этот стихийный восторг познания настоящего «равенства и братства» со всем миром, тонет в ослепительной красоте ночного города, истинное лицо которого открывается именно сейчас — в перспективе бесконечных фейерверков, непрерывно фосфоресцирующих мерцающими красками и потоками переливающегося света. Таков настоящий Париж — душа города, оживленная фантазией режиссера, и одновременно манифест какой-то первобытной, вакхической свободы.

    Но город в фильме — еще и живой, постоянно изменяющийся участник действия. Режиссер как будто заимствует из фольклора извечный принцип параллелизма. Кадр за кадром Париж зеркалит своих героев, по-своему отражая происходящее. Так их жизнь порознь представляется чередой длинных, бесконечных подземных переходов: пустых, серых, тоскливых. Их встреча подобна двум одиноким фонарям на мосту: обшарпанные, но не сломанные, они способны еще загораться и, сливаясь одним ярком пятном, освещать пространство вокруг себя. Их соединение отмечено веселым шумом сверкающего разноцветными огнями аттракциона, а будоражащие ритмы ночной дискотеки вытесняют протяжно-тоскливое вибрато сиротливой виолончели. Разлука ассоциируется с белесыми потолками и желтыми стенами тюрьмы… В этом феерическом городе — то ли в чистилище, то ли в джармушевском внемирье — бродят две неприкаянные души, словно их обрекли на скитание до поры окончательного выбора между отчаянием и надеждой, безобразием и красотой, адом сонного забытья и «раем» дальнего благовеста колоколов на восходе нового дня.

    Снежные хлопья покрывают обновленный, заполненный снующими машинами мост. Искрящийся под светом уличных фонарей Париж, уже совсем другой, аккуратный и чистый, смотрит на преображенную Мишель, которая стоит над лежащим посреди дороги Алексом и улыбается. А потом она рисует его портрет, и они снова смеются тем глупым, бесшабашным смехом, тайную свободу и прелесть которого знают только они вдвоем да, может быть, еще сам Лео Каракс — неизлечимый романтик и бунтарь. Он продолжает бороться с ветряными мельницами практичности и рационализма, боготворить Достоевского и свято верить в любовь «до самого конца»…

    22 марта 2015 | 17:23

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>








    Нашли ошибку?   Добавить инфо →
    Мнение друзей
    Найдите друзей, зарегистрированных на КиноПоиске, и здесь появятся оценки, которые ваши друзья поставили этому фильму...
    Билеты на Московский кинофестиваль — за лучшую рецензию

    Новости


    В России стартует масштабный проект компаний 20th Century Fox и Blue Sky Studios «Рио 2», развивающий сюжет анимационной ленты Карлоса Салданы о приключениях редких попугаев в вольной обстановке. Из заметных авторских картин в прокате ожидаются «Опасная иллюзия» Фредрика Бонда и «Роковая страсть» Джеймса Грэя(...)
     
    все новости
    Кинокасса США $ Россия
    1.Angry Birds в киноAngry Birds38 155 177
    2.Первый мститель: ПротивостояниеCaptain America: Civil War32 939 739
    3.Соседи. На тропе войны 2Neighbors 2: Sorority Rising21 760 405
    4.Славные парниThe Nice Guys11 203 270
    5.Книга джунглейThe Jungle Book10 944 350
    20.05 — 22.05подробнее
    Кинокасса России руб. США
    1.Люди Икс: АпокалипсисX-Men: Apocalypse417 087 247
    2.Angry Birds в киноAngry Birds157 229 791
    3.Экипаж40 352 730
    4.Первый мститель: ПротивостояниеCaptain America: Civil War39 340 516
    5.Любовь не по размеруUn homme à la hauteur9 142 052
    20.05 — 22.05подробнее
    Результаты уик-энда
    Зрители2 544 015102 918
    Деньги686 557 497 руб.10 622 072
    Цена билета269,87 руб.14,50
    20.05 — 22.05подробнее
    Лучшие фильмы — Top 250
    115.Малышка на миллионMillion Dollar Baby8.223
    116.Как украсть миллионHow to Steal a Million8.223
    117.Одиннадцать друзей ОушенаOcean's Eleven8.221
    118.КазиноCasino8.221
    119.Шерлок Холмс и доктор Ватсон: Король шантажа8.214
    лучшие фильмы
    Ожидаемые фильмы
    21.Свет в океанеThe Light Between Oceans93.62%
    22.Иллюзия обмана 2Now You See Me 293.54%
    23.Кингсман 2Kingsman: The Golden Circle93.33%
    24.Стражи Галактики 2Guardians of the Galaxy Vol. 293.23%
    25.Тайная жизнь домашних животныхThe Secret Life of Pets93.19%
    ожидаемые фильмы
    Новые рецензиивсего
    ПроповедникPreacher3
    ВаркрафтWarcraft66
    ДовериеThe Trust9
    Эш против Зловещих мертвецовAsh vs Evil Dead36
    ВайнбергWeinberg1
    все рецензии
    Сегодня в кинорейтинг
    ВаркрафтWarcraft8.267
    Алиса в ЗазеркальеAlice Through the Looking Glass6.894
    Люди Икс: АпокалипсисX-Men: Apocalypse7.556
    Angry Birds в киноAngry Birds6.544
    Экипаж8.173
    афиша
    о премьерах недели с юмором
    все подкасты
    Скоро в кинопремьера
    Черепашки-ниндзя 2Teenage Mutant Ninja Turtles: Out of the Shadows02.06
    Иллюзия обмана 2Now You See Me 209.06
    Славные парниThe Nice Guys16.06
    День независимости: ВозрождениеIndependence Day: Resurgence23.06
    Тарзан. ЛегендаThe Legend of Tarzan30.06
    премьеры